Суббота, 10.12.2016, 23:21
Приветствую Вас, Гость




Смородинка

В стародавние времена жил на свете король, и было у него три сына. А
неподалеку проживала вдова, и была у нее единственная дочка. Дочку прозывали
Смородинкой, потому что она ничего, кроме смородины, в рот не брала.
Однажды она захворала: не могла больше матушка смородину ей покупать.
Что бедной женщине делать, как дочку от смерти спасти? Подсмотрела она, что
в монастырском саду смородины видимо-невидимо, прокралась туда и целую
корзинку смородины набрала. А как стала выходить, глядь, навстречу
настоятельница того монастыря идет и говорит ей с попреком:
- Ты что ж это делаешь, женщина? Испугалась бедная женщина.
- Никогда в жизни я ничего чужого не брала,-ответила она
настоятельнице,- и сейчас не стала бы, когда бы не крайность пришла! Есть у
меня доченька красоты невиданной, в целом свете не найти ей равной, да вот
беда: коли не поест она день-другой смородины, помрет беспременно. Нынче не
ела, если и завтра не поест, помрет.
Настоятельница простила бедную женщину, но пошла проводить ее до самого
дома: никак не верилось ей, что у этой бедной женщины дочка такая особенная.
Когда же увидела, что девушка и вправду красавица, сказала ее матери:
- Послушай меня, ты женщина бедная, отдай нам дочку свою, у нас она
может есть смородины вдоволь.
Бедной женщине что делать? Смородина только в монастыре растет. Отдала
она свою доченьку.
Стала девушка в монастыре жить. В те поры еще Дозволялось монашкам окна
монастырские настежь Держать. Смородинка в окошко-то нет-нет да и глянет. '
И вот однажды проезжали мимо монастыря три Королевича, увидели они девушку и
словно к месту присохли: не встречали этакой красы!
Старший королевич тотчас божиться стал, что до ,тех пор не успокоится,
'пока не назовет красавицу женой своей. Средний королевич туда же: и он,
мол, неуспокоится, пока девушку женой не назовет, А младший королевич
сказал:
- Не бывать этому! Моей женой она станет! Сцепились тут
королевичи -страшное дело. Чужие люди насилу их розняли. На шум и
настоятельница к окну подошла: что, дескать, случилось? Смородинка ей
говорит:
- Это из-за меня они дерутся.
Испугалась настоятельница: ну как король да королева попрекать ее
станут! Тотчас велела она Смородинке от окна отойти и принялась стыдить
ее;,| когда же девушка оправдываться стала, потому как ни в чем не была
виновна, настоятельница ей и говорит;- Вон оно что! Выходит, ты не только
собою пригожа, но еще и помыслами чиста, гордячка? Так 1 пусть же,
Смородинка, вся эта краса да чистота твоя] ящерицей обернется, и жить ты
будешь теперь не у] меня, а на самом краю света!
В тот же миг обернулась бедная Смородинка ящерицей, а еще минуту спустя
оказалась она на краю ; света.
Время шло, матушка тех королевичей померла,. отец же их сильно
состарился. Рад бы он был снять с Л себя свое звание королевское, да только
никак не мог I решить, которому из сыновей передать его, потому что любил
всех троих одинаково. И сказал сыновьям старый король:
- Трое вас у меня, сыновья мои родимые, и каждый, знаю, двух других не
лучше. Но все ж таки испытаю я вас. Тот, кто три мои просьбы выполнит, тот и
королевство получит.
Все три сына кивают ему согласно: что ж, мол, король-батюшка,
выкладывай свои три просьбы.
- Сперва, детки мои, и одной будет доволь-И но,- сказал король.- Желал
бы я иметь чудо-плат, столько-то саженей в длину, да столько же в ширину, а
при этом чтобы он через обручальное кольцо продергивался...
Поклялись королевичи в один голос, что чудо-плат раздобудут. Взяли они
с собой денег изрядно и пусти-4 лись в путь. Выехали из крепости, видят: три
дороги в разные стороны разбегаются. Две дороги хороши были, по ним двое
старших уехали. А третья дорога вся в комьях да колдобинах, она младшему
королевичу досталась.
Старшие королевичи скоро прибыли в большой икрасивый город. А младший
брел да брел, совсемпритомился, живой души по дороге не встретил,птички и
той не увидел. Старшие братья накупили вгороде всякого тканья-полотна, а
младший все шел дашел без останову. И пришел он так на край света.
На краю света увидел младший королевич мосткаменный, сел на мосту,
закручинился: что ж теперьему делать? Вот ведь какая беда - не исполнить ему
ипервой просьбы отца своего.
Он и не заметил, как подползла к нему маленькая ящерка с золотистой
спинкой. Подползла и тихонько спрашивает (в те поры животные умели еще
разговаривать):
- Что запечалился, королевич, о чем призадумался?
Поглядел на ящерку королевич и отвечает:
- Эх, ящерка - золотая спинка, зачем спрашиваешь, все равно ведь совета
не дашь, горю моему не поможешь.
- А ты расскажи,- просит ящерка,-вдруг да помогу тебе.
Рассказал тогда ей королевич, что их у отца трое сыновей и решил отец
тому сыну королевство отдать, кто три его желания исполнит. А первое его
желание такое: раздобыли бы ему чудо-плат, столько-то саженей в длину и
столько же в ширину, а при этом чтобы через обручальное кольцо
продергивался. Выслушала его ящерка и говорит: - Ладно, королевич, ты посиди
тут, а я, может быть, горю твоему помогу.
Юркнула ящерка под мост, в паучье царство. С пауками она большую дружбу
вела, вот и попросила их: "Помогите!" Пауки тотчас принялись нитки сучить,
плат невиданный ткать. Десять дней, десять ночей трудились - изготовили
ткань. Ящерка наверх ее отнесла, королевичу подала. Уместился дивный плат у
него в кармане.
Меж тем два старших брата давно уж домой воротились, тканей всяких
навезли прорву. Куски-то были и в длину хороши, и в ширину как раз, да
только ни один сквозь отцово обручальное кольцо не пролез. Тут и младший
королевич подоспел. Вынимает он из кармана свой плат. Король его сквозь
кольцо протянул, младшему сыну кивает.
- Вот это дело,- говорит,- сквозь кольцо плат свободно проходит, да
только не знаю, таков ли он в ширину и длину, как я заказывал!
Тотчас приказал он измерщиков привести. Измерили они ткань и вдоль и
поперек, оказалась она всамый раз!
Обрадовался старый король.
- Вот видите, дети мои,- говорит,- самый младший-то сноровистее всех
оказался. Да только остаются еще два испытания. Кто из вас с ними справится,
тому и королевство достанется. А теперь слушайте мою просьбу: принесите вы
мне маленькую собачку, такую, чтоб в скорлупе золотого орешка умещалась, а
как из скорлупы выскочит, чтобы лай ее в семижды семи королевствах слыхать
было,
Опять тронулись братья в путь. Старшие, как и в первый раз, по хорошим
дорогам к городу, а младший-опять по колдобинам, на край света.
Вот пришел младший королевич на край света да и говорит громким
голосом:
- Ящерка - золотая спинка, выдь на зов мой! Ящерка к нему выбежала.
- Чего тебе, королевич, нужно? Королевич грустно ей отвечает:
- Вот теперь, я думаю, не сумеешь ты волю моюисполнить.
- А ты скажи,-отвечает ему ящерка,- может, исумею!
Рассказал королевич про отцово желание. Про то,какая ему собачка нужна.
Ящерка призадумалась, а потом и говорит:
- Никуда не уходи, может, я сумею тебе помочь! И юркнула она в
подземное царство, где махонь-кие-премахонькие человечки обитают. Пробралась
она прямо к королю человечков тех и взмолилась: сделай, мол, милость, отдай
ты мне вот такую да такую карликовую собачку. И отдал ей карликовый король
своего первого министра: он и был как раз той самой собачкой. Спрятала
ящерка собачку в золотую скорлупу ореховую и выбралась из подземного
царства. Королевичу же наказала так:
- Вот возьми орешек, в карман положи, да гляди по дороге не открывай,
беги к отцу поскорее!
Два его старших брата давно уж были дома. С тем и воротились, что
подобной собаки на свете не водится и, дескать, искать ее - только время
даром терять.
Завидел король младшего своего сына и говорит:
- Ну что, сынок, и ты с пустыми руками пришел, как твои братья?
Тут королевич радостно вынимает из кармана золотой орешек, открывает
его -а собачка как выскочит! Да как взлает - слышен был этот лай в семижды
семи королевствах. Слушает ее лай король не наслушается, доволен, будто
спину ему маслом умащивают. И сказал король сыновьям:
- Ну, видите, сыны мои дорогие, младший-то и с этой задачкою справился.
Но только вот вам мое последнее слово: кто третье мое желание исполнит, тому
и быть королем. А желаю я вот что: тому из вас государство оставлю, кто
самую красивую невесту в дом приведет.
Старшие братья обрадовались, тут же похваляться стали:
- Уж в чем, в чем, а в этом мы младшего братца-то обойдем, ведь мы где
только не были, каких красавиц не видели! Среди стольких-то как не выбрать
самую красивую! А кого видел младший брат на краю света? Никого и не видел.
Разве что ящерку!
И вправду опечалился младший королевич, что уж тут скажешь, не приведет
ведь ему ящерка из-под земли красавицу невесту. Все-таки отправился он к
ней, печальный, сел на мосту каменном. Прибежала ящерка. Королевич ей
говорит:
- Теперь уж, ящерка, ты и вправду моей беде не поможешь.
А ящерка - золотая спинка тихо, ласково ему отвечает:
- Как знать, может, и помогу.
- Нет,- говорит королевич,-ведь отец наш вот что сказал нам: кто самую
красивую невесту в дом приведет, тому и быть королем.
Закраснелась тут ящерка - золотая спинка и молвит ему:
- А ну, возьми-ка ты меня в руку покрепче да об этот каменный мост
ударь посильнее!
Королевич оторопел.
- Ну уж нет,- говорит он ящерке,-этого я нипочем не сделаю. Чтобы я да
ударил тебя, когда я великой благодарностью тебе обязан!
Но ящерка не отступалась:
- Исполни просьбу мою, ударь меня о каменный мост!
Ни в какую не соглашался королевич, но потом увидел, как ящерка
опечалилась, зажмурился крепко да и ударил ее о каменный мост. И что же он
видит? Стоит перед ним вместо ящерки красавица, каких свет не видывал. И
говорит она королевичу:
- Что, королевич, узнаёшь ли меня?
А королевич чуть ума не лишился на радостях.
- Вроде бы и узнаю, да только глазам своим поверить боюсь.
Со смехом отвечает ему красавица невиданная:
- Да ведь это я из окна монастырского выглядывала! Из-за кого ты драку
затеял! Смородинка я!
Королевич все дивится, глазами хлопает, а Смородинка говорит:
- Вот теперь, королевич, я навеки твоя, только смерть нас разлучит!
Королевич от радости вовсе голову потерял, не знает, как ей руку
подать, чтоб домой вести.
Старшие братья уже воротились, каждый со своею невестой. Только его и
ждали, чтоб решилось, кому из них королем быть. Когда младший королевич
пришел, старый король как раз картошку буртил, ну, правда, картошка была не
простая, а золотая. Увидел король невесту младшего сына и в тот же миг
решение принял.
- Вы уж не сердитесь, детки милые, на брата своего,-сказал он старшим
своим сыновьям,- а только королевство младший сын заслужил!
Но братья и не думали на него сердиться, от души ему добра желали,
чтобы жил-поживал счастливо!


Марци, честный вор

Было то или не было, жила однажды бедная женщина. И был у нее сын по
имени Марци. Честный, прямодушный был этот Марци. А к тому же еще такой
умный, ловкий, дельный да находчивый, что слух о нем по всей стране прошел:
на все, мол, горазд Марци, за какое б дело ни взялся. Дошла его слава и до
короля. А был тот король завидущий на редкость: досадно ему стало, что слава
Марци затмевает его славу. И надумал король Марци перехитрить.
Призвал он его к себе и говорит:
- Слышу я отовсюду, что очень уж ты знаменитый. А коль ты такой
всезнайка да всеумейка, докажи это делом. Ежели ты все умеешь, так, значит,
и воровать умеешь? А?
- Ваше величество,- отвечает королю честный Марци,- воровать я не
воровал никогда. И впредь не хочу.
Обрадовался король и тотчас ему приказ отдает:
- Ну, коли ты никогда не воровал, так теперь либо сумеешь и это, либо
конец тебе! Слушай же: на моем поле сейчас двенадцать батраков пашут. Так
вот, либо ты выкрадешь у них, прямо с пашни, все двенадцать плугов с
двенадцатью парами волов, либо я уж знаю, как мне поступить: прикажу голову
твою на кол насадить, понял? Зато, если испытание выдержишь, все мои
сокровища тебе отдам, ведь и я их также украл.
Горько стало на душе у Марци, да что поделаешь! Пошел он домой,
рассказал своей матушке про разговор с королем.
- Вот теперь хорошенько подумай, сыночек,- сказала ему мать.
Крепко задумался Марци. Но вдруг улыбнулся весело. Попросил он мать
раздобыть ему двенадцать цыплят, черных, без пятнышка, и наседку одну, тоже
черную.
- К чему они тебе, сынок? - спросила мать, но раздобыла все, что он
попросил.
Взял Марци цыплят, пошел с ними в лес. Батраки королевские поблизости,
у самой опушки пахали. Отпустил Марци потихоньку наседку с цыплятами да как
закричит:
- Глядите, дикая курица, да с цыплятами! Ловите, они счастье приносят!
Батраки побросали плуги и наперегонки за цыплятами припустились.
Цыплята со страху в лес побежали, батраки за ними. А Марци тем временем
повернул волов и повел их за собой вместе с плугами.
Привел Марци волов с плугами прямо к себе домой, потому как уговор с
королем был такой: что Марци выкрасть сумеет, то и забирает себе. Поэтому
Марци только матушку свою послал к королю сказать, чтоб не ждал волов.
На другой день король опять призывает к себе Марци. Принял его
сердито.
- Слышал я, удалось тебе моих волов угнать вместе с плугами.
- Удалось,- скромно ответил Марци.
- На этот раз тебе повезло. Но погоди. Теперь должен ты пшеницу из
моего сарая выкрасть, а ведь тот сарай крепко сторожат и днем и ночью. Если
до утра не выкрадешь, так и знай, быть твоей голове на колу. Ну а сумеешь -
государство мое тебе отдам, я ведь и сам его воровством собрал.
- Попытаюсь, ваше величество.
Опять стал Марци думу думать, как бы ему выкрасть из сарая пшеницу,
хоть и много у нее сторожей.
А король в тот день сторожей-то к себе позвал, щедро угостил и
крепко-накрепко наказал в оба следить за проклятым Марци, чтобы не обвел их
какнибудь. "Вы,- говорит им,- как его завидите, кидайтесь на него не мешкая
все вместе и колотите куда ни попадя".
Подслушал Марци, что король сторожам приказал, и сразу кое-что
придумал.
Сделал он из соломы человека, на голову ему свою шляпу надел и
тихо-незаметно к сараю приставил. Потом отошел в сторонку да как чихнет!
Сторожа выбегают, всяк другого опередить норовит. Видят, возле сарая
человек стоит. И шляпу Марци узнали. "А ну, бери его за бока!" - кричат. И
давай лупить пугало по голове да по шляпе! Так расколошматили, разнесли, что
и пылинки от него не осталось.
Покончив дело, бросились бегом к королю - докладывают: теперь уж не
украдет Марци пшеницы из сарая. Забили, дескать, разбойника до смерти.
Обрадовался король, не знал, куда сторожей посадить, чем
напоить-накормить. А Марци тем временем преспокойно пшеницу всю и вывез.
Послал он мать к королю, доложить, что и это испытание выдержал.
Позеленел король, посинел от злости. Сломя голову в сарай кинулся, но
Марци, само собой, и зернышка пшеничного на погляд не оставил. Опять позвал
король Марци к себе. Сидит, ждет, злой-презлой.
- Выходит, украл ты пшеницу, а, Марци?
- Выходит, так, ваше величество.
- Ну что ж, коли так... Но уж теперь ждет тебя из задачек задача.
Должен ты выкрасть коня моего любимого золотистой масти, хотя сто моих
кучеров-конюхов днем и ночью глаз с него не спускают. Не сумеешь - быть
твоей голове на колу! Ну а уж если сумеешь, отдам тебе мою корону, я-то и
сам ее тоже украл.
Опять думает Марци, голову ломает. И все же придумал! Оделся он в
лохмотья, оборванцем прикинулся да бутыль с хмельным прихватил. Вечером
пошел к конюшне, постучал в ворота. Не хотели его впускать кучера,
строго-настрого наказал им король быть начеку. Но когда увидели, что за
воротами жалкий такой оборванец стоит, да еще бутыль с вином у него, все же
впустили. Посадили его возле яслей, а Марци вино свое нахваливает, конюхов
угощает, ну и поддались они. Стали пить, еще да еще, скоро захмелели, и
дрема их одолела. "Чего нам, - думают,- бояться? Уж как-нибудь убережем
королевского жеребца" Один-то из них коня за повод держал крепко, другой за
хвост, а третий сидел на коне верхом. Да только Марци тому, кто спросонья
хвост конский держал, связку пеньки сунул в руку. Того, кто верхом на коне
заснул, приподнял осторожно и на ясли верхом посадил. У того же, кто повод в
руке зажал, не стал повода отнимать, просто уздечку со скакуна снял и
потихоньку из конюшни его вывел, к себе домой отвел.
Наутро король в конюшню пришел. Нет коня! Ох, как же он разозлился!
Ногами затопал, на конюхов-кучеров закричал:
- Так-то вы коня моего любимого бережете! Увел Марци коня!
А те хмельные еще, понять ничего не могут. Один говорит:
- Так я ведь за хвост его держу!
Другой:
- А я верхом на нем сижу!
Третий:
- А я повод из рук не выпускаю!
Изругал их король почем зря. И решил впредь сам за своим добром
последить, но уж Марци теперь - хоть самому живу не быть - извести
непременно!
Стал он измышлять, как за дело приняться. Хоп, придумал!
Тотчас послал король за Марци и такое ему повеление дал: ежели завтра
в полдень не выкрадет Марци обед, для самого короля приготовленный, быть его
голове на колу!
- Но уж если сумеешь, отдам тебе мой меч королевский, ведь я и сам его
так-то украл.
Назавтра в полдень сели король с королевой за стол, обеда ждут.
Повариха уж и стол накрыла, кушанья на поднос поставила, в покои королевские
нести приготовилась. Только хотела было поднос в руки взять, видит, от окна
кухонного рука тянется.
Опрометью бросилась повариха в комнаты королевские.
А Марци-то еще накануне вечером сделал тайком деревянную руку,
покрасил ее и веревкой обвязал. Веревку же другим концом к колесу
колодезному прикрепил. А под окошком кухонным дырку выдолбил и просунул руку
в нее, как раз до стола. Ее-то повариха и увидела. Побежала она скорей к
королю:
пришел, мол, Марци, уже и руку к обеду королевскому протянул!
Король с королевой скорее на кухню стали ту руку к себе тянуть.
Тянули, тянули, а веревка-то и лопнула, король с королевой на пол попадали.
Пока поднялись, огляделись, Марци с обедом и след простыл.
Попировали в тот день Марци с матушкой, королевским обедом
полакомились.
Король не знал, что и учинить со злости. "Уж теперь-то,- решил,-
изведу его непременно". На другой день призвал он к себе Марци и приказал к
завтрашнему утру с пальца королевы золотое колечко украсть.
- Если сумеешь, отдам тебе дочку в жены. Правда, ее-то я не крал, но
решил за того выдать замуж, кто и меня перехитрить сумеет. Вот к чему
устраивал я тебе все испытания.
Понял Марци: теперь надобно держать ухо востро! Вечером прокрался он в
королевские покои. Вдруг слышит, король говорит королеве:
- Я сейчас встану, пройдусь немного, прогуляюсь перед сном. А как
вернусь, ты, душенька, отдай мне на время колечко, у меня оно целей будет.
Вышел король во двор, все углы-закуты оглядел, нет ли поблизости
Марци. А Марци тем временем дверь отворил, вошел в спальню королевскую и,
изменив голос, говорит королеве:
- Быстренько отдай мне кольцо, душенька, потому как этот проклятущий
Марци в любой миг может здесь оказаться.
Королева в темноте-то и отдала ему кольцо. А Марци затаился у двери и,
как только король воротился, неслышно наружу выскользнул.
Король опять в постель лег и говорит королеве:
- Дай мне, душенька, кольцо!
- Да я же только что тебе его отдала,- отвечает ему королева сердито.-
Сама на палец тебе надела!
Король чуть не лопнул от злости. Но ничего не сказал, не стал новых
козней против Марци строить. Даже тогда ничего не сказал, когда не матушка
Марци, а сам он явился в королевский дворец за дочкою королевской, за мечом,
короной и всем государством.
Сели они тут за свадебный пир, все там было, чего пожелалось, каждому
угощение досталось.