Суббота, 10.12.2016, 17:35
Приветствую Вас, Гость




Ведьма и солнцева сестра


В некотором царстве, далеком государстве жилбыл царь с царицей, у них

был сын Иван-царевич, с роду немой. Было ему лет двенадцать, и пошел  он

раз в конюшню к любимому своему конюху. Конюх этот сказывал  ему  всегда

сказки, и теперь Иван-царевич пришел послушать от него сказочки,  да  не

то услышал.

   - Иван-царевич! - сказал конюх. - У твоей матери скоро родится  дочь,

а тебе сестра; будет она страшная ведьма, съест и отца, и мать,  и  всех

подначальных людей; так ступай, попроси у отца что  ни  есть  наилучшего

коня - будто покататься, и поезжай отсюда куда глаза глядят, коли хочешь

от беды избавиться.

   Иван-царевич прибежал к отцу и с роду впервой заговорил с  ним;  царь

так этому возрадовался, что не стал и спрашивать: зачем ему добрый  конь

надобен? Тотчас приказал что ни есть наилучшего коня  из  своих  табунов

оседлать для царевича. Иван-царевич сел и поехал куда глаза глядят.

   Долго-долго он ехал; наезжает на двух старых швей и просит, чтоб  они

взяли его с собой жить. Старухи сказали:

   - Мы бы рады тебя взять, Иван-царевич, да нам уж  немного  жить.  Вот

доломаем сундук иголок да изошьем сундук ниток - тотчас и смерть придет!

   Иван-царевич заплакал и поехал дальше. Долго-долго ехал; подъезжает к

Вертодубу и просит:

   - Прими меня к себе!

   - Рад бы тебя принять, Иван-царевич, да мне  жить  остается  немного.

Вот как повыдерну все эти дубы с кореньями - тотчас и смерть моя!

   Пуще прежнего заплакал царевич и поехал все дальше да дальше. Подъез-

жает к Вертогору, стал его просить, а он в ответ:

   - Рад бы принять тебя, Иван-царевич, да мне самому жить немного.  Ви-

дишь, поставлен я горы ворочать; как справлюсь с этими последними -  тут

и смерть моя!

   Залился Иван-царевич горькими слезами и поехал еще дальше.

   Долго-долго ехал; приезжает наконец к  Солнцевой  сестрице.  Она  его

приняла к себе, кормила-поила, как за родным сыном ходила.  Хорошо  было

жить царевичу, а все нет-нет да и сгрустнется: захочется узнать,  что  в

родном дому деется. Взойдет, бывало, на высокую гору, посмотрит на  свой

дворец и видит, что все съедено, только стены осталися! Вздохнет и  зап-

лачет. Раз этак посмотрел да поплакал -  воротился,  а  Солнцева  сестра

спрашивает:

   - Отчего ты, Иван-царевич, нонче заплаканный?

   Он говорит:

   - Ветром в глаза надуло. В другой раз опять то  же;  Солнцева  сестра

взяла да и запретила ветру дуть.

   И в третий раз воротился Иван-царевич заплаканный; да уж делать нече-

го - пришлось во всем признаться, и стал он просить  Солнцеву  сестрицу,

чтоб отпустила его, добра молодца, на родину понаведаться.  Она  его  не

пускает, а он ее упрашивает; наконец упросил-таки, отпустила его на  ро-

дину понаведаться и дала ему на дорогу щетку, гребенку да два  моложавых

яблочка: какой бы ни был стар человек, а съест яблочко - вмиг  помолоде-

ет!

   Приехал Иван-царевич к Вертогору, всего одна гора осталась;  он  взял

свою щетку и бросил во чисто поле: откуда ни взялись - вдруг выросли  из

земли высокие-высокие горы, верхушками в небо упираются, и  сколько  тут

их - видимо-невидимо! Вертогор обрадовался и весело принялся за работу.

   Долго ли, коротко ли - приехал Иван-царевич к  Вертодубу,  всего  три

дуба осталося; он взял гребенку и кинул во  чисто  поле:  откуда  что  -

вдруг зашумели, поднялись из земли густые дубовые  леса,  дерево  дерева

толще! Вертодуб обрадовался, благодарствовал царевичу и пошел  столетние

дубы выворачивать. Долго ли, коротко ли - поехал Иван-царевич  к  стару-

хам, дал им по яблочку; они съели, вмиг помолодели и подарили ему плато-

чек; как махнешь платочком - станет позади целое озеро!

   Приезжает Иван-царевич домой. Сестра выбежала, встретила его,  приго-

лубила.

   - Сядь, - говорит, - братец, поиграй на гуслях, а я пойду - обед при-

готовлю.

   Царевич сел и бренчит на гуслях; выполз из норки и мышонок и  говорит

ему человеческим голосом:

   - Спасайся, царевич, беги скорее! Твоя сестра ушла зубы точить.

   Иван-царевич вышел из горницы, сел на коня и поскакал назад; а  мышо-

нок по струнам бегает: гусли бренчат, а сестра и не ведает,  что  братец

ушел. Наточила зубы, бросилась в горницу, глядь - нет  ни  души,  только

мышонок в нору скользнул. Разозлилась ведьма, так и  скрипит  зубами,  и

пустилась в погоню. Иван-царевич услыхал шум, оглянулся - вот-вот  наго-

нит сестра; махнул платочком - и стало глубокое озеро. Пока  ведьма  пе-

реплыла озеро, Иван-царевич далеко уехал.

   Понеслась она еще быстрее... вот уж близко! Вертодуб угадал, что  ца-

ревич от сестры спасается, и давай вырывать дубы да валить на  дорогу  -

целую гору накидал! Нет ведьме проходу! Стала она путь прочищать,  грыз-

ла, грызла, насилу продралась, а Иван-царевич уж далеко. Бросилась дого-

нять, гнала, гнала, еще немножко, и уйти нельзя. Вертогор увидал ведьму,

ухватился за самую высокую гору и повернул ее как раз на дорогу, а на ту

гору поставил другую. Пока ведьма  карабкалась  да  лезла,  Иван-царевич

ехал да ехал и далеко очутился.

   Перебралась ведьма через горы и опять погнала за  братом...  Завидела

его и говорит:

   - Теперь не уйдешь от меня. Вот близко, вот нагонит! В то самое время

подскакал Иван-царевич к теремам Солнцевой сестрицы и закричал:

   - Солнце, Солнце! Отвори оконце. Солнцева сестрица отворила  окно,  и

царевич вскочил в него вместе с конем.

   Ведьма стала просить, чтоб ей выдали брата головою;  Солнцева  сестра

ее не послушала и не выдала. Тогда говорит ведьма:

   - Пусть Иван-царевич идет со мной на весы, кто кого перевесит. Если я

перевешу - так я его съем, а если он перевесит - пусть меня убьет!

   Пошли; сперва сел на весы Иван-царевич, а  потом  и  ведьма  полезла,

только ступила ногой, так Ивана-царевича вверх и подбросило, да с  такою

силою, что он прямо попал к Солнцевой сестре в терема, а ведьмазмея  ос-

талась на земле