Понедельник, 05.12.2016, 23:34
Приветствую Вас, Гость




Вот тебе семь!

У одной женщины была очень рослая и прожорливая дочь. Когда мать давала ей суп, она съедала тарелку за тарелкой и просила еще и еще. И мать наливала ей, наливала и приговаривала:
— Три... четыре... пять...
А когда доходило до семи, мать давала дочери крепкий подзатыльник и кричала:
— Вот тебе семь!
Однажды проходил мимо их дома богатый юноша. Он увидел в окно, как мать колотит свою дочь, приговаривая:
- Вот тебе семь, вот тебе семь!..
Понравилась ему рослая красавица. Он вошел в дом и спросил:
— Семь? Чего семь?..
Матери стыдно было признаться, что дочь ее так много ест, она и ответила:
— Семь?.. Семь веретен пряжи. Такая она у меня работящая, что скоро и овец ей не хватит. Сегодня она уже напряла семь веретен, и все ей мало! Вот я и наказала ее. Пусть хоть отдохнет.
— Раз такое дело, — говорит юноша, — отдайте ее мне в жены. Но прежде я проверю, правда ли, что она так трудолюбива.
Отвез он девушку к себе и оставил в комнате, полной кудели.
— Я капитан, — сказал он, — и сейчас ухожу в далекое плаванье. Если к моему возвращению ты спрядешь всю эту кудель, мы сыграем свадьбу.
Кроме кудели, в комнате капитан оставил роскошные платья и драгоценности. Он был очень богат.
— Когда мы поженимся, все это станет твоим, — сказал он девушке при расставании.
Целыми днями невеста примеряла платья, надевала драгоценности и смотрелась в зеркало. Служанки с утра до вечера приносили ей кушанья, а кудель оставалась нетронутой.
Между тем наступил последний день: наутро ожидали капитана. Запечалилась девушка, никогда ей не быть капитаншей, и горько заплакала. Но вдруг в окно влетели какие-то лохмотья, упали к ее ногам и тут же обернулись старухой с длинными ресницами.
— Не бойся меня, — сказала старуха, — я пришла помочь тебе: я буду прясть, а ты наматывай нитки на веретено.
Никто на свете еще не видел такой быстрой пряхи, как эта старуха! Не прошло и четверти часа, как она спряла всю кудель. А ресницы ее за это время удлинились и стали длиннее носа и даже длиннее подбородка...
Когда работа была окончена, девушка спросила:
— Чем отблагодарить тебя, добрая женщина?
— Ничего мне не нужно — только не забудь пригласить меня на свадьбу, когда выйдешь за капитана.
— Но где тебя найти?
— А ты только позови: «Колумбина», — и я буду тут как тут. Но горе тебе, если забудешь мое имя и не пригласишь! Вся твоя пряжа снова обратится в кудель.
На следующий день вернулся капитан и увидел, что пряжа готова.
— Прекрасно, — сказал он, — кажется, я нашел жену, какую искал. Смотри, какие платья и драгоценности я тебе привез. Но теперь я снова ухожу в плаванье, и тебя ждет новое испытание. Я оставлю кудели в два раза больше, чем в первый раз, и, если к моему возвращению из нее будет готова пряжа, я женюсь на тебе.
Как и в первый раз, девушка целыми днями примеряла платья и драгоценности, ела то суп, то макароны, а кудель так и осталась нетронутой. И давай невеста плакать.
Но вдруг в камине послышался шум, в комнату влетели какие-то лохмотья и обратились в старуху с отвисшими губами. Так же, как и первая старуха, она пообещала помочь девушке и принялась прясть еще быстрее, чем та, с длинными ресницами. И чем быстрее она пряла, тем больше отвисали ее губы. Не прошло и получаса, как вся пряжа была готова. Старуха даже слушать не стала благодарностей девушки, попросила только пригласить ее на свадебный обед:
— Ты только скажи: «Колумбара!» Но не забудь моего имени, а не то горе тебе: сгинет моя работа...
Наутро возвратился капитан и еще с порога спросил:
— Готова ли пряжа?
— Еще бы, давно готова! — ответила девушка.
— Тогда вот тебе платья и драгоценности. Если к моему возвращению из последнего плаванья ты сделаешь свою последнюю работу, а ее будет еще больше, чем прежде, обещаю: мы отпразднуем нашу свадьбу.
Как и раньше, девушка только в самый последний день вспомнила о работе: за все дни она не притронулась к веретену. И вот из водосточной трубы вывалились какие-то лохмотья и обернулись старухой с торчащими наружу зубами. Она с ожесточением принялась прясть. И пока она пряла, все длиннее становились ее зубы. Кончив работу, старуха сказала:
— Не забудь пригласить на свадебный обед, скажи только: «Колумбун!» — и я приду. Ну а забудешь — лучше бы нам не встречаться.
Вернулся капитан, увидел, что пряжа готова, и остался очень доволен.
- Ну вот, — сказал он, — теперь ты будешь моей женой.
И приказал готовиться к свадьбе и звать гостей со всей округи.
А невеста совсем не думала о трех старухах — так была увлечена приготовлениями.
Утром, в день свадьбы, девушка вспомнила о старухах. Но только она захотела позвать их, как почувствовала, что имена старух совсем исчезли из ее памяти. Думала она, думала, но так и не вспомнила ни одного имени. Куда только делась ее веселость. Невеста стала такой грустной, что капитан наконец спросил, что с ней. Но она словно воды в рот набрала.
Ничего не добившись, жених решил перенести свадьбу на следующий день. Но невеста назавтра стала еще печальнее, а еще через день — совсем молчалива и грустна. И по нахмуренному лбу ее было видно, что какая-то дума не дает ей покоя. Жених пытался развеселить ее, шутил с ней, рассказывал забавные истории — все было напрасно. Видя, что утешать бесполезно, он решил сам немного развлечься и утром отправился на охоту. В чаще его застала сильная гроза, и юноша укрылся в старой заброшенной хижине. В темноте ему послышались голоса:
— О Колумбина!
— О Колумбара!
— О Колумбун!
— Пора готовить поленту (кушанье из кукурузы), где наша кастрюля? Эта проклятая невеста, видно, уж никогда не пригласит нас на обед!
Капитан присмотрелся, видит — три старухи: одна с ресницами до пола, другая с губами до башмаков, третья с зубами до самых колен.
«Теперь я знаю, чем рассмешить невесту, — подумал капитан. — Если и это ее не развеселит, она уже никогда не будет смеяться!»
Возвратившись домой, он сказал девушке:
— Сегодня в лесу я спрятался от дождя в заброшенной хибаре. Смотрю — и что же: сидят три старухи — одна с ресницами до пола, другая с губами до башмаков, третья зубами чешет колени. Они кричали друг другу: «О Колумбина!» — «О Колумбара!» — «О Колумбун!»
Лицо у невесты в тот же миг прояснилось, она рассмеялась и воскликнула:
— Сейчас же устраивай свадебный пир! И я прошу тебя, разреши пригласить этих старух на наш праздник — очень уж они рассмешили меня.
Так и сделали. Для старух приготовили круглый столик, такой маленький, что за ресницами одной, губищами другой и зубищами третьей еды совсем не было видно.
После обеда жених спросил Колумбину:
— Скажи мне, добрая женщина, почему у тебя такие длинные ресницы?
— Оттого что я напрягала глаза, когда пряла самую тонкую нить.
— А у тебя? Почему у тебя такие отвисшие губы?
— Оттого что я все время проводила пальцем по губам, когда сучила нить,— ответила Колумбара.
— А у тебя? Почему у тебя такие огромные зубы?
— Оттого что перегрызала на нитях много узелков,— говорит Колумбун.
— Так вот оно что, — воскликнул капитан и, обращаясь к жене, сказал: — Принеси-ка мне веретено! — и, как только она принесла веретено, бросил его в пылающий камин.
— Никогда в жизни я больше не заставлю тебя прясть.
И с тех пор его рослая жена зажила спокойно и счастливо.