Жил один мучник. Купил он на мельнице муку, привез к себе в лавку, засыпал в ларь, сказал: "С Богом, в добрый час" - и стал продавать муку. А давал он людям хороший поход. Продает-продает, на другой день приходит в лавку и видит - не убавляется мука. Очень он удивился и понял, что это дело рук шрейтеле. Никому он про то не сказал, кроме жены. Так это тянулось всю зиму до Пурима и тянулось бы еще долго-долго, кабы не соседка: зашла в лавку, увидела муку в ларе да как закричит: - Тьфу, тьфу! У вас еще осталось от той ржаной муки - не иначе, как вам ее таскают шрейтелех. Мучник всплеснул руками: - Караул! Ты нас сглазила! И вправду, с тех пор муки становилось все меньше и меньше, а вскоре она и совсем кончилась. Мучник был в отчаянии и невзлюбил соседку за ее черный глаз. Та это поняла и очень переживала, то из-за нее и из-за ее длинного языка соседу большой убыток. На краю местечка, около кладбища, жила старуха, которую все считали колдуньей. К ней и обратилась соседка за советом. Старуха выслушала ее, несколько раз покачала трясущейся головой и сказала так: - Зайди к мучнику в лавку, возьми горсть муки из того ларя, на который ты тогда смотрела, плюнь три раза, три раза отсыпь муки из ладони и каждый раз приговаривай: "Я позавидовала, я сглазила, я наболтала, а шрейтеле здесь никогда и не было". Соседка так и сделала; и после этого мучник снова разбогател, да так, что богаче его не было во всей округе.
Украинские легенды о Беште
Украинские крестьяне тоже любили рассказывать легенды о цадиках и еврейских святых, особенно о рабине (раввине) Сруле, то есть о Бал Шем Тове. Не однажды приходилось слышать эти легенды от возниц, когда едешь, бывало, на крестьянской телеге. В Межбуже одну из таких легенд о Беште рассказал нам старый крестьянин. Он еще ребенком слышал ее от отца, который сам видел Бешта. - В старое время рабины были не то что нынешние - так начал свой рассказ старый крестьянин, тряхнув длинным седым чубом. - Нет, совсем другие! Когда я был еще малым хлопчиком, мой отец, Царство ему Небесное, рассказывал мне, что у нас в Меджибоже жил большой рабин, святой рабин, Срулем его звали, и был тот Сруль справедливый рабин и мог творить чудеса. А платье он носил не из шелка, а из простой холстины, молился под открытым небом в широких полях да в дремучих лесах. И сам он был святой, и голос у него был святой: как начнет Богу молиться и петь, так слетится стая птичек, сядет ему на голову и поет вместе с ним. Мужики защищали его, смотрели, чтобы никто его не трогал. Однажды один парубок хотел его напугать, так у того парубка язык прилип к нёбу, и он онемел. У другого, который хотел бросить в него камнем, рука сразу отсохла и перестала гнуться. Мой отец как-то подглядел, как Сруль нагишом катается в снегу и купается в полонке (проруби). Если Срулю понадобится вода, он только воткнет в землю свою палку повернет ее - и вода сразу забьет! Владелец местечка Сенятичи (Гродненская губерния) Георгий Сапега погиб внезапной и ужасной смертью - лошади понесли, он выпал из кареты и убился насмерть. После его гибели Сенятичи вместе с окрестными владениями перешли к предприимчивой и капризной княгине Анне Яблоновской-Сапега. Безутешная вдова поселилась в этом местечке и приказала построить великолепный дворец. Местом для него она выбрала холм в сосновом лесу рядом с еврейским кладбищем. В 1753 году дворец был освящен ректором местной иезуитской коллегии. Вокруг дворца разбили парк и фруктовый сад. Но вскоре обнаружилось серьезное неудобство: еврейское кладбище почти вплотную подходило к каменной ограде дворца. Плач и зрелище похорон плохо действовали на нервную княгиню, и она решила кладбище уничтожить. Пригласила к себе трех руководителей еврейской общины, сообщила им о своем решении, а чтобы решить дело миром, пообещала выстроить рынок с лавками и, кроме того, выдать евреям бесплатно дрова. Но евреи стали со слезами умолять княгиню не совершать святотатства и не нарушать покоя их предков. Ничего, однако, не помогло. Упрямая княгиня заручилась согласием кагального старосты, предателя Кадышевича, и приказала убирать надгробия и выкапывать останки. Евреев, которые с женами и детьми бросились на родные могилы, чтобы защитить их, княжеские гайдуки прогнали нагайками. Едва первая пара волов с плугом дошла до могилы портного Шлоймы (о нем говорили, что он был ламедвовником), как волы вдруг упали замертво. Та же участь постигла и следующую пару, причем погибли не только волы, но и погонщики. Все же через кладбище была проложена широкая аллея, обсаженная тополями. Правда, по обеим ее сторонам надгробия остались, но хоронить здесь покойников больше не разрешалось, и кладбище было перенесено в другое место. Кадышевича предали херему. Он вскоре умер, не оставив потомства, и был похоронен за оградой кладбища. Рассказывают, что во время погребения земля не приняла его в свои недра, и тело еще долго лежало в яме, не засыпанное землей. Был построен великолепный дворец, посажен прекрасный сад, однако счастья они княгине Яблоновской-Сапеге не принесли. Через некоторое время заболел и умер старший сын княгини, вслед за этим паралич разбил ее младшего сына, который вскоре умер в страшных мучениях. Владелица дворца увидела в этом наказание Божье за свое святотатство и решила выстроить большую каменную синагогу. Она была построена в 1755 году на холме, была выше униатской церкви и почти такой же высокой, как местный костел. От великолепного дворца и прекрасного парка остались только жалкие следы, а синагога еще долго красовалась как напоминание о былом панском капризе.
Хохочущий теленок
Деревенский еврей ехал однажды на подводе в ближайшее местечко справлять Слихес. Ночи в конце месяца элул темные. Осенняя дорога размыта, грязь непролазная. Лошадь с трудом передвигалась, еле вытаскивая ноги из густой липкой грязи. И вдруг слышит еврей, кто-то невдалеке не то блеет, не то мычит. Прислушался - мычит теленок. Еврей слез и по колено в грязи пошел на голос. Подходит, видит: лежит на земле теленок, ноги спутаны. Поднял еврей теленка, понес к подводе, а сам диву дается, до чего тяжелый. Уложил теленка на подводу, едет дальше, радуется находке. Так ехал наш еврей, ехал и даже стал напевать от радости. Думает, как приедет он в местечко, так отведет теленка к шойхету, разделит мясо, часть отдаст раввину, а остальное продаст - мясо сейчас, в канун праздников, всем нужно. Еврей поминутно оглядывался на теленка и, подстегивая лошаденку, гнал все быстрее и быстрее. Вскоре далеко впереди замелькали огоньки местечка. Тут он вдруг услыхал сзади страшный хохот, оглянулся - а это теленок. Встал на ноги и громко хохочет человеческим голосом. Потом соскочил с подводы и исчез в ночном мраке. Это был лантух.