Вторник, 06.12.2016, 18:53
Приветствую Вас, Гость




Зайцы короля

Было ли, не было, может, и было, да за семьюдесятью семью
царствами-государствами жила на свете бедная женщина с тремя сыновьями.
Совсем они обнищали, на обед воду варили, стружкою заправляли, так и
перебивались со дня на день. Подросли сыновья, надоело им
бедствовать-голодать, и решили они побродить по свету, счастья попытать.
Однажды старший сын и говорит матери: - Испеки мне, матушка, лепешку в
золе, пойду я счастья искать по свету. Поплакала бедная женщина и отпустила
сына. Шел он по дорогам, брел по горам и долам, глядит - неподалеку колодец
стоит, а сруб у него позолоченный. Сел парень возле колодца, достал из
котомки лепешку. Только положил в рот кусок, откуда ни возьмись, мышка
выбежала, встала перед ним и говорит:
- Дай, молодец, лепешки кусочек, вот уж семь дней, как у меня ничего во
рту не было.
- Да хоть бы и семьдесят семь дней ты не ела, мне-то что. Этой лепешки
для меня одного мало,- говорит ей парень.
Приуныла мышка, поплелась прочь, едва ноги передвигает, схоронилась в
ямку, а парень дальше пошел.
Долго шел, пока не очутился в стольном городе королевском. Направился
парень сразу в королевский дворец, сел у ворот, счастья-удачи поджидает.
Сколько-то времени прошло, выходит король. Увидел парня, первый с ним
поздоровался, спрашивает:
- Куда путь держишь, бедный человек?
- Ищу, государь, службу какую-нибудь, может, что и найду.
- Тогда во двор ко мне заходи, там у меня зайцев сто штук, найму тебя к
ним пастухом. Выгони ты их на лужок, да гляди ни одного не потеряй, не то и
голову потеряешь!..
Утром погнал парень сотню зайцев в поле, а они, только из города вышли,
сразу все врассыпную. Совсем духом пал молодец, в сторону дворца и поглядеть
боится: бросился наутек, до самого дома бежал без передышки. Рассказал он
братьям, где был и что делал, про все рассказал, что с ним случилось. Вышел
тут средний брат, на руки поплевал.
- Теперь я,- говорит,- пойду счастье попытаю и уж зайцев тех устерегу,
жив не буду.
Да только и с ним все было точно так, как со старшим братом. У колодца
позолоченного и он присел отдохнуть, мышка и у него кусочек лепешки
попросила, а он ничего ей не дал. Пришел в столицу королевскую, нанялся к
королю зайцев стеречь, а наутро, как в поле их вывел, разбежались зайцы в
разные стороны.
Вернулся парень домой несолоно хлебавши, а тут младший брат Янко в
дорогу сбирается: ну как ему улыбнется счастье! Испекла ему матушка лепешку
в золе, большая получилась лепешка, как у тачки колесо, и отправился Янко
счастья искать.
Вот идет он, бредет и видит колодец позолоченный. Сел возле него
закусить, выбегает мышка и просит, умильно так, кусочек лепешки.

- Веришь,- говорит,- две недели крошки во рту не было!
- Ах ты, мышка-малютка, да я с радостью,- отвечает ей Янко,- может, и
мне не придется долго на одной этой лепешке сидеть.
Поблагодарила его мышка и говорит:
- Ну, бедный человек, за добро я тебе добром отплачу. Я ведь и старших
твоих братьев просила уделить мне кусочек, только они-то недобрые оказались.
Метнулась она к себе в норку и выносит оттуда маленький рожок.
- Возьми этот рожок, добрый человек, он тебе пригодится.
- Ой ли? Что ж мне с ним делать? - спрашивает Янко.
- Бери, бери,- говорит мышка,- а как случится какая-нибудь беда, подуй
в него, и все обернется к лучшему.
Подумал Янко: "Рожок, конечно, вещь бесполезная, но и вреда от него не
будет. Возьму". Бросил он рожок в котомку и зашагал дальше. Нигде не
останавливался, пока до королевского дворца не добрел. Пришел, сел в
воротах, выходит король.
- Что тебе нужно здесь, бедный человек? - спрашивает. Янко королю
говорит:
- Хочу к кому-никому в работники наняться.
- Вот и ладно,- говорит король,- мне как раз толковый пастух требуется
зайцев пасти. До сих пор, сколько пастухов было, никто не сгодился. Так что
ты уж гляди, чтоб ни один заяц не пропал, а не то и твоя голова пропадет!..
На том сговорились. Утром выгнал Янко сотню зайцев на луг, а они на
траву и не глянули, разбежались вмиг кто куда.
- Ой, дева Мария, святой Иосиф, что ж мне делать теперь! - воскликнул
Янко.
Вспомнил он тут про рожок, нашарил в котомке, подул в него, и вдруг все
сто зайцев повернули назад и сбились в кучу, как овцы.
Видел все это король с галереи дворцовой, ничего понять не мог: каким
таким колдовством Янко-пастух всех зайцев в кучу собрал? "Ну, погоди же,-
думает,- не может быть, чтобы привел ты домой всех зайцев до единого. Во
всяком случае, уж я тебя испытаю".
Призвал он служанку, велел ей мешок взять, пойти на луг и попросить у
пастуха зайца, на него, короля, сославшись.
Побежала служанка на луг, просит у пастуха зайца, а он ей:
- Нет, не дам, мне моя голова дорога.
Она опять: так и так, во дворце гостей ждут, король обоих их лишит
головы, если не будет на столе зайца.

Спорили они, спорили, откуда ни возьмись, мышка прибежала, незаметно
шепчет Янко на ухо:
- Не бойся ничего, одного зайца дай ей, остальное моя забота.
Послушался Янко мышку, схватил одного зайца за ухо, в мешокбросил, девушка
во дворец побежала. Да только мышка успела за ее мешок уцепиться. Девушка
сто шагов не сделала, а мышка уж дырку прогрызла в мешке, заяц выскочил да
опрометью к остальным кинулся. Мышка тоже с мешка наземь спрыгнула, схватила
коровью лепешку и в мешок сунула - вместо зайца.
Вечером пригоняет Янко зайцев домой, а в воротах король стоит,
ругается, проклятьями сыплет.
- А ну, иди, иди сюда, висельник, ты что ж это мне в мешке прислал?
- Богом клянусь,- отвечает Янко,- зайца послал, государь! Позвали
служанку.
- Скажи, девушка, что дал тебе пастух?
- Зайца дал, ваше величество, право зайца дал, чтоб меня гром разразил!
- Гм, никогда такого не видывал,- удивился король.- Где ж он, заяц тот?
Стали зайцев считать, и один раз, и два, и три пересчитали, все равно
ровно сотня выходит.
- Ну, пастух, таких пастухов у меня еще не было,- сказал король, - чтоб
и зайца отдать, и ни одного не лишиться. Говори, чего ты желаешь!
- Дай ты мне, государь, лохань золота, потому как дома у нас бедность
страшная.
Тотчас приказал король большой мешок принести и доверху набить его
золотом. На двенадцати волах везли тот мешок - едва довезли. Из дальних
краев приходили люди на такое богатство любоваться.
А кто не верит, пусть сам пойдет да проверит.


Провидец Янко

То ли было, то ль не было, а где и было, неведомо, по-за семьюдесятью
семью странами-государствами жил бедняк с тремя сыновьями, а уж бедны они
были, как церковная мышь, черствой корке и той радовались, только редко им
радоваться доводилось.
Однажды утром проснулись они, отец спрашивает старшего сына:
- Расскажи-ка, сынок, что ты видел во сне?
- Снилось мне, родимый батюшка, будто сижу я у накрытого стола, стол от
яств всяких ломится, а я емда ем, сколько пузо вмещает, и еще побольше...
- Выходит, ты сыт, сынок,- говорит отец,- а коли так, то и хлеб тебе
нынче без надобности. К тому же нет его в доме.
Повернулся отец к среднему сыну, спрашивает:
- А тебе что приснилось?
- Мне, родимый батюшка, вот что приснилось: будто бы купил я себе на
ярмарке сапоги со шпорами да тут же и надел их, каблуками щелкнул, шпоры
зазвенели, да так, что в семидесяти семи странах слышно было.
- Ну-ну, сынок, порадовал ты меня, - говорит отец, - уж теперь-то не
придется мне сапоги тебе покупать. Оно и не на что.
Теперь и младшего черед подошел.
- Ну а ты, Янко, сынок, что во сне видел?
- Я, родимый батюшка, тоже сон видел, только не расскажу я его никому
на свете.
- Можешь никому не рассказывать, но мне ты расскажешь!
Однако же напрасно отец допытывался, выспрашивал, напрасно угрозами да
колотушками надеялся упорство сына побороть - ни словечка не проронил Янко
про сон свой. А когда не стало сил побои терпеть, выскочил из дому на улицу,
оттуда в поле да в лес подался. Бежит Янко, через кусты, рытвины
перемахивает, а за ним отец топает с поленом в руках.
Вдруг навстречу им вылетает карета, шестериком запряженная, из окошка
кареты король глядит, позади вся свита королевская скачет. Увидел король
отца с сыном, спрашивает:
- Эй, земляк, по какой такой причине паренька поленом учить надумал?
- А что ж еще делать мне с ним, коли он свой сон рассказать не
желает! - говорит бедняк.
- Ладно, ладно, оставь уж сына в покое, - отдает король приказ свой, -
пусть-ка лучше идет ко мне в услужение, мне он сон свой расскажет!
Бедняк обрадовался, да и как не радоваться, когда король кошель денег
отвалил ему за Янко. Вернулся бедняк восвояси, король своей дорогой поехал,
Янко вслед побежал.
Только прибыли во дворец, король первым делом кликнул Янко к себе.
- Ну, Янко, сынок, рассказывай свой сон.

- И жизнь моя, и смерть моя в твоих руках, великий король,- сказал
Янко, - но сон свой и тебе не расскажу. Нельзя мне его рассказать никому на
свете.
Рассердился король, раскричался.
- Повешу тебя,- кричит,- четвертую, к лошадиным хвостам привяжу, заживо
раздеру!
Но не помогли угрозы, не рассказал Янко про сон свой. Король совсем в
ярость пришел:
- Ну погоди же, наглец, я тебя проучу! Не стану ни вешать тебя, ни
четвертовать, ни к лошадиным хвостам привязывать - ждет тебя смерть во сто
крат ужаснее.
Призвал он тут двух солдат и приказал им отвести Янко в самую высокую
башню дворца своего, а дверь и окна в той башне замуровать - пусть сгинет,
упрямец, погибнет медленной смертью от голода и от жажды.
Ведут солдаты Янко в башню, а навстречу им королевна идет. Увидела
Янко, и очень он ей приглянулся. Когда же узнала, какая ждет его кара,
твердо решила: "Хоть жизнью поплачусь, а красивого да храброго молодца
вызволю!"Втолкнули солдаты Янко в башню, стали входы-выходы замуровывать. А
королевна отозвала одного каменщика в сторону, много денег дала и попросила
один камень в кладке не закреплять, чтобы можно было его и вынуть, и на
место поставить.
Каменщик сделал так, как королевна желала. И не помер Янко от
голода-жажды, потому что королевна каждый день исхитрялась незаметно отнести
ему и еды и питья, так что ни в чем он не знал нужды.
Проходит какое-то время, и вот однажды присылает татарский хан королю
семь белых лошадей, все семь - как одна, ничем друг от дружки неотличимы. А
гонец хана татарского докладывает: лошади эти - погодки, каждая другой на
год младше, если с самой старшей счет вести, и должен король или кто-либо из
людей его угадать, которая лошадь первой на свет появилась, которая -
второй, третьей, четвертой, пятой, шестой и седьмой. Если ж не угадают,
тогда соберет хан большое войско и все королевство разрушит, камня на камне
не оставит, и короля не пощадит, только королевну помилует. В жены ее
возьмет.
Кликнул тут король своих советников, они целый день и целую ночь головы
ломали, думали, как хитрую загадку разгадать, потом, не чинясь,
созвали со всей страны самых мудрых, да только не нашлось никого, кто
бы сумел лошадей одну от другой отличить.
Горюет король, горюет народ, горюет и королевна - не хочет татарскому
хану в жены достаться. Вечером, как обычно, понесла она ужин для Янко и
рассказала, обливаясь слезами, какая беда надвинулась неминучая.
- Да с чего ж вы так убиваетесь, прекрасная королевна,- говорит ей
Янко,- очень просто ведь загадку с лошадьми разгадать. Скажите вашему
батюшке, чтоб приказал поставить во дворе семь корыт с ячменем, только в
каждое корыто от урожая разных годов пусть ячмень-то насыплют. Увидите: к
нынешнему зерну самая молодая лошадка кинется, к летошнему - та, что на год
ее старше, и так все семь разберутся.
Бегом побежала королевна к отцу, рассказала, что и как сделать надобно.
- Кто ж тебя научил? - спрашивает король.
- Сон приснился,- ответила королевна: боялась признаться, что
жив-здоров Янко.
Покачал король головой - верить? не верить? - но иного ничего никто не
придумал, и сделали так, как королевна сказала. А когда лошади подошли
каждая к своему корыту, бирки им на шеи привязали, год обозначив, какая
когда родилась. С тем и вернули лошадей татарскому хану.
Очень татарский хан удивился: какой такой ведун разгадать его загадку
сумел? Угадано-то было правильно! Но только он нипочем не хотел от злой
затеи своей отступиться. Послал королю палку, ровную-ровную, что с того, что
с другого конца одинаковой толщины, а гонцу наказал на словах передать:
- Не угадаете, какой конец палки от комля идет, с войском нагряну,
страну разорю, камня на камне не оставлю.
Опять собрались в королевском дворце старейшие да мудрейшие, так и эдак
вертят палку, никак угадать не могут, какой конец от комля идет. Под вечер
наведалась королевна к Янко, рассказала ему, какую еще придумал загадку
татарский хан.
- Не плачьте, не печальтесь, прекрасная королевна,- сказал ей Янко,-
эту загадку разгадать легче легкого. Возьмите нитку, обвяжите палку точно
посредине и на весу подержите. Один конец палки не-
пременно чуть-чуть книзу опустится - это и есть тот конец, что от комля
идет.
Королевна побежала к отцу, сказала, что ночью опять вещий сон видела:
будто явился ей старый человек и научил, что и как сделать.
Тотчас привязали нитку, как королевна сказала, и увидели: один конец
палки чуть-чуть книзу пошел. Сделали на нем зарубку: вот, мол, конец, что от
комля идет,- и назад отправили хану татарскому.
На этот раз хан и вовсе разгневался. Схватил свой лук и пустил стрелу
прямо в королевский дворец; стрела в стену вонзилась, да так, что дворец
задрожал. Подбежали люди к стреле, а на конце ее записка привязана: если эту
стрелу не сумеют так же, с одного раза, в ханский дворец стрельнуть, хан
немедля на королевство походом пойдет, всех перебьет, одну королевну в живых
оставит.
Кликнул клич несчастный король, всех витязей храбрых созвал, тому, кто
сумеет стрелу во дворец ханский пустить, обещал отдать дочку в жены и
полкоролевства в придачу. Да только не нашлось среди витязей никого, кто бы
взялся за дело: ведь до ханского дворца много ли, мало ли - а семьдесят семь
верст верных будет!
Король совсем уж отчаялся, да и королевна тоже. Не верилось ей, что
Янко и на этот раз помочь сумеет. Но все же побежала к нему украдкой,
заливаясь слезами, о новой беде поведала.
- Не плачьте, прекрасная королевна,- сказал Янко,- положите камень на
место, словно и не вынимали его никогда, и ступайте к отцу. Скажите ему, что
видели вещий сон: будто бы жив еще тот человек, которого по приказу
королевскому в башне замуровали, и старец сказал вам, что сумеет этот
человек стрелу хану вернуть.
Все передала королевна отцу, как Янко научил ее. Не поверил король, что
жив еще тот дерзкий парень, однако приказал размуровать башню. То-то он
удивился, когда Янко увидел. Янко и прежде был статным да ладным, а стал еще
сильнее и краше. Обрадовались все, подхватили Янко, во двор повели, показали
стрелу - она так в стене и торчала.
- Всего-то и дела? - засмеялся Янко.
Выдернул он стрелу из стены, размахнулся да как пустит ее! В воздухе
только гул прошел, а дворец татарского хана заплясал, закружился на месте.
- Ну,- сказал хан,- старый я уже человек, половину хлеба своего съел,
но такого срама-позора не знавал никогда. Желаю собственными глазами увидеть
того храбреца, который стрелу мою назад бросил.
Послал он вестника к королю, а Янко и не заставил себя просить, тотчас
тронулся в путь сам - двенадцатый. Но оделись они все одинаково, и оружие у
каждого из двенадцати ничем от других не отличалось.
Приехали двенадцать витязей к хану, хан их за стол усадил; и
приглядывается, и выведывает, а никак угадать не может того молодца, что
стрелу на семьдесят семь верст бросить сумел.
- Ладно, сынок, теперь я за дело возьмусь, все, что надо, выведаю, -
сказала хану его мать. А она колдунья была.
Приказала старшая ханша постелить двенадцати витязям в одной комнате. А
сама спряталась там же, в уголке, стала ждать. Когда все улеглись, один из
витязей говорит:

- Поганый он человек, этот хан, но что правда, то правда: вино у него
какое-то особенное.
- А как же, особенное,- другой витязь ему отвечает,- потому что в нем
кровь человечья.
- Да и хлеб у него отменный,- не унимается первый витязь. А тот,
второй, ему говорит:
- Чему ж тут дивиться, ведь этот хлеб на женском молоке замешен.
- А постели-то какие мягкие!
- Еще бы, как-никак колдунья стелила,- отозвался все тот же витязь.
Приметила старая ханша, с какого ложа ответы доносятся, и ночью, когда
все заснули, неслышно подкралась к Янко и прядь волос отрезала.
Утром витязи пробудились, видят - у Янко сбоку прядь волос выстрижена.
- Это ханша-колдунья исхитрилась, ее рук дело, - говорит Янко.- Но да
мы ее перехитрим.
Витязи отхватили друг другу по пряди волос и явились пред ханом. А
старая ханша тем временем уже рассказала сыну, что ночью слышала и какую
хитрость замыслила.
- Теперь, сынок, тебе только и дела поглядеть, у кого из них прядь
волос срезана. Это и будет тот самый витязь, который над тобою верх взял.
Да только что ж: смотри не смотри пряди не хватает.
- Видно, все мои хитрости-затеихан,- не могу угадать, который из вас
тот самый витязь, за пояс заткнул.
- А ты не старайся, я ведь и сам признаюсь,- говорит ему Янко.- Я и
есть тот самый витязь.
- Ну, коли не врешь, поведай-ка мне, отчего ты решил, будто в моем вине
кровь человечья?
- А вот отчего,- отвечает Янко.- Твой слуга, вино подавая, палец
случайно порезал, и кровь в вино брызнула.
Призвал хан слугу, который за обедом прислуживал.
- Правда ли,- кричит,- что вчера в вино твоя кровь попала?
- Смилуйся, великий хан, не вели голову рубить! Это правда: вчера я,
вино подавая, палец порезал, и капля крови в вино попала.
Прогнал хан слугу, от злости зубами скрежещет и опять спрашивает:

- у всех двенадцати по однойнапрасны,- сказал татарскийчто и меня-
Теперь скажи, откуда ты взял, будто хлеб был на женском молоке замешен?
- Твоя повариха грудью младенца кормит, вот капля ее молока и попала в
тесто.
Хан за стряпухой послал.
- Верно ли, что твое молоко в тесто попало?
Задрожала от страха несчастная женщина, в ноги хану повалилась:
- Верно, великий хан, смилуйся!
В ярости прогнал ее хан и опять Янко спрашивает:
- А почем же ты знаешь, что постели ваши колдунья стелила?
- Так ведь стелила нам ваша матушка, а она, не в обиду вам будь
сказано, колдунья и есть.
Закричал тут хан в страшной ярости:
- Вижу, что ты похитрее меня, да только не допущу я себе такого
посрамления, не потерплю, чтоб жил на земле человек, который бы меня умом
превзошел. А ну-ка, заветный меч, вон из ножен!
Выхватили они оба мечи и сразились так, что дворец задрожал. Но Янко не
только хитроумнее хана был, но и куда сильнее - одолел он врага постылого,
одним ударом голову ханскую с плеч снес, будто ее там и не было. Кончили
дело витязи, сели на коней и домой поскакали, во дворец своего короля.
А там уже ждали их, столы для пиршества приготовили. Был среди гостей и
священник. Янко с королевною в тот же час обвенчали, и так весело гуляли на
свадьбе, что и в нашей деревне было слышно.
Должно быть, все они и сейчас еще живы, коли не померли.