Воскресенье, 11.12.2016, 08:59
Приветствую Вас, Гость

Изменения в устав ооо при смене юридического адреса образец yurburo.ru.


Профессор Трубочкин
Даниил Хармс

I

     В редакцию  "Чижа"  вошЈл  человек маленького роста, с  чЈрной косматой
бородой, в длинном чЈрном  плаще  и в широкополой  чЈрной  шляпе. Под мышкой
этот человек держал огромный конверт, запечатанный зелЈной печатью.
     -- Я -- знаменитый профессор Трубочкин,-- сказал тоненьким голосом этот
странный человек.
     -- Ах, это вы профессор Трубочкин!-- сказал редактор.-- Мы  давно  ждЈм
вас.  Читатели  нашего  журнала  задают  нам  различные  вопросы. И  вот  мы
обратились к вам, потому что только вы можете ответить  на любой вопрос.  Мы
слыхали, что вы знаете всЈ.
     --  Да, я знаю  все,-- сказал профессор  Трубочкин.-- Я  умею управлять
аэропланом,  трамваем  и   подводной  лодкой.  Я  умею  говорить  по-русски,
по-немецки, по-турецки, по-самоедски и  по-фистольски.  Я умею писать стихи,
читать  книжку,  держа  еЈ вверх  ногами,  стоять  на одной ноге, показывать
фокусы и даже летать.
     -- Ну, это уж невозможно,-- сказал редактор.
     -- Нет, возможно,-- сказал профессор Трубочкин.
     -- А ну-ка, полетите,-- сказал редактор.
     -- Пожалуйста,-- сказал профессор Трубочкин и влез на стол.
     Профессор разбежался по столу,  опрокинул чернильницу и банку с  клеем,
сбросил  на пол несколько книг, порвал чью-то рукопись и прыгнул на  воздух.
Плащ  профессора  распахнулся  и  защЈлкал  над  головой  редактора,  а  сам
профессор замахал руками и с грохотом полетел на пол.
     Все кинулись к профессору, но профессор вскочил на ноги и сказал:
     --  Я делаю всЈ  очень  скоро.  Я могу  сразу сложить  два  числа любой
величины.
     -- А ну-ка,-- сказал редактор,-- сколько будет три и пять?
     -- Четыре,-- сказал профессор.
     -- Нет,-- сказал редактор,-- вы ошиблись.
     -- Ах да,-- сказал профессор,-- девятнадцать!
     -- Да нет же,-- сказал редактор,-- вы ошиблись опять. У меня получилось
восемь.
     Профессор  Трубочкин разгладил свою бороду, положил  на стол конверт  с
зелЈной печатью и сказал:
     -- Хотите, я вам напишу очень хорошие стихи?
     -- Хорошо,-- сказал редактор.
     Профессор  Трубочкин  подбежал   к  столу,  схватил  карандаш  и  начал
быстро-быстро писать. Правая рука профессора Трубочкина стала вдруг мутной и
исчезла.
     --  Готово,--  сказал профессор Трубочкин,  протягивая  редактору  лист
бумаги, мелко-мелко исписанный.
     -- Куда девалась ваша рука, когда вы писали? -- спросил редактор.
     -- Ха-ха-ха!-- рассмеялся профессор.-- Это, когда я писал, я так быстро
двигал рукой, что вы перестали еЈ видеть.
     Редактор взял бумагу и начал читать стихи:

        Жик жик жик.
        Фок фок фок.
        Рик рик рик.
        Шук шук шук.

     -- Что это такое? -- вскричал редактор.-- Я ничего не понимаю!
     -- Это по-фистольски,-- сказал профессор Трубочкин.
     -- Это такой язык? -- спросил редактор.
     -- Да, на этом языке говорят фистольцы,-- сказал профессор Трубочкин.
     -- А где живут фистольцы? -- спросил редактор.
     -- В Фистолии,-- сказал профессор.
     -- А где Фистолия находится? -- спросил редактор.
     -- Фистолия находится в Компотии,-- сказал профессор.
     -- А где находится Компотия? -- спросил редактор.
     -- В Чучечии,-- сказал профессор.
     -- А Чучечия?
     -- В Бамбамбии.
     -- А Бамбамбия?
     -- В Тимпампампии.
     -- Простите, профессор Трубочкин, что с вами? -- сказал вдруг редактор,
вытаращив глаза.-- Что с вашей бородой?
     Борода профессора лежала на столе.
     -- Ах!-- крикнул профессор, схватил бороду и бросился бежать.
     -- Стойте!-- крикнул редактор.
     -- Держите профессора!-- крикнул художник Тутин.
     -- Держите его! Держите его! Держите его!-- закричали все и кинулись за
профессором. Но профессора и след простыл.
     В коридоре  лежал плащ профессора, на площадке лестницы --  шляпа, а на
ступеньках -- борода.
     А самого профессора не было нигде.
     По лестнице вниз спускался мальчик в серой курточке.
     Редактор и художник вернулись в редакцию.
     -- Смотрите, остался конверт!-- крикнул писатель Колпаков.
     На столе лежал  конверт, запечатанный зелЈной печатью. На конверте было
написано:
     "В редакцию журнала "Чиж".
     Редактор схватил конверт, распечатал его, вынул из конверта лист бумаги
и прочел:

     "Здравствуй, редакция "Чижа".
     Я только что вернулся из кругосветного  путешествия. Отдохну с дороги и
завтра приду к вам.
     Я знаю всЈ и буду давать ответы на все вопросы ваших читателей.
     Посылаю вам свой портрет. Напечатайте его на обложке "Чижа" N 7.
     Это письмо передаст вам Федя Кочкин.

     Ваш профессор
        Трубочкин".

     -- Кто это Федя Кочкин? -- спросил писатель Колпаков.
     -- Не знаю,-- сказал редактор.
     -- А кто  же это был  у нас и говорил,  что он профессор  Трубочкин? --
спросил художник Тутин.
     -- Не знаю,  не знаю,--  сказал  редактор.-- ПодождЈм до  завтра, когда
придЈт  настоящий профессор Трубочкин и сам всЈ обьяснит. А сейчас  я ничего
не понимаю.

        II

     Писатель Колпаков, художник Тутин и редактор "Чижа" сидели в редакции и
ждали знаменитого профессора Трубочкина, который знает решительно все.
     Профессор  обещал прийти ровно в  12 часов, но вот  уже  пробило два, а
профессора всЈ ещЈ нет.
     В половине третьего  в  редакции  зазвонил  телефон. Редактор подошЈл к
телефону.
     -- Я слушаю,-- сказал редактор.
     --  Ба-ба-ба-ба-ба!-- раздались  в  телефоне страшные звуки, похожие на
пушечные выстрелы.
     Редактор вскрикнул, выпустил  из  рук телефонную трубку и схватился  за
ухо.
     -- Что случилось? -- крикнули писатель Колпаков и художник
     Тутин и кинулись к редактору.
     -- Оглушило,-- сказал редактор, прочищая пальцем ухо и тряся головой.
     -- Бу-бу-бу-бу-бу!-- неслось из телефонной трубки.
     -- Что же это такое? -- спросил художник Тутин.
     -- А кто его знает, что это такое!-- крикнул редактор, продолжая мотать
головой.
     -- Подождите,-- сказал писатель Колпаков,-- мне кажется, я слышу слова.
     Все замолчали и прислушались.
     --  Бу-бу-бу... буду...бу-бу..  больше  боль... балы  балу...ту-бубу!--
неслось из телефонной трубки.
     -- Да ведь это кто-то говорит таким  страшным басом!-- крикнул художник
Тутин. Редактор  сложил  ладоши  рупором,  поднЈс их  к телефонной  трубке и
крикнул туда:
     -- Алло! Алло! Кто говорит?
     -- Великан Бобов-бов-бов-бов!-- послышалось из телефонной трубки.
     -- Что? -- удивился редактор.-- Великанов же не бывает.
     -- Не бывает, а я великан Вобов,-- ответила с треском трубка.
     -- А что вам от нас нужно? -- спросил редактор.
     -- Вы ждЈте  к себе профессора  Трррррубочкина?  --  спросил  голос  из
трубки.
     -- Да, да, да!-- обрадовался редактор.-- Где он?
     --  Хра-хра-хра-хра-хра!--  захохотала  трубка  с таким  грохотом,  что
редактору, писателю Колпакову и художнику Тутину пришлось зажать свои уши.
     -- Это я! Это я-хра-хра-хра поймал профессора Трррррубочкина. И не пущу
его к вам-ам-ам-ам!!-- крикнул странный голос из трубки.
     --      Профессоррррр     Трррррубочкин      мой      враг-раг-раг-раг,
рык-эрык-кыкырык...-- затрещало что-то  в  трубке, и вдруг  стало  тихо.  Из
телефонной трубки шЈл дым.
     --  Этот  страшный  великан  кричал так  громко,  что, кажется,  сломал
телефон,-- сказал редактор.
     -- Но что ж с профессором? -- спросил писатель Колпаков.
     -- Надо  спасать профессора!-- крикнул  редактор.--  Бежим  к  нему  на
помощь!
     --  Но  куда? -- спросил художник Тутин.-- Мы даже не знаем,  где живЈт
этот великан Бобов.
     -- Что же делать? -- спросил писатель Колпаков.
     Вдруг опять зазвонил телефон.
     -- Телефон не сломан!-- крикнул редактор и побежал к телефону.
     Редактор снял телефонную трубку и  вдруг  опять повесил  еЈ на  крючок.
Потом опять снял трубку, крикнул в неЈ:
     -- Алло! Я слушаю,-- и отскочил от трубки шагов на пять.
     В трубке что-то очень слабо защЈлкало. Редактор подошЈл ближе  и поднЈс
трубку к уху.
     -- С вами говорит Федя Кочкин,-- послышалось из телефонной трубки.
     -- Да, да, я слушаю!-- крикнул редактор.
     --  Профессор  Трубочкин  попал  к  великану  Бобову.  Я  бегу  спасать
профессора  Трубочкина.  Ждите  моего  звонка.  До  свидания.--  И  редактор
услышал, как Федя Кочкин повесил трубку.
     -- Федя Кочкин идЈт спасать профессора Трубочкина,-- сказал редактор.
     -- А что же делать нам? -- спросил писатель Колпаков.
     -- Пока нам придЈтся только ждать.

        <1>

     Редактор схватил со стола  первый  попавшийся конверт,  вынул  из  него
бумажку и прочЈл вслух:  "Дорогой профессор Трубочкин! Я и мой приятель Миша
Баранкин купались вчера в реке и вдруг увидели под водой живую  курицу.  Что
бы это могло быть?"
     -- Ну что? -- сказал редактор.-- Можете ответить на этот вопрос?
     --  Может  быть,  это действительно  была курица?  --  сказал  писатель
Колпаков.
     Редактор махнул рукой.
     -- Нет, посмотрим другой вопрос,-- сказал редактор.
     Художник Тутин распечатал другой  конверт и прочЈл:  "Товарищ профессор
Трубочкин! сколько нужно взять  красных и синих воздушных шариков, чтобы они
подняли меня на воздух? Женя Перов".
     -- Ну,-- сказал редактор,-- кто может ответить на  этот вопрос? Я лично
не могу.
     -- Я тоже,-- сказал писатель Колпаков.
     -- И я тоже не могу,-- сказал художник Тутин.
     -- Тогда что же делать без профессора Трубочкина?
     В редакцию вошел курьер и принЈс ещЈ пачку конвертов.
     -- Профессору Трубочкину!-- сказал курьер и ушЈл.

        <2>

        Профессор Тубочкин в опасности

     Профессор Трубочкин знает всЈ. Но есть один человек,  который  считает,
что профессор Трубочкин ничего не знает. Этот человек Софрон Бобов. <Себя он
называет великаном  Бобовым. Действительно  он очень высокого роста и  очень
сильный>. Вот портрет Софрона Бобова, нарисованный  художником Тутиным.  Как
видите, портрет очень не ясный, но это потому, что у художника Тутина, когда
он рисовал Софрона  Бобова,  очень тряслись руки. А руки  у  Тутина тряслись
потому, что Софрон Бобов мог каждую минуту разорвать верЈвки.

        <3>

     Я,  писатель  Колпаков,  хожу теперь с  повязанной  головой.  Я уже два
месяца  не брился, пятнадцать ночей не спал и десять дней не обедал. Я бегал
по всему Ленинграду и разыскивал  профессора Трубочкина. Но я его  не нашЈл.
Профессор Трубочкин пропал. Зато вчера мне удалось отыскать великана Бобова.
Оказалось,  что Бобов совсем не великан. Даже  я  выше его  ростом. Но  зато
Бобов  обладает страшным  голосом.  Когда  я  спросил  его:  "где  профессор
Трубочкин?", Бобов начал  мне что- то объяснять, но  с таким грохотом, что я
ничего не  понял. Сначала у меня  зазвенело в ушах и закружилось в голове, а
потом вдруг стало совсем тихо. Я видел, как Бобов открывал и закрывал рот, и
как от этого дрожит на  столе посуда, качается на потолке лампа и лежащая на
полу катушка с нитками  то  закатывается под  диван, то  опять  выкатывается
из-под дивана обратно.  Тогда я понял, что я оглох. Я выскочил на улицу, сел
в трамвай и поехал в редакцию. В трамвае передо мной стоял какой-то человек.
Я спросил его: "Вы  сейчас выходите?"  Он мне ничего  не ответил. Я подождал
немного  и спросил опять:  "Вы  сейчас  выходите?"  Он  опять ничего  мне не
ответил. Тогда я  сказал очень  громко:  "Да вы выходите  сейчас  или  нет?"
Человек повернул ко мне голову и, молча глядя мне в глаза, восемь раз открыл
и закрыл рот. Тут я обозлился и закричал на весь вагон: "Да  вы выходите или
нет!" Вдруг  все повернули ко мне головы и стали молча открывать и закрывать
рты и махать руками. Тогда я  вспомнил, что я ведь оглох. Я  поскорее слез с
трамвая и  пешком пошЈл в  ушиную лечебницу. Доктор долго ковырял  чем-то  у
меня в ушах, а потом забинтовал мне  всю голову.  Теперь я хожу с повязанной
головой и ничего  не слышу.  Но  где  профессор Трубочкин!? Если кто услышит
что-нибудь о профессоре  Трубочкине, то пусть немедленно сообщит об  этом по
адресу: Ленинград, Дом Книги, Редакция журнала "Чиж", писателю Колпакову.

        <4>

     Профессор Трубочкин лежал на полу,  связанный по  рукам и ногам толстой
верЈвкой. Рядом на табурете сидел очень толстый  человек и курил трубку. Это
был великан Бобов.
     Великанов  нет,  есть  только очень  высокие люди. А  Бобов даже не был
очень высоким человеком. Но сам себя он называл великаном.
     -- Ты, профессор Трубочкин, знаешь всЈ,-- говорил великан  Бобов.-- А я
ничего не знаю. Почему это так?
     -- Потому  что  ты  лентяй.  Вот  почему ты ничего не знаешь,--  сказал
профессор Трубочкин.-- А я знаю так много, потому что я всЈ время что-нибудь
изучаю.  Вот даже сейчас,  я  лежу связанный, разговариваю с тобой,  а сам в
голове повторяю таблицу умножения.
     -- Ох, эта таблица умножения!-- сказал великан Бобов.-- Сколько я еЈ ни
учил, так и не мог выучить. Одиножды  один --  четыре! Это я ещЈ запомнил, а
уж зато больше ничего в голове не осталось!
     -- Да, наука легко не даЈтся...

        III

        Секретное письмо

     Я,  писатель Колпаков, получил сейчас  телеграмму от Феди Кочкина. Федя
сообщает,  что  он  нашел  профессора  Трубочкина  и  великана   Бобова,   и
послезавтра  приведет  их  в  редакцию.  Я  сказал об  этом только художнику
Тутину.  Больше  об  этом никто  ничего  не знает. Вы, ребята, тоже молчите,
никому не говорите, что скоро профессор Трубочкин придет в редакцию.  Вот-то
все удивятся! А я вам в 12-м номере "Чижа" расскажу, как все произошло.

        Писатель Колпаков

        IV

     В  редакции "Чижа" был страшный беспорядок. На столах, на  стульях,  на
полу и на подоконниках лежали кучи писем с вопросами читателей к  профессору
Трубочкину.
     Редактор сидел на тюке писем,  ел  булку с маслом и  раздумывал, -- как
ответить на вопрос: "почему крокодил ниже бегемота?"
     Вдруг  в  коридоре  раздался  шум,  топот,  дверь  распахнулась -- и  в
редакцию вбежали писатель Колпаков и художник Тутин.
     -- Ура! Ура! -- крикнул художник Тутин.
     -- Что случилось?
     Тут дверь опять отворилась и в редакцию вошел мальчик в серой курточке.
     -- Это еще кто такой? -- удивился редактор.
     -- Ура-а! -- вскричали Колпаков и Тутин.
     На шум в редакцию Чижа  собрались люди  со  всего издательства. Пришли:
водопроводчик Кузьма, и типограф Петров,  и переплетчик Рындаков, и уборщица
Филимонова, и лифтер Николай Андреич, и машинистка Наталья Ивановна.
     -- Что случилось? -- кричали они.
     -- Да что же это такое? -- кричал редактор.
     -- Ура-а! -- кричал мальчик в серой курточке.
     -- Ура-а! -- подхватили писатель Колпаков и художник Тутин.
     Никто ничего не мог понять.
     Вдруг  в коридоре  что-то стукнуло раза четыре,  что-то хлопнуло, будто
выстрелило,  и согнувшись, чтобы пролезть в дверь,  вошел в редакцию человек
такого огромного роста, что, когда он выпрямился, голова его почти коснулась
потолка.
     --  Вот  и  я, --  сказал  этот  человек таким  страшным  голосом,  что
задребезжали стекла, запрыгала на чернильнице крышка и закачалась лампа.
     Машинистка Наталья Ивановна вскрикнула, переплетчик  Рындаков спрятался
за шкап,  раздевальщик Николай Андреич почесал затылок, а редактор подошел к
огромному человеку и сказал:
     -- Кто вы такой?
     -- Кто я такой? -- переспросил  огромный человек таким громким голосом,
что редактор зажал уши и замотал головой.
     -- Нет, уж вы лучше молчите! -- крикнул редактор.
     В это время в редакцию  вошел коренастый человек, с  черной бородкой  и
блестящими глазами. Одет он был в кожаную куртку, на голове его была кожаная
фуражка.
     Войдя в комнату, он снял фуражку и сказал:
     -- Здравствуйте.
     -- Смотрите-ка!  -- крикнул типограф Петров, -- его портрет был помещен
в седьмом номере "Чижа".
     -- Да ведь это профессор Трубочкин! -- крикнула уборщица Филимонова.
     -- Да, я профессор Трубочкин, --  сказал человек в кожаной куртке. -- А
это мой друг великан Бобов, а этот мальчик -- мой помощник, Федя Кочкин.
     -- Ура! -- крикнул тогда редактор.
     -- Я был  у великана  Бобова, -- сказал профессор. -- Два месяца подряд
мы вели с ним научный спор о том, кто сильнее: лев или тигр. Мы бы еще долго
спорили, но  пришел  Федя  Кочкин  и  сказал нам,  что  читатели "Чижа" ждут
ответов на свои вопросы.
     -- Давно ждут, -- сказал  редактор и  показал рукой на груды открыток и
конвертов, больших пакетов  и  маленьких записок. -- Видите, что  у нас  тут
делается. Это все вопросы от наших читателей.
     -- Ну, теперь я на все отвечу, -- сказал профессор Трубочкин. -- Бобов,
собери, пожалуйста,  все эти конверты и бумажки, и снеси  их, пожалуйста, ко
мне на дом, пожалуйста.
     Бобов  засучил  рукава, достал  из  кармана  канат, связал  из  писем и
пакетов четыре огромных тюка, взвалил их себе на плечи и вышел из редакции.
     --  Ну вот, -- сказал профессор  Трубочкин,  --  тут осталось  еще штук
двести писем. На эти я отвечу сейчас.
     Профессор Трубочкин  сел  к  столу, а  Федя  Кочкин стал  распечатывать
письма  и класть их  стопочкой перед профессором. Федя Кочкин  делал это так
быстро,  что  у  всех  присутствующих закружились головы,  и  они  вышли  из
редакции в коридор.
     Последним вышел редактор.
     -- Ура! -- сказал редактор. -- Теперь все наши  читатели получат ответы
на свои вопросы.
     -- Нет, не все, -- сказали писатель Колпаков и художник Тутин, --

     А ТОЛЬКО ТЕ,
     КТО ПОДПИШЕТСЯ
     НА "ЧИЖ"
     НА
     1934 ГОД.