Четверг, 25.05.2017, 19:16
Приветствую Вас, Гость




Солдат и смерть


Прошло срочное время, отслужил солдат службу королю и стал  проситься

на родину с родными повидаться. Сначала было король не  пускал  его,  но

потом согласился, наделил его златом-серебром и отпустили его на все че-

тыре стороны.

   Вот получил солдат отставку и пошел с товарищами прощаться, а товари-

щи и говорят ему:

   - Неужели на простинах не поднесешь, а прежде ведь мы хорошо жили?

   Вот солдат и начал подносить  своим  товарищам;  подносил-подносил  -

глядь, а денег-то осталось у него только пять пятаков.

   Вот идет наш солдат. Близко ли, далеко ли, видит:  стоит  в  сторонке

кабачок; зашел солдат в кабачок, на копейку выпил, на грош закусил и по-

шел далее. Прошел немного, встретилась ему  старуха  и  стала  милостыню

просить; солдат и подал ей пятак. Прошел опять немного, смотрит, а та же

старуха опять идет навстречу и просит милостыню; солдат подал другой пя-

так, а сам дивуется: как это старуха опять очутилась впереди? Смотрит, а

старуха опять впереди и просит милостыню; солдат и третий пятак подал.

   Прошел опять с версту. Смотрит, а старуха опять впереди и просит  ми-

лостыню. Разозлился солдат, не стерпело ретивое, выдернул тесак да и хо-

тел было раскроить ей голову, и только лишь замахнулся, старуха  бросила

к его ногам котомку я скрылась. Взял солдат котомку, посмотрел-посмотрел

да и говорит:

   - Куда мне с этой дрянью? У меня и своей довольно!

   И хотел было уж бросить - вдруг, откуда ни  возьмись,  явились  перед

ним, как из земли, два молодца и говорят ему:

   - Что вам угодно?

   Солдат удивился и ничего не мог им сказать, а потом закричал:

   - Что вам от меня надобно?

   Один из них подошел поближе к служивому и говорит:

   - Мы служители твои покорные, но слушаемся не тебя, а вот  этой  вол-

шебной сумочки, и если тебе что нужно, приказывай.

   Солдат думал, что все это ему грезится, протер глаза, решился  попро-

бовать да и говорит:

   - Если ты говоришь правду, то я приказываю тебе, чтобы сейчас же была

койка, стол, закуска и трубка с табаком!

   Не успел солдат еще и кончить, а уж все и явилось, как будто  с  неба

упало. Выпил солдат, закусил, повалился на койку и закурил трубку.

   Полежал он так довольно времени, потом  махнул  котомочкой  и,  когда

явился молодец (служитель котомочки), солдат и говорит ему:

   - А долго ли я буду здесь лежать на этой койке и курить табак?

   - Сколько угодно, - сказал молодец.

   - Ну так убери все, - сказал солдат и пошел дальше. Вот шел он  после

этого, близко ли, далеко ли, и пришел к вечеру в  одну  усадьбу,  и  тут

славный барский дом. А барин в этом доме не жил, а жил в другом - в  хо-

рошем-то доме черти водились. Вот и стал солдат у мужиков спрашивать:

   - Где барин живет?

   А мужики и говорят:

   - Да что тебе в нашем барине?

   - Да ночевать бы надо попроситься!

   - Ну, - говорят мужики, - только поди, так он уж отправит тебя чертям

на обед!

   - Ничего, - говорит солдат, - и с чертями разделаться можно. А скажи-

те, где барин-то живет?

   Мужики показали ему барский дом, и солдат пошел к нему и стал у  него

ночевать проситься. Барин и говорит:

   - Пустить-то я, пожалуй, и пущу, да только у меня там не тихо!

   - Ничего, - говорит солдат. Вот барин и повел солдата в хороший  дом,

а как привел, солдат махнул своей волшебной сумочкой и, когда явился мо-

лодец, велел приготовить стол на двух человек.  Не  успел  барин  повер-

нуться, а уж и явилось все. Барин, хоть и богат был, а такой закуски ни-

когда еще у него не бывало! Стали они закусывать, а барин и украл  золо-

тую ложку. Кончили закуску, солдат махнул опять котомочкой и  велел  уб-

рать все, а молодец говорит:

   - Я не могу убрать - не все на столе. Солдат посмотрел да и говорит:

   - Ты, барин, для чего ложку взял?

   - Я не брал, - говорит барин.

   Солдат обыскал барина, отдал ложку лакею, а сам и  начал  благодарить

барина за ночлег, да так его изрядно помял, что барин со злости запер на

замок все двери.

   Солдат запер все окна и двери из других покоев, закрестил их  и  стал

чертей дожидаться.

   Около полуночи слышит, что кто-то у дверей пищит. Подождал еще солдат

немного, и вдруг набралось столько нечистой силы и подняли  такой  крик,

что хоть уши затыкай!

   Один кричит:

   - Напирай, напирай!

   А другой кричит:

   - Да куда напирать, коли крестов наставлено!.. Солдат слушал, слушал,

а у самого волосы дыбом встают, даром что не трусливого десятка был. На-

конец и закричал:

   - Да что вам тут от меня надо, босоногие?

   - Пусти! - кричат ему из-за двери черти.

   - Да на что я вас пущу сюда?

   - Да так, пусти!

   Солдат посмотрел кругом и увидел в углу мешок с гирями,  взял  мешок,

вытряхнул гири да и говорит:

   - А что, много ли вас, босоногих, войдет ко мне в мешок?

   - Все войдем, - говорят ему из-за двери черти. Солдат наделал на меш-

ке крестов углем, притворил немного двери да и говорит:

   - Ну-ка, я посмотрю, правду ли вы говорили, что все войдете?

   Черти все до одного залезли в мешок, солдат завязал его, перекрестил,

взял двадцатифунтовую гирю да и давай по мешку бить. Бьет, бьет да и по-

щупает: мягко ли? Вот видит солдат, что наконец мягко стало, отворил ок-

но, развязал мешок да и вытряхнул чертей вон. Смотрит, а черти все  изу-

родованы, и никто с места не двигается.

   Вот солдат как крикнет:

   - А вы что тут, босоногие, разлеглись? Другой бани, что ли,  дожидае-

тесь, а?

   Черти все кое-как разбежались, а солдат и кричит им вдогонку:

   - Еще придете сюда, так я вам не то еще задам!

   Наутро пришли мужики и отворили двери, а солдат пришел к барину и го-

ворит:

   - Ну, барин, переходи теперь в тот дом и не бойся уж ничего, а мне за

труды надо на дорогу дать!

   Барин дал ему сколько-то денег, и солдат пошел себе дальше.

   Вот шел и шел он так долгонько, и до дому уже недалеко осталось, все-

го три дня ходьбы! Вдруг повстречалась с ним  старуха,  такая  худая  да

страшная, несет полную котомочку ножей, да пил, да разных  топориков,  а

косой подпирается. Загородила она ему дорогу, а солдат не стерпел этого,

выдернул тесак да и закричал:

   - Что тебе надобно от меня, старая? Хочешь, тебе голову раскрою?

   Смерть (это была она) и говорит:

   - Я послана Господом взять у тебя душу!

   Вздрогнуло солдатское сердце, упал он на колени да и говорит:

   - Смилуйся, матушка смерть, дай мне сроку только три года;  прослужил

я королю свою долгую солдатскую службу и  теперь  иду  с  родными  пови-

даться.

   - Нет, - говорит смерть, - не видаться тебе с родными и не дам я тебе

сроку три года.

   - Дай хоть на три месяца.

   - Не дам и на три недели.

   - Дай хоть на три дня.

   - Не дам тебе и на три минуты, - сказала смерть, махнула косой и умо-

рила солдата.

   Вот очутился солдат на том свете да и пошел было в рай, да  его  туда

не пустили: недостоин, значит, был. Пошел солдат из раю да и попал в ад,

а тут прибежали к нему черти да и хотели было в огонь тащить, а солдат и

говорит:

   - Вам что надо от меня? Ах вы, босоногие, или позабыли уж барскую ба-

ню, а?

   Черти все побежали от него, а сатана и кричит:

   - Вы куда, детки, побежали-то?

   - Ой, батька, - говорят ему чертенята, - ведь солдат-то тот здесь!

   Как услыхал это сатана, да и сам побежал в огонь. Вот солдат походил,

походил по аду - скучно ему стало; пошел в рай да и говорит Господу:

   - Господи, куда ты меня пошлешь теперь? Раю я не заслужил,  а  в  аду

все черти от меня убежали; ходил я, ходил по аду, скучно стало, да и по-

шел к тебе, дай мне службу какую-либо!

   Господь и говорит:

   - Поди, служба, выпроси у Михаила-архангела ружье и стой на  часах  у

райских дверей!

   Пошел солдат к Михаилу-архангелу, выпросил у него ружье да и стал  на

часы к райским дверям. Вот стоял он так, долго ли, коротко ли, и  видит,

что идет смерть, и прямо в рай. Солдат загородил ей дорогу да и говорит:

   - А тебе что надобно, старая? Пошла прочь! Господь без моего  доклада

никого не примет!

   Смерть и говорит:

   - Я пришла к Господу спросить, каких на этот год велит людей морить.

   Солдат и говорит:

   - Давно бы так, а то лезешь не спросясь, а разве не знаешь, что  и  я

что-либо да значу здесь; на-ка ружье-то подержи, а я схожу спрошу.

   Пришел служивый в рай, а Господь и говорит:

   - Зачем ты, служба, пришел?

   - Пришла смерть. Господи, и спрашивает: каких ты на следующий год ве-

лишь людей морить?

   Господь и говорит:

   - Пусть морит самых старых!

   Пошел солдат назад да и думает "Самых старых велит Господь людей  мо-

рить; а что, если у меня отец еще жив, ведь она его уморит, как и  меня.

Так ведь, пожалуй, я и не повидаюсь больше. Нет, старая, ты не дала  мне

вольготушки на три года, так поди-ка погрызи дубы!"

   Пришел да и говорит смерти:

   - Смерть, Господь велел тебе на этот раз  не  людей  морить,  а  дубы

грызть, такие дубы, которых старее нет!

   Пошла смерть старые дубы грызть, а солдат взял у  нее  ружье  и  стал

опять у райских дверей ходить. Прошел на белом свете год,  смерть  опять

пришла спросить, каких на этот год велит ей Господь людей морить.

   Солдат отдал ей ружье, а сам и пошел к  Господу  спросить,  каких  на

этот год велит смерти людей морить. Господь велел морить самых  матерых,

а солдат опять и думает:

   "А ведь у меня там есть еще братья да  сестры  и  знакомых  много,  а

смерть как уморит, так мне с ними и не повидаться больше! Нет, пусть  же

и другой год погрызет дубов, а там, быть может, нашего  брата-солдата  и

миловать станет!"

   Пришел да и послал смерть грызть самые ядреные, матерые дубы.

   Прошел и другой год, пришла смерть на третий раз.  Господь  велел  ей

морить самых молодых, а солдат послал ее молодые дубы грызть.

   Вот, так пришла смерть на четвертый раз, солдат и говорит: - Ну тебя,

старую, поди, коли нужно, сама, а я не пойду: надоела!

   Пошла смерть к Господу, а Господь и говорит ей:

   - Что ты, смерть, худая такая стала?

   - Да как худой-то не быть, целых три года дубы грызла, все зубы повы-

ломала! А не знаю, за что ты, Господи, на меня так прогневался?

   - Что ты, что ты, смерть, - говорит ей Господь, -  с  чего  ты  взяла

это, что я посылал тебя дубы грызть?

   - Да так мне солдат сказал, - говорит смерть.

   - Солдат? Да как он смел это сделать?! Ангелы,  подите-ка,  приведите

ко мне солдата!

   Пошли ангелы и привели солдата, а Господь и говорит:

   - С чего ты взял, солдат, что я велел смерти дубы грызть?

   - Да мало ей, старой, этого! Я просил у ней вольготушки только на три

года, а она не дала мне и три часа. Вот за это-то я и велел ей три  года

дубы грызть.

   - Ну, так поди-ка теперь, - говорит Господь, - да  откармливай-ка  ее

три года! Ангелы! Выведите его на белый свет!

   Вывели ангелы солдата на белый свет, и очутился солдат на  том  самом

месте, где уморила его смерть. Видит солдат какой-то мешок, взял он  ме-

шок да и говорит:

   - Смерть! Садись в мешок!

   Села смерть в мешок, а солдат взял еще палок да каменья положил туда,

да как пошагал по-солдатски, а у смерти только косточки хрустят!

   Смерть и говорит:

   - Да что ты, служивый, потише!

   - Вот еще, потише, еще чего скажешь, а по-моему так: сиди, коли поса-

жена!

   Вот шел он так два дня, а на третий пришел к свату-целовальнику  [40]

да и говорит:

   - Что, брат, дай выпить; все деньги прожил, а я тебе на днях  занесу,

вот тебе мой мешок, пусть у тебя полежит.

   Целовальник взял у него мешок да и бросил под стойку.  Пришел  солдат

домой; а отец еще жив. Обрадовался, а еще  больше  обрадовались  родные.

Вот жил так солдат и здорово и весело целый год.

   Пришел солдат в тот кабак и стал спрашивать свой мешок, а целовальник

едва и отыскал его. Вот солдат развязал мешок да и говорит:

   - Смерть, жива ли ты?

   - Ой, - говорит смерть, - едва не задохлась!

   - Ну ладно, - говорит солдат. Открыл табакерку с табаком, понюхал  да

и чихнул. Смерть и говорит:

   - Служивый, дай-ка мне!

   Она все просила, что увидит у солдата.

   Солдат и говорит:

   - Да что, смерть, ведь тебе мало одной щепотки, а поди сядь  в  таба-

керку да и нюхай сколько захочешь; Только что смерть залезла в  табакер-

ку, солдат захлопнул да и носил ее целый год. Потом он опять отворил та-

бакерку да и говорит:

   - Что, смерть, нанюхалась?

   - Ой, - говорит смерть, - тяжело!

   - Ну, - говорит солдат, - пойдем, я теперь покормлю тебя!

   Пришел он домой да и посадил ее за стол, а смерть ела да ела за семе-

рых. Рассердился солдат и говорит:

   - Ишь, прорва, за семерых съела! Эдак тебя не наполнишь, куда  я  де-

нусь с тобой, проклятая?

   Посадил ее в мешок да и понес на кладбище; вырыл в сторонке яму да  и

закопал ее туда. Вот прошло три года, Господь вспомнил про смерть и пос-

лал ангелов ее отыскивать. Ходили, ходили ангелы по миру, отыскали  сол-

дата да и говорят ему:

   - Куда ты, служивый, смерть-то девал?

   - Куда девал? А в могилу зарыл!

   - Да ведь Господь ее к себе требует, - говорят ангелы.

   Пришел солдат на кладбище, разрыл яму, а смерть там уж чуть-чуть  ды-

шит. Взяли ангелы смерть и принесли ее к Господу, а он и говорит:

   - Что ты, смерть, такая худая?

   Смерть и рассказала Господу все, а он и говорит:

   - Видно, тебе, смерть, от солдата не хлебы, подика кормись сама!

   Пошла опять смерть по миру, да только того солдата больше не  посмела

морить.