Четверг, 08.12.2016, 07:02
Приветствую Вас, Гость




Своим умом


Жили старик со старухой. Детей у них не было. Жилось им скучно, и они постоянно жаловались на свою судьбу.
Однажды они сидели на своем огороде, где на грядках росли тыквы.
– Эх, был бы у нас сынок...– произнес старик. И вдруг одна тыква скатилась с грядки и подкатилась к старику со старухой:
– А чем я вам не сынок?
Посмотрел старик, удивился. Виданное ли дело, чтобы тыква заговорила человечьим голосом! Да только вдруг радостно ему стало, как будто и впрямь родного сына увидел. Взяли старик со старухой сына-тыкву к себе домой и стали жить вместе.
Старик и старуха по целым дням в поле работали, а сынок-тыковка готовил дома еду и приносил им на поле. Названые родители души в нем не чаяли и любили, как родного сына.
А сын-тыковка все рос да рос. Пришла пора ему жениться.
Он и говорит старику со старухой:
– Ищите мне невесту!
Те засмеялись сначала, а потом опечалились:
– Кто же за тебя замуж пойдет, сынок?!
– Не горюйте,– отвечает сын-тыковка.– Я и сам найду себе невесту. Вот увидите: женюсь я на царской дочери!
Собрался сын-тыковка и отправился в путь искать себе невесту.
Ходил он по разным странам, побывал во многих городах. Наконец он попал в столицу одного царства, где правил раджа, у которого было семь дочерей.
Как-то раз раджа позвал к себе дочерей и спросил:
– Скажите мне, дочки, чьим умом вы живете?
– Твоим умом, отец,– в один голос ответили шесть царевен.– Если бы ты не был раджей, не был бы нашим отцом, откуда добыли бы мы такие богатства, как могли бы жить так счастливо?
Радже приятно было услышать такой ответ. Но почему седьмая, самая младшая царевна не произнесла ни слова?
– А ты что же молчишь, Канчхи? Чьим умом ты живешь?
– Я своим умом живу, отец,– ответила Канчхи. Раджа удивился и рассердился. Он даже изменился в лице, и глаза его от гнева налились кровью.
– Так-то ты ценишь отцовские милости? Видно, слишком ты возгордилась, если стала презирать отца! Хорошо же! Посмотрим, счастлива ли будет твоя судьба.
И раджа повелел выдать младшую дочь замуж за того, кто наутро первым подойдет к царскому дворцу.
Младшая царевна была горда и своего слова держалась крепко. Она не испугалась и с готовностью согласилась повиноваться отцу.
А по тому городу ходил юноша-тыковка, и наутро он как раз подошел к царскому дворцу. Раджа уже с рассвета сидел у окна и поджидал, кто явится первым. Увидел он тыкву и позвал младшую дочь:
– Вот, смотри, кого прислала тебе твоя судьба!
– Ну так что же,-отвечала царевна,-я согласна. Раджа устроил свадьбу, а после свадьбы муж-тыковка с молодой женой отправился домой. Раджа не дал своей дочери никакого приданого и проводил ее без всяких почестей. Царевна с мужем одни пешком пошли по дороге.
На пути им попалось хлебное дерево со спелыми плодами. Увидел их муж-тыковка и сказал царевне:
– Я влезу наверх, потрясу дерево, а ты собирай плоды внизу.
Он забрался на дерево, начал трясти его, и плоды посыпались на землю. Но, когда тыковка стал спускаться, он зацепился за ветку и сорвался. Стукнулся тыковка о землю и раскололся на кусочки.
Увидела это царевна и горько зарыдала:
– Увы, несчастная моя доля! Где уж мне своим умом жить!
Вспомнила она, как насмехались над ней отец и сестры, и стала сокрушаться, что в свое время не послушалась их. Вдруг она услыхала голос своего мужа-тыковки:
– Не горюй, Канчхи! Я не умер, я только менял свою одежду!
И тут перед ней явился ее муж в человеческом облике – красивый, веселый, статный. Вне себя от радости царевна упала ему в ноги.
Весть об этом чуде разнеслась повсюду. Дошел слух и до отца царевны. И он с женой и шестью царевнами поспешил к своему зятю. Увидел раджа зятя в человеческом облике – и стал хвалить дочь за то, что она жила своим умом.
А каждая из сестер завидовала ей и раскаивалась: «Почему я не сказала, что живу своим умом? Тогда и мне в мужья достался бы такой красавец. Канчхи своим умом вот чего добилась! А мы остались ни с чем».
А раджа пожалел, что был так несправедлив к родной дочери. Он хотел отдать Канчхи половину своего царства, но она отказалась:
– Лучше будем мы жить, отец, своим умом! И поистине: если своим умом жить, незачем к людям на поклон ходить.



Семь братьев чампа

У одного раджи было семь рани. Старшие рани были такие гордые, что, когда ходили по земле, едва касались ее ногами. Младшая же рани была очень скромна, и раджа любил ее больше всех.
Долгое время раджа не имел детей. «Кто же,– думал он,– будет моим наследником? Кому достанется мое царство?»
Проходили дни. И вот у младшей рани должен был родиться ребенок. Раджа не мог сдержать своей радости. Он созвал слуг и караульных и объявил по всему царству, что раскрывает все свои заветные кладовые. Кто хочет сластей и драгоценностей – пусть приходит и берет.
Старшие рани стали завидовать младшей.
А раджа протянул из своих покоев в покои младшей рани золотую цепочку и сказал:
– Как появится на свет младенец, дерни за эту цепочку – и я приду взглянуть на новорожденного.
С этими словами он удалился на дорбар.
[Дорбар- царский прием.]
И младшая рани стала ожидать младенца. Кто осмелился бы войти в ее покои? Но старшие рани решили:
«Зачем нам посылать к младшей рани чужих женщин? Лучше мы сами к ней пойдем».
Когда они входили к ней, задели за золотую цепочку. Раджа, прервав дорбар, в сопровождении жреца и свиты под бой барабанов тотчас отправился в покои младшей рани. В руках его были драгоценности.
Но, увидев, что ожидаемого не произошло, он удалился.
Не успел раджа снова начать прием, как опять зазвенела золотая цепочка. Раджа вновь поспешил к рани, но и на этот раз понапрасну. Разволновавшись и разгневавшись, он решил: «Если цепочку дернут и в третий раз, а младенец не появится, я зарублю рани». С такими мыслями раджа вышел из покоев жены.
А тем временем у младшей рани один за другим родились семь сыновей и дочь. Дети были красивы, как луна, как бутоны цветов. Нетерпеливо размахивали они ручками и ножками, и покои матери озарились ярким светом.
Младшая рани слабым голосом произнесла:
– Диди, почему ты не показываешь моего сына? Но старшая рани сделала презрительную гримасу и замахала руками:
– Какой же это сын?! Разве могла ты родить сына?! Ты родила не то мышонка, не то краба.
Услышав это, младшая рани впала в беспамятство. А коварные старшие рани не дергали более цепочку. Они тайком принесли глиняный горшок, положили туда мальчиков и девочку и закопали горшок в куче золы. Затем, возвратившись к молодой матери, они дернули за цепочку. Опять загремели барабаны, и раджа в сопровождении жреца, с драгоценностями в руках появился в покоях своей любимой жены.
Старшие рани, успевшие уже вымыть руки и лицо, показали ему несколько лягушат и мышат, будто бы рожденных младшей рани. Увидев их, раджа рассвирепел и выгнал молодую мать из дворца.
А лица старших рани расцвели улыбками. Не замолкал звон браслетов на их ногах. Счастью их не было предела. Раздув во дворце пламя ненависти и хитростью добившись победы, шесть рани принялись за свои обычные дела.
Несчастная же младшая рани жила в нужде и лишениях; она ходила в лес рубить дрова, чистила канавы, дробила щебень – выполняла всю черную работу.
Шло время, а счастье не улыбалось радже; не было счастья и его государству. Дворец запустел, в царском саду не распускались цветы, раджа не совершал пуджу (П у д ж а – богослужение.).
Однажды к радже пришел садовник и сказал:
– У меня нет цветов для совершения ежедневной пуджи, но на семи деревьях чампа и на дереве парул, что растут на куче золы, распустились семь очень нежных цветков чампа и один парул.
– Вот и принеси мне эти цветы для богослужения,– ответил раджа.
Садовник отправился за цветами.
Увидев его, цветок на дереве парул закричал цветам чампа:
– Семь братьев чампа, берегитесь!
Тотчас же семь чампа зашелестели листвой:
– Что случилось, сестра парул?
– Сюда идет садовник раджи, вы дадите ему цветы для пуджи? – отвечала парул.
Деревья закачали вершинами и подняли цветы наверх.
– Нет, не дадим, не дадим цветов садовнику,– прошелестели чампа.
Услышав это, садовник остолбенел, потом в страхе бросил свою корзинку и пустился бежать.
Прибежав во дворец, он рассказал обо всем радже. Раджа удивился его рассказу и решил сам отправиться со свитой к чудесным деревьям.
Когда раджа приблизился к семи деревьям чампа, чтобы сорвать цветы, дерево парул закричало:
– Семь братьев чампа, берегитесь!
– Что случилось, сестра парул? – спросили с тревогой семь чампа.
– Сам раджа пришел. Дадите вы ему цветов? – крикнула парул.
– Нет, не дадим, не дадим ему цветов, мы поднимем их еще выше,– ответили чампа.– Пусть придет за цветами старшая рани!
И цветы чампа вместе с цветком парул поднялись еще выше.
Раджа позвал старшую рани. Она пришла, позванивая браслетами на ногах. Деревья чампа заволновались.
– Мы не дадим, не дадим цветов старшей рани, поднимем цветы еще выше! Пусть придет за ними другая рани!
Пришла другая рани, потом третья рани, четвертая, молодая рани, но никто из них не мог достать цветов; они поднимались все выше и выше над землей, сверкая, словно звезды в небе. Огорченный раджа, понурив голову, опустился на землю. Вот уже пришла последняя рани, а деревья повторяли все одно и то же.
– Не дадим, не дадим цветов, поднимемся еще выше! Пусть придет за цветами самая бедная служанка.
Стали искать эту служанку. Раджа послал за ней паланкин. Слуги и носильщики с паланкином отправились в поле и возвратились оттуда со служанкой. Руки и ноги у нее были испачканы в навозе, сари было порвано.
Но чудесные деревья тотчас же признали в ней младшую рани. Семь чампа приветливо зашелестели, и цветы их стали спускаться все ниже и ниже. К ним присоединился и цветок парул. И вдруг из цветов выпрыгнули семь царевичей и царевна – прекрасные, словно полная луна, и с криком «ма! ма!» бросились к младшей рани-служанке.
Все застыли в удивлении. У раджи из глаз полились слезы радости. Старшие же рани задрожали от страха.
Тогда раджа приказал поставить старших рани коленями на колючки и такими же колючками засыпать их, а сам вместе с сыновьями-царевичами, дочерью-царевной и своей любимой рани отправился во дворец.
И во дворце торжественно зазвучали литавры.