Четверг, 08.12.2016, 06:58
Приветствую Вас, Гость




Три друга

 Случилось это  три  века  назад,  в  годы  правления Инчжона  -  короля
династии Ли.
   В  одном буддийском храме обучались грамоте трое  юношей.  Одного звали
Тхэ Бэк Пхун,  второго Чон Тхэ Хва,  а  третьего -  просто Чхве.  И были в
учении все трое очень усердными.
   Вышли  они  однажды  отдохнуть  на  лужайку  позади  храма.   Посидели,
помолчали, свежим воздухом подышали, вдруг Чон Тхэ Хва и говорит:
   - Давайте, друзья, нынче расскажем друг другу о том, чему каждый из нас
жизнь свою посвятить хочет.
   Сказал тогда Тхэ Бэк Пхун:
   - Ты предложил, ты и начинай.
   Поглядел Чон Тхэ Хва на далекие горы, вздохнул и начал:
   - Дважды страна наша подвергалась опустошению.  Народ живет в нищете. А
сановники да чиновники только и  знают,  что интриги плести.  Вот и хочу я
добиться высокой должности,  королю помочь жизнь в стране изменить,  чтобы
сирых да обездоленных не было, чтобы люди в довольстве и радости жили.
   Умолк Чон  Тхэ Хва,  посмотрел на  Тхэ Бэк Пхуна,  твоя,  мол,  очередь
говорить. Молчит Тхэ Бэк Пхун, и заговорил тогда Чхве - самый незадачливый
из троих:
   - А  мне  ни  должности,  ни  звания  не  нужны.  Хотел  бы  я  жить  в
каком-нибудь тихом, красивом месте и книги читать.
   Сказал так  Чхве,  а  Тхэ  Бэк Пхун опять молчит.  Долго молчал,  потом
говорит:
   - Я желаю совсем другого. И говорить о том нет нужды.
   Стали его друзья уговаривать, скажи да скажи, не выдержал Тхэ Бэк Пхун,
уступил:
   - Не для того я учусь,  чтобы добиться высокого чина.  Но я,  как и вы,
люблю свою родину,  свой народ.  Думы о  нем меня не  покидают ни  днем ни
ночью.   Во  всех  бедах  людских  повинны  янбаны.   Они  обирают  народ,
обманывают.  Я  хочу у  них все отнять и  раздать все бедным.  А  их самих
уничтожить.
   - Уж не собираешься ли ты стать главарем разбойничьей шайки? - дрожа от
страха, спросил Чхве. - Прошу тебя, никогда больше об этом не говори, даже
в шутку.
   Чон Тхэ Хва ничего не сказал,  лишь покачал головой,  знал, что Тхэ Бэк
Пхун как сказал, так и сделает.
   Время быстро летит.  Прошло двадцать лет.  Чон Тхэ Хва сдал экзамены на
должность  и   был   назначен  правителем  провинции  Хамген.   Чхве  стал
конфуцианским ученым и,  словно пес в конуре, тихо жил в глухой провинции.
О Тхэ Бэк Пхуне никто ничего не слышал.
   Узнал Чхве,  что его однокашник теперь правитель Хамгена,  и  решил его
навестить, денег попросить и хоть какую-нибудь должность. А Чхве, надо вам
сказать, ни твердостью, ни умом не отличался, хоть и назывался ученым.
   Взял Чхве узелок и отправился в путь. Перевалил горный хребет Чхоллен и
вскоре достиг селения Хвеян.
   Подошел к харчевне,  а там здоровенный детина, рядом - конь под седлом.
Подошел детина к Чхве, вежливо поздоровался и говорит:
   -  Приказал  мне мой повелитель дождаться тебя здесь. Садись на коня, и
поедем.
   Удивился Чхве и спрашивает:
   - Кто же это твой повелитель? И куда ехать надо?
   - После узнаешь,  а  сейчас ни  о  чем не спрашивай.  Садись поскорее в
седло. - Сказал так детина, помог Чхве на коня сесть.
   Ехали они,  ехали,  ли  пятьдесят проехали.  Тут их  снова дожидаются с
лошадьми.  Пересели они на других лошадей -  дальше поехали.  За один день
несколько раз сменяли коней.  Уже и смеркаться стало. Зажег детина фонарь,
погнал лошадь по горной тропе.  А она узкая. Того и гляди свалишься. Ехали
они,  ехали, не одну сотню ли проехали. А утром выросло перед ними большое
селение.  Удивился Чхве:  "Откуда в  этом глухом ущелье селение?"  На краю
селения  остановили они  коней,  Чхве  спешиться  помогли.  Поговорили меж
собой,  Чхве в  селение повели.  Вдруг откуда ни возьмись какой-то человек
перед  Чхве  вырос.  Голубой халат на  нем  красным поясом перехвачен.  На
голове -  фиолетовая повязка.  Сам  высоченный,  широкоплечий,  улыбается,
глаза таращит.  Глядеть страшно.  Взял он  Чхве за  руку,  в  дом  повел и
спрашивает:
   - Неужто не признал ты меня?
   Пригляделся Чхве повнимательней, а это одноклассник его Тхэ Бэк Пхун!
   Устроил Тхэ Бэк Пхун пир в  честь старого друга.  Стали они юность свою
вспоминать,  рассказывать друг другу о том,  что делали и как жили все это
время. Выслушал Тхэ Бэк Пхун друга и говорит:
   - А я вот главарем шайки разбойников стал и ничуть не жалею. Нет у меня
охоты  спину  гнуть  на  кого-то,  жить,  как бессловесная тварь, муха или
собака.  Я  свою жизнь ни на какую не променяю. Янбанам кланяться не хочу,
они крестьян разоряют. А я не вор. Бедняков мы не грабим. Отбираем добро у
янбанов  и  торговцев.  Нападаем на суда, те, что наше добро увозят. А все
отобранное  беднякам раздаем... Помнишь, когда-то я рассказал тебе о своей
мечте, а ты осудил меня, испугался. Теперь же, услыхав, что ты, старый мой
друг, покинул глухую провинцию и в путь отправился, я приказал ко мне тебя
привести.  И  вот  что  хочу  сказать. Чон Тхэ Хва не дурак. Он знает, что
человек  ты  ни  на  что  не способный. А потому ни должности, ни денег не
даст.  Даже на обратную дорогу. Так что советую тебе не ездить к нему. Дам
я тебе кое-что, и возвращайся домой.
   Чхве не нашелся что ответить и  молчал.  Ему хотелось поскорее покинуть
это место и рассказать обо всем самому Чон Тхэ Хва.
   Словно угадав мысли друга, Тхэ Бэк Пхун сказал:
   - Но если ты все же свидишься с Чон Тхэ Хва,  ничего не рассказывай обо
мне. Все равно ему меня не поймать. А расскажешь - не сносить тебе головы.
   Чхве  поклялся не  обмолвиться ни  единым словом о  том,  что  видел  и
слышал, и Тхэ Бэк Пхун проводил его до дороги.
   Через  несколько  дней  Чхве  уже  был  в  столице  провинции  и,  едва
встретившись с Чон Тхэ Хва, сказал:
   - Послушай, дружище! А известно ли тебе, чем занимается Бэк Пхун?
   Правитель  давно  слышал, что друг его стал главарем шайки разбойников,
но  сделал  вид,  будто  ничего  не знает: во-первых, боялся, а во-вторых,
считал,  что  Тхэ  Бэк  Пхун  в  чем-то  прав  -  ведь  был  он  человеком
незаурядным. Поэтому в ответ на слова Чхве правитель сказал:
   - Ничего я  о  нем не знаю.  Не получал никаких вестей с тех самых пор,
как мы с ним расстались.  Тхэ Бэк Пхун способный и умный,  так что вряд ли
занялся недостойным делом.
   -  Ты  уверен?  А  мне  вот  известно совсем другое. Помнишь, как-то он
говорил,  что  хочет  стать  главарем шайки? Он им и стал. Кстати, в твоей
провинции. По дороге сюда я заблудился и попал в логово разбойников. Там я
и  встретил  Тхэ Бэк Пхуна. Устроил он в честь меня пир и стал хвастаться,
что  в  каждой  провинции у него свои люди, их несколько тысяч. Но при нем
если  наберется  несколько  десятков,  и то хорошо. Я сам видел. Послушай,
дружище! Дай мне тридцать хорошо вооруженных парней, и я тебе его приведу!
   Рассмеялся Чон Тхэ Хва и говорит:
   - Может, и стал Тхэ Бэк Пхун главарем шайки, но мне пока вреда никакого
не причинил. К тому же сила у него большая. Так не лучше ли оставить его в
покое?  А  то шума наделаем и  ничего не добьемся.  Ведь это все равно что
пощекотать соломинкой спящего тигра.
   Однако Чхве стоял на  своем.  Ведь если он поймает главаря разбойников,
непременно получит высокую должность. И он стал угрожать правителю:
   - Позволяешь разбойнику свободно  разгуливать по  твоим  владениям?  Не
хочешь его поймать?  А если всему нашему государству от него большой ущерб
будет?  Тебя же и  обвинят!  Не послушаешься меня -  придется жаловаться в
Сеул.
   Делать нечего.  Дал правитель Чхве тысячу лян серебра и  десятка четыре
воинов. Но тысяча лян для Чхве - пустяки!
   Повел Чхве воинов в  те самые горы,  где однажды уже побывал.  Приказал
спрятаться,  а  сам к  ущелью направился.  Не успел ступнуть и  нескольких
шагов, как увидел уже знакомого ему детину.
   - Наш начальник велел тебя к  нему привести,  -  сказал детина и  помог
Чхве сесть в седло.
   Пока ехали,  Чхве размышлял о  том,  как  его воины окружат разбойничье
логово и  захватят в  плен главаря.  Размечтавшись,  он  не  заметил,  как
подошли к  ущелью.  В  это  время  прогремел выстрел,  и  со  всех  сторон
повыскакивали разбойники. Все высоченные, .здоровенные, набросились они на
Чхве, с коня стащили, связали и поволокли к Тхэ Бэк Пхуну.
   -  Бессовестный  негодяй!  У  тебя  еще  хватило  наглости на глаза мне
явиться! - закричал Тхэ Бэк Пхун.
   А Чхве кашлянул и как ни в чем не бывало говорит:
   - С какой стати ты так со мной непочтителен?! Ведь мы старые друзья!
   - Старые  друзья?!  -  заорал  предводитель разбойников.  -  Ты  смеешь
называть  себя  моим  другом?   Ведь  ты   поклялся  никому  обо   мне  не
рассказывать,  а сам предал меня,  клятву нарушил. Какой же ты после этого
друг?
   Клянется Чхве, что ничего такого не сделал. Приказал тогда Тхэ Бэк Пхун
привести пленных воинов.  Увидел их Чхве,  в ноги Тхэ Бэк Пхуну кинулся, о
пощаде молит.
   - Не  хочется меч  марать  о  такого  негодяя,  -  сказал  предводитель
разбойников с холодной усмешкой. - Пусть тебя розгами высекут. И катись на
все четыре стороны!
   Высекли конфуцианца,  выбрался он чуть живой из ущелья.  А Тхэ Бэк Пхун
всех  пленных воинов собрал,  дал  каждому по  двадцать лянов на  дорогу и
говорит:
   - Вернетесь  домой  -   передайте  правителю,  чтобы  не  слушал  таких
негодяев.
   Ушли воины,  а  Тхэ Бэк Пхун приказал своим людям добро все собрать и в
другое место уйти. А дома сжечь.
   Дополз кое-как Чхве до своего дома,  а там ни жены, ни детей. Не поймет
Чхве, куда все подевались? У соседей спросил, после искать пошел и нашел.
   Смотрит -  дом  стоит  новехонький,  лучше прежнего.  Семья в  достатке
живет.  Стал Чхве спрашивать, что да как. А домочадцы ему письмо дают. Оно
его рукой написано. От его имени послано. Вот что в письме говорится:
   "Добрался я до столицы благополучно, правитель мне много ценностей дал,
посылаю  их  вам  с  нарочным.  Купите  новый  дом  и  все  остальное.  Не
скупитесь".
   Прочитал Чхве  письмо,  слезами залился.  Только теперь понял,  что  за
человек Тхэ  Бэк  Пхун.  Хоть бы  еще  разок встретиться с  ним,  прощения
попросить.  Но  как ни  старался Чхве узнать,  где теперь его старый друг,
никто ему сказать ничего не мог.

Перевод Валентина Ли

Из книги "Феи с Алмазных гор: Корейские нар. сказки" - М.: Худож. лит., 1991