Суббота, 10.12.2016, 11:49
Приветствую Вас, Гость



1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11

НАВОДНЕНИЕ

Несколько дней путники шли прямо на юг. Фермы попадались все реже и реже и, наконец, исчезли. Вокруг до самого горизонта тянулась степь. Даже дичи было мало в этих пустынных местах, и Льву приходилось долго рыскать по ночам в поисках добычи. Тотошка не мог сопровождать Льва в его продолжительных прогулках, но тот, возвращаясь, всегда приносил приятелю кусок мяса в зубах.

Путники не смущались трудностями и шли вперед да вперед.

Однажды в полдень их остановила широкая река с низкими берегами, покрытыми ивами. Все озадаченно посмотрели друг на друга.

— Будем делать плот? — спросил Железный Дровосек.

Страшила скорчил отчаянную гримасу: он не позабыл приключение с шестом по дороге в Изумрудный город.

— Уж лучше бы нас перенесли летучие обезьяны, — пробурчал он. — Если я опять застряну посреди реки, то спасать меня некому: здесь аистов нет.

Но Элли не согласилась. Она не хотела тратить последнее волшебство золотой шапки, когда неизвестно, какие трудности еще встретятся на пути и как их примет Стелла.

Железный Дровосек сделал к вечеру плот и компания поплыла через реку. Страшила действовал шестом осторожно, держась подальше от борта. Зато Железный Дровосек работал из последних сил. Река оказалась мелководной и тихой, путники благополучно переплыли ее и вышли на плоский и унылый берег.

— Какое скучное место! — заявил Лев, сморщив нос.

— И переночевать-то негде, — молвила Элли. — Идемте вперед.

Не прошли путники и тысячи шагов, как перед ними снова блеснула река. Они были на острове.

— Скверное дело! — сказал Страшила. — Очень скверное дело! Придется вызвать летучих обезьян, пикапу, трикапу!

Но девочка, рассчитывая утром обогнуть остров на плоту, решила переночевать здесь, так как было уже поздно. Собрали сухой травы и устроили ей сносную постель. Поужинав, Элли легла под надежной охраной друзей. Льву и Тотошке пришлось провести ночь с пустыми желудками, но они смирились с этим и заснули.

Страшила и Железный Дровосек стояли около спящих и смотрели на берег реки. Хотя один имел теперь мозги, а другой сердце, все же они никогда не уставали и не спали.

Сначала все было спокойно. Но потом на горизонте блеснула зарница, за ней другая, третья. Железный Дровосек озабоченно покачал головой. В стране Гудвина грозы случались редко, зато достигали неимоверной силы. Грома еще не было слышно. Восточный край неба быстро темнел: там громоздились клубы туч, все чаще озаряемых молниями. Страшила глядел на небо в недоумении

— Что там такое? — бормотал он. — Не Гудвин ли зажигает спички?

Страшила за свою недолгую жизнь еще не видал грозы.

— Будет сильный дождь! — сказал Железный Дровосек.

— Дождь? А что это такое? — с беспокойством спросил Страшила.

— Вода, падающая с неба. Дождь вреден нам обоим: с тебя смоет краску, а я заржавею.

— Ай-яй-яй-яй! — замотал головой Страшила. — Давай разбудим Элли?

— Подождем немного, — сказал Железный Дровосек. — Мне не хочется ее беспокоить: она устала сегодня. А гроза, быть может, пройдет стороной.

Но гроза приближалась. Скоро тучи закрыли полнеба, заблистали молнии и раскаты грома явственно донеслись до слуха дозорных.

— Что это там шумит? — в испуге спрашивал Страшила.

Но Железному Дровосеку некогда было объяснять.

— Плохо дело! — крикнул он и разбудил Элли.

— Что такое? Что случилось? — спросила девочка.

— Приближается страшная гроза! — закричал Дровосек.

Лев тоже проснулся. Он сразу понял опасность.

— Скорее вызывай летучих обезьян, иначе мы погибли! — заревел он во все горло.

Испуганная Элли, нетвердо держась на ногах, начала говорить волшебные слова:

— Бамбара, чуфара…

У-ар-ра!.. — яростно взвизгнул налетевший вихрь и сорвал золотую шапку с головы Элли.

Шапка взлетела, белой звездочкой мелькнула во мраке и исчезла. Элли зарыдала, но громовой раскат, раздавшийся над головами путников, заглушил ее рыдания.

— Не плачь, Элли! — заревел ей в ухо Лев. — Помни, что я теперь храбрее всех зверей на свете!

— Помни, что у меня чудесные мозги, наполненные необычайными мыслями! — прокричал Страшила.

— Помни о моем сердце, которое не стерпит, чтобы тебя обидели! — добавил Железный Дровосек.

Три друга встали вокруг Элли, мужественно готовясь встретить натиск бури.

И буря грянула! Налетел ветер. Косой дождь больно хлестал Льва и Элли крупными каплями. Лев встал спиной к ветру, расставил лапы, выгнул спину. Под ним оказался уютный шалаш, куда забрались Элли и Тотошка, спасаясь от ливня.

Железный Дровосек взялся за масленку, но махнул рукой: спастись от ржавчины при таком ливне можно было только в бочке с маслом.

Страшила, насквозь промоченный дождем, сразу отяжелевший, имел самый жалкий вид. Своими мягкими, непослушными руками он защищал от дождя краску на лице.

— Так вот что такое дождь! — бормотал Страшила. — Когда порядочные люди хотят купаться, они лезут в воду и вовсе не нуждаются в том, чтобы кто-то невидимый поливал их сверху. Как только вернусь в Изумрудный город, объявлю закон, запрещающий дожди…

Гроза не переставала до утра. При первых лучах рассвета путники с ужасом увидели, как косматые волны вздувшейся реки заливают остров.

— Мы утонем! — закричал Страшила, закрывая рукой полусмытые глаза.

— Держитесь крепче! — ответил Железный Дровосек, стараясь перекричать шум бури и плеск волн. — Держитесь за меня!

Он расставил ноги, врыв их в песчаную почву и крепко оперся о топор. В таком положении он был непоколебим, как скала. Страшила, Лев и Элли вцепились в Железного Дровосека и застыли в ожидании.

И вот, крутясь, налетел первый вал и накрыл путников с головой. Когда он схлынул, среди воды стоял Железный Дровосек, а остальные цеплялись за него с мужеством отчаянья. Железный Дровосек заржавел и теперь никакая буря не сдвинула бы его с места. Но остальным приходилось плохо. Легкий Страшила весь был на поверхности воды, и волны бросали его во все стороны. Лев стоял на задних лапах, отплевываясь от воды. Элли барахталась в волнах, охваченная ужасом.

Лев увидел что девочка тонет.

— Садись на меня, — пропыхтел он. — Поплывем на ту сторону реки! — и он опустился перед Элли на все четыре лапы.

Собрав последние силы, девочка вскарабкалась на спину Льва и судорожно вцепилась в мокрую косматую гриву. Тотошку она крепко держала левой рукой.

— Прощайте, друзья! — проревел Лев и оттолкнувшись от Железного Дровосека, заработал лапами, мощно рассекая волны.

— …щай! — слабо донесся отклик Страшилы, и Железный Дровосек исчез во мгле.

Лев плыл долго и упорно. Силы покидали его, но смелость играла в его сердце и, гордый собой, среди разыгравшейся бури он испустил грозный рык. Этим торжествующим ревом Лев хотел показать, что он готов погибнуть, но ни одна капля трусости не закрадется в его смелое сердце.

Но что за чудо?

Из влажной мглы послышался ответный рев Льва.

— Там земля! Туда! Туда!

С удесятеренной силой Лев бросился вперед и перед ним зачернел неведомый высокий берег. Ему отвечал не Лев, а эхо!

Лев выбрался на землю, опустил окоченевшую Элли, обнял ее передними лапами и стал согревать ее своим горячим дыханием.

Страшила держался за Железного Дровосека, пока намокшие руки еще служили ему. Потом волны оторвали его от Дровосека и повлекли, качая, как щепку. Умная голова Страшилы с драгоценными мозгами оказалась тяжелее туловища. Мудрый правитель Изумрудного города плыл вниз головой и вода смывала последнюю краску с его глаз, рта и ушей.

Железный Дровосек еще виделся среди волн, но поднимающаяся вода заливала его. Вот лишь воронка осталась над водой, но потом скрылась и она. И неустрашимый и добродушный Железный Дровосек весь исчез в разбушевавшейся реке.

Элли, Лев и Тотошка три дня ожидали на берегу спада воды. Погода была прекрасная, солнце ярко светило, и вода убывала быстро. На четвертый день лев поплыл к острову. Элли сидела на его спине с Тотошкой в руках.

Выйдя на остров, Элли увидела, что река покрыла его илом и тиной. Лев и девочка пошли в разные стороны, наудачу. И скоро впереди показалась бесформенная фигура, облепленная илом и опутанная водорослями. Нетрудно было узнать в этой фигуре Железного Дровосека. Лев примчался на зов Элли огромными прыжками и разбросал засохшую грязь и тину.

Непобедимый Железный Дровосек стоял в той же позе, в которой остался посреди волн. Элли пучком травы тщательно оттерла заржавевшие члены Дровосека, отвязала от его пояса масленку и смазала ему челюсти…

— Спасибо, милая Элли, — были первые его слова. — Ты снова возвращаешь меня к жизни! Здравствуй, Лев, старый дружище! Как я рад тебя видеть!

Лев отвернулся: он плакал от радости и спешил вытереть слезы кончиком хвоста.

Скоро все суставы Железного Дровосека пришли в действие, и он весело зашагал рядом с Элли, Тотошкой и Львом. Они искали плот. По дороге Тотошка бросился к куче водорослей, принюхался и начал разрывать ее лапами.

— Водяная крыса? — спросила Элли.

— Стану я беспокоиться из-за такой дряни, — с пренебрежением ответил Тотошка. — Нет, тут кое-что получше!

Под водорослями что-то вдруг блеснуло и к великой радости Элли, показалась золотая шапка. Девочка нежно обняла песика и поцеловала его в мордочку, измазанную тиной, а шапку спрятала в корзинку.

Путники нашли плот, крепко привязанный к шестам, вбитым в землю. Очистив плот от грязи и тины, они поплыли вниз по реке огибая остров на котором потерпели бедствие. Миновав длинную песчаную косу, путешественники попали в главное русло реки. На правом берегу виднелся кустарник. Элли попросила Железного Дровосека править туда: она увидела на кусте шляпу Страшилы.

— Ура! — закричали все четверо. Скоро нашли и самого Страшилу, висевшего среди кустов в причудливой позе. Он был мокрый и растрепанный и не отвечал на приветствия и расспросы товарищей: вода начисто смыла у него рот, глаза и уши. Не удалось найти только великолепную трость Страшилы — подарок мигунов: очевидно ее унесло рекой.

Друзья вытащили Страшилу на песчаный берег, вытрясли солому и разостлали на солнышке, развесили сушить костюм и шляпу. Голова сушилась вместе с отрубями: вытряхивать драгоценные мозги девочка побоялась.

Когда солома высохла, Страшилу набили, голову поставили на место и Элли вытащила из-за пояса краски и кисть в непромокаемой жестяной коробочке, которыми она запаслась в Изумрудном городе.

Элли прежде всего нарисовала Страшиле правый глаз, и этот правый глаз дружески и очень нежно подмигнул ей. Потом появился второй глаз, а за ним уши и Элли еще не закончила рот, как веселый Страшила уже пел, мешая девочке рисовать.

— Эй-гей-гей-го! Элли опять спасла меня! Эй-гей-гей-го! Я снова-снова-снова с Элли!!!

Он пел, приплясывая, и уже не боялся, что его увидит кто-нибудь из подданных: ведь это была совершенно пустынная страна.

ЛЕВ СТАНОВИТСЯ ЦАРЕМ ЗВЕРЕЙ

Отдохнув после пережитых бедствий, путешественники отправились дальше. За рекой местность стала веселее. Появились тенистые рощи и зеленые лужайки. Через два дня путники вошли в огромный лес.

— Какой очаровательный лес! — восхитился Лев. — Я не видел еще таких прелестных дремучих лесов. Мой родной лес куда хуже.

— Уж очень здесь мрачно! — заметил Страшила.

— Ни чуточки, — ответил Лев. — Смотрите, какой мягкий ковер из сухих листьев под ногами! Я хотел бы остаться здесь навсегда жить!

— В этом лесу, наверное, есть дикие звери, — сказала Элли.

— Странно было бы, если бы такое прекрасное место не было заселено! — ответил Лев.

Как бы в подтверждение этих слов из чащи донесся глухой рев множества зверей. Элли испугалась, но Лев успокоил ее:

— Под моей охраной ты в безопасности. Разве ты забыла, что Гудвин дал мне смелость?

Утоптанная тропинка привела их на огромную поляну, где собрались тысячи зверей. Там были слоны, медведи, тигры, волки, лисицы и множество других животных. Ближайшие звери с любопытством уставились на Льва: по всей поляне разнесся слух о его прибытии.

Шум и рев стихли. Большой тигр выступил вперед и низко поклонился льву:

— Приветствуем тебя, царь зверей! Ты пришел вовремя, чтобы уничтожить нашего злейшего врага и принести мир животным этого леса.

— Кто ваш враг? — спросил Лев.

— В нашем лесу появился страшный зверь. С виду он походит на паука, но вдвое больше слона. Когда он шагает через лес, за ним остается широкий след от поваленных деревьев. И кто бы ему не попался, он хватает передними лапами, тащит ко рту и высасывает кровь. Мы собрались обсудить, как нам избавиться от него…

Лев подумал.

— Есть львы в вашем лесу? — спросил он.

— К великому нашему несчастью, ни одного.

— Если я уничтожу вашего врага, признаете ли вы меня своим царем и будете ли вы мне повиноваться?

— О, с удовольствием, с великим удовольствием! — дружно заревело звериное сборище.

— Я иду на бой! — отважно заявил Лев. — Охраняйте моих друзей, пока я не вернусь. Где чудовище?

— Вон там! — показал тигр. — Иди по тропинке, пока не дойдешь до больших дубов. Там паук переваривает пойманного утром большого быка.

Лев дошел до логовища паука, окруженного поваленными деревьями. Паук спал, переваривая пищу. Он был куда противнее двенадцатиногого зверя, сделанного Гудвином, и Лев рассматривал врага с отвращением. К огромному туловищу паука прикреплялись мощные лапы со страшными когтями. Зверь был очень силен на вид, но голова его сидела на тонкой длинной шее.

«Вот самое слабое место чудовища», — подумал Лев. Он решил напасть на спящего паука немедленно.

Изловчившись, Лев сделал длинный прыжок и упал прямо на спину зверя. Прежде чем паук опомнился от сна, Лев ударом когтистой лапы перервал его тонкую шею и быстро отпрыгнул. Голова паука покатилась прочь, а туловище зацарапало когтями землю и вскоре затихло.

Лев отправился обратно. Придя на поляну, где звери с нетерпением ожидали его возвращения, он гордо заявил:

— Отныне вы можете спать спокойно: страшное чудовище уничтожено!

Восторженный рев звериного стада был ему ответом. Звери торжественно поклялись в верности Льву, а он сказал:

— Я вернусь, как только отправлю Элли в Канзас, и буду править вами мудро и милостиво.

СТЕЛА, ВЕЧНО ЮНАЯ ВОЛШЕБНИЦА РОЗОВОЙ СТРАНЫ

Остальной путь через лес прошел без приключений. Когда путешественники вышли из леса, перед ними открылась крутая скалистая гора. Обойти ее было нельзя — с обеих сторон дороги были глубокие овраги.

— Трудненько карабкаться на эту гору! — сказал Страшила. — Но гора — ведь это не ровное место, и, раз она стоит перед нами, значит, надо через нее перелезть!

И он полез вверх, плотно прижимаясь к скале и цепляясь за каждый выступ. Остальные двинулись за Страшилой.

Они поднялись довольно высоко, как вдруг грубый голос крикнул из-за скалы:

— Назад!

— Кто там? — спросил Страшила.

Из-за скалы показалась чья-то странная голова.

— Это гора наша, и никому не позволено переходить ее!

— Но нам же нужно перейти, — вежливо возразил Страшила. — Мы идем в страну Стеллы, а другого пути здесь нет.

— Идете, да не пройдете!

На скалу с хохотом выскочил маленький толстенький человечек с большой головой на короткой шее. Его толстые руки сжимались в огромные кулаки, которыми он угрожал путникам. Человечек не казался очень сильным, и Страшила смело полез кверху.

Но тут случилась удивительная вещь. Странный человечек ударил об землю ногами, подпрыгнул в воздух, как резиновый мяч, и с лету ударил Страшилу в грудь головой и сильными кулаками. Страшила, кувыркаясь, полетел к подножью горы, а человечек, ловко став на ноги, захохотал и крикнул:

— А-ля-ля! Вот как это делается у нас, прыгунов!

И, точно по сигналу, из-за скал и бугров выскочили сотни прыгунов.

Лев рассвирепел и стремительно бросился в атаку, грозно рыча и хлеща себя хвостом по бокам. Но несколько прыгунов, взлетев в воздух, так ударили его своими плоскими головами и крепкими кулаками, что Лев покатился по склону горы, кувыркаясь и мяукая от боли, как самый простой кот. Он встал сконфуженный и, хромая, отошел от подножия горы.

Железный Дровосек взмахнул топором, попробовал гибкость суставов и решительно полез вверх.

— Вернись, вернись! — закричала Элли и с плачем схватила его за руку. — Ты разобьешься о скалы! Как мы будем собирать тебя в этой глухой стране?

Слезы Элли мигом заставили Дровосека вернуться.

— Позовем летучих обезьян, — предложил Страшила. — Здесь без них никак не обойтись, пикапу, трикапу!

Элли вздохнула:

— Если Стелла встретит нас недружелюбно, мы будем беззащитны…

И здесь вдруг заговорил Тотошка:

— Стыдно признаваться умному псу, но правду не скроешь: мы с тобой, Элли, ужасные глупцы!

— Почему? — удивилась Элли.

— А как же! Когда нас с тобой нес предводитель летучих обезьян, он рассказал нам историю золотой шапки… Ведь шапку-то можно передавать!

— Ну и что же? — все еще не понимала Элли.

— Когда ты истратишь последнее волшебство золотой шапки, ты передашь ее Страшиле и у него опять будут три волшебства.

— Ура! Ура! — закричали все. — Тотошка, ты наш спаситель!

— Жаль, конечно, — скромно сказал песик. — Что эта блестящая мысль не пришла мне в голову раньше. Мы тогда не страдали бы от наводнения…

— Ничего не поделаешь, — сказала Элли. — Что произошло, того не воротишь…

— Позвольте, позвольте, — вмешался Страшила. — Это что же получается… Три, да три, да три… — Он долго считал по пальцам. — Выходит, что я, да Дровосек, да Лев, мы можем приказывать летучим обезьянам еще девять раз!

— А про меня ты позабыл? — обиженно сказал Тотошка. — Я ведь тоже могу быть владельцем золотой шапки!

— Я про тебя не позабыл, — со вздохом признался Страшила. — Да я не умею считать дальше десяти…

— Это огромный недостаток для правителя, — серьезно заметил Железный Дровосек. — Я займусь тобой в свободное время.

Теперь Элли смело могла истратить свое последнее волшебство. Она говорила волшебные слова, а Страшила повторял их, приплясывая от радости и грозя своими мягкими кулаками воинственным прыгунам.

В воздухе раздался шум, и стая летучих обезьян опустилась на землю.

— Что прикажете, владетельница золотой шапки? — спросил предводитель.

— Отнесите нас к дворцу Стеллы! — ответила Элли.

— Будет исполнено!

И путники мигом очутились в воздухе.

Пролетая над горой, Страшила делал чудовищные гримасы прыгунам и отчаянно ругался. Прыгуны высоко подскакивали в воздух, но не могли достать обезьян и бесновались от злости.

Гора, а за ней и вся страна мигунов быстро остались позади, и взору путников открылась живописная плодородная страна болтунов, которой управляла добрая волшебница Стелла.

Болтуны были милые, приветливые люди и хорошие работники. У них был единственный недостаток — они страшно любили болтать. Даже находясь в одиночестве, они по целым часам говорили сами с собой. Могущественная Стелла никак не могла отучить их от болтовни. Однажды она сделала их немыми, но болтуны быстро нашли выход из положения: они научились объясняться жестами и по целым дням толпились на улицах и площадях, размахивая руками. Стелла увидела, что даже ей не под силу переделать болтунов, и вернула им голос.

Любимым цветом в стране болтунов был розовый, как у жевунов голубой, у мигунов — фиолетовый, а в Изумрудном городе — зеленый. Дома и изгороди были выкрашены в розовый цвет, а жители одевались в ярко-розовые платья.

Обезьяны опустили Элли с друзьями перед дворцом Стеллы. Караул у дворца несли три красивые девушки. Они с удивлением и страхом смотрели на появление летучих обезьян.

— Прощай, Элли! — дружески сказал предводитель летучих обезьян. — Сегодня ты вызывала нас в последний раз.

— Прощайте, прощайте! — закричала Элли. — Большое спасибо!

И обезьяны унеслись с шумом и смехом.

— Не слишком радуйтесь! — крикнул им вдогонку Страшила. — В следующий раз у вас будет новый повелитель и от него вы не отделаетесь так просто!..

— Можно ли видеть добрую волшебницу Стеллу? — с замиранием сердца спросила Элли девушек из караула.

— Скажите, кто вы такие и зачем сюда прибыли и я доложу о вас, — ответила старшая.

Элли рассказала, и девушка отправились с докладом, а остальные приступили к путникам с расспросами. Но они еще не успели ничего узнать, как девушка вернулась:

— Стелла просит вас во дворец!

Элли умылась, Страшила почистился, Железный Дровосек смазал суставы и тщательно отполировал их тряпочкой с наждачным порошком, а Лев долго отряхивался, разбрасывая пыль. Их накормили сытным обедом, а затем провели в богато убранный розовый зал, где на троне сидела волшебница Стелла. Она показалась Элли очень красивой и доброй и удивительно юной, хотя вот уже много веков правила страной болтунов. Стелла ласково улыбнулась вошедшим, усадила их в кресла и обращаясь к Элли, молвила:

— Рассказывай свою историю, дитя мое!

Элли начала длинный рассказ. Стелла и ее приближенные слушали с большим интересом и сочувствием.

— Что же ты хочешь от меня, дитя мое? — спросила Стелла, когда Элли окончила.

— Верните меня в Канзас, к папе и маме. Когда я думаю о том, как они горюют обо мне, у меня сердце сжимается от боли и жалости…

— Но ведь ты рассказывала, что Канзас — скучная и серая пыльная степь. А посмотри, как красиво у нас.

— И все же я люблю Канзас больше вашей великолепной страны! — горячо отвечала Элли. — Канзас — моя родина.

— Твое желание исполнится. Но ты должна отдать мне золотую шапку.

— О, с удовольствием, сударыня! Правда, я собиралась передать ее Страшиле, но уверена, что вы распорядитесь лучше, чем он.

— Я распоряжусь так, чтобы волшебства золотой шапки пошли на пользу твоим друзьям, — сказала Стелла и обратилась к Страшиле: — Что вы думаете делать, когда Элли покинет вас?

— Я хотел бы вернуться в Изумрудный город, — с достоинством ответил Страшила. — Гудвин назначил меня правителем Изумрудного города, а правитель должен жить в том городе, которым он правит. Ведь не могу же я управлять Изумрудным городом, если останусь в Розовой стране! Но меня смущает обратный путь через страну прыгунов и через реку, где я тонул.

— Получив золотую шапку, я вызову летучих обезьян, и они отнесут вас в Изумрудный город. Нельзя лишать народ такого удивительного правителя.

— Так это правда, что я удивительный? — просияв, спросил Страшила.

— Больше того: вы единственный! И я хочу, чтобы вы стали моим другом.

Страшила с восхищением поклонился доброй волшебнице.

— А вы чего хотите? — обратилась Стелла к Железному Дровосеку.

— Когда Элли покинет эту страну, — печально начал Железный Дровосек, — я буду очень грустить. Но я хотел бы попасть в страну мигунов, избравших меня правителем. Я привезу в Фиолетовый дворец свою невесту, которая — я уверен — ждет меня, и буду править мигунами, которых очень люблю.

— Второе волшебство золотой шапки заставит летучих обезьян перенести вас в страну мигунов. У вас нет таких замечательных мозгов, как у вашего товарища Страшилы мудрого, но вы имеете любящее сердце, у вас такой блестящий вид и я уверена, что вы будете прекрасным правителем для мигунов. Позвольте и вас считать своим другом.

Железный Дровосек медленно склонился перед Стеллой.

Потом волшебница обратилась к Льву:

— Теперь вы скажите о своих желаниях.

— За страной прыгунов лежит чудный дремучий лес. Звери этого леса признали меня своим царем. Поэтому я очень хотел бы вернуться туда и провести остаток своих дней.

— Третье волшебство золотой шапки перенесет смелого Льва к его зверям, которые, конечно, будут счастливы, имея такого царя. И я также рассчитываю на вашу дружбу.

Лев важно подал Стелле большую сильную лапу, и волшебница дружески пожала ее.

— Потом, — сказала Стелла. — Когда исполнятся три последних волшебства золотой шапки, я верну ее летучим обезьянам, чтобы никто больше не мог беспокоить их выполнением своих желаний, часто бессмысленных и жестоких.

Все согласились с тем, что лучше распорядиться шапкой невозможно, и прославили мудрость и доброту Стеллы.

— Но как же вы вернете меня в Канзас, сударыня? — спросила девочка.

— Серебряные башмачки перенесут тебя через леса и горы, — ответила волшебница. — Если бы ты знала их чудесную силу, ты вернулась бы домой в тот же день, когда твой домик раздавил злую Гингему.

— Но ведь тогда бы я не получил своих удивительных мозгов! — воскликнул Страшила. — Я до сих пор пугал бы ворон на фермерском поле!

— А я не получил бы моего любящего сердца, — сказал Железный Дровосек. — Я стоял бы в лесу и ржавел, пока не рассыпался бы в прах!

— А я до сих пор оставался бы трусом, — проревел Лев. — И, конечно, не сделался бы царем зверей!.

— Все это правда, — ответила Элли. — И я ничуть не жалею, что мне так долго пришлось прожить в стране Гудвина. Я только слабая маленькая девочка, но я любила вас и всегда старалась помочь вам, мои милые друзья! Теперь же, когда исполнились наши заветные желания, я должна вернуться домой, как было написано в волшебной книге Виллины.

— Нам больно и грустно расставаться с тобой, Элли, — сказали Страшила, Дровосек и Лев. — Но мы благословляем ту минуту, когда ураган забросил тебя в Волшебную страну. Ты научила нас самому дорогому и самому лучшему, что есть на свете, — дружбе!..

Стелла улыбнулась девочке. Элли обняла за шею большого смелого Льва и нежно перебирала его густую косматую гриву. Она целовала Железного Дровосека и тот горько плакал, забыв о своих челюстях. Она гладила мягкое, набитое соломой тело Страшилы и целовала его милое, добродушное разрисованное лицо…

— Серебряные башмачки обладают многими чудесными свойствами, — сказала Стелла. — Но самое удивительное их свойство в том, что они за три шага перенесут тебя хоть на край света. Надо только стукнуть каблуком о каблук и назвать место…

— Так пусть же они перенесут меня сейчас в Канзас!..

Но, когда Элли подумала, что навсегда расстается со своими верными друзьями, с которыми ей там много пришлось пережить вместе, которых она столько раз спасала и которые, в свою очередь, самоотверженно спасали ее самое, сердце ее сжалось от горя, и она громко зарыдала.

Стелла сошла с трона, нежно обняла Элли и поцеловала на прощанье.

— Пора, дитя мое! — ласково сказала она. — Расставаться тяжело, но час свиданья сладок. Вспомни, что сейчас ты будешь дома и обнимешь своих родителей. Прощай, не забывай нас!

— Прощай, прощай, Элли! — воскликнули ее друзья.

Элли схватила Тотошку, стукнула каблуком о каблук и крикнула башмачкам:

— Несите меня в Канзас, к папе и маме!

Неистовый вихрь закружил Элли, все слилось в ее глазах, солнце заискрилось на небе огненной дугой, и прежде чем девочка успела испугаться, она опустилась на землю так внезапно, что перевернулась несколько раз и выпустила Тотошку.



1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11