Четверг, 08.12.2016, 14:54
Приветствую Вас, Гость




Пинам, Панам, Мара-Фанам


В глупых историях Нуала Мак Класки иногда можно отыскать здравый смысл,
если покопаться в них поглубже. Но так как копаться мы не желали (мы и так
докопались до большего, чем нам бы хотелось), а со здравым смыслом мы просто
не знали, что делать, рассказ Нуала о Пйнаме, Панаме, Мара-Фанаме и
Каллиах-Аранаме для нас, безрассудных босяков, был одновременно "и наукой и
развлечением", как говорит лиса, забравшись в курятник.
Пинам, Панам, Мара-Фанам и Каллиах-Аранам владели одним пшеничным
полем.
Когда пшеница поспела:
- Она моя! - сказал Пинам.
- Ан нет, моя! - сказал Панам.
- К черту вас обоих, она моя! - сказал Мара-Фанам.
- Пропади вы пропадом все трое, она моя! - сказал Кллиах-Аранам.
И они отправились решать эту тяжбу к лорду, владельцу поместья. И тот
велел им разделить поле по бороздам и взять всем поровну, что-бы вышел
справедливый дележ.
Они вернулись домой и сделали, как было сказано. Но вот те раз! Когда
они разделили все борозды поровну, осталась одна лишняя.
- Она моя! - сказал Пинам.
- Ан нет, моя! - сказал Панам.
- К черту вас обоих, она моя! - сказал Мара-Фанам.
- Пропади вы пропадом все трое, она моя! - сказал Каллиах-Аранам.
И они снова отправились решать свою тяжбу к лендлорду. И тот велел им
разделить борозду на копны.
Они снова вернулись домой и сделали, как было сказано. Но вот те раз!
Когда они разделили все копны поровну, осталась одна лишняя.
- Она моя! - сказал Пинам.
- Ан нет, моя! - сказал Панам.
- К черту вас обоих, она моя! - сказал Мара-Фанам.
- Пропади вы пропадом все трое, она моя! - сказал Калли-ах-Аранам.
И они отправились решать свою тяжбу к лендлорду. И тот велел им
разделить копну на снопы.
Они вернулись домой и сделали, как было сказано. Но вот те раз! Когда
они разделили все снопы поровну, остался один лишний.
- Это мой! - сказал Пинам.
- Ан нет, мой! - сказал Панам.
- К черту вас обоих, он мой! - сказал Мара-Фанам.
- Пропади вы пропадом все трое, он мой! - сказал Каллиах-Аранам.
И они отправились решать свою тяжбу к ле-ндлорду. И тот велел им
разделить сноп по колоскам.
Они вернулись домой и сделали, как было сказано. Но вот те раз! Когда
они разделили все колоски поровну, остался один лишний.
- Это мой! - сказал Пинам.
- Ан нет, мой! - сказал Панам.
- К черту вас обоих, он мой! - сказал Мара-Фанам.
- Пропади вы пропадом все трое, он мой! - сказал Калли-ах-Аранам.
И они отправились решать свою тяжбу к лендлорду. И тот велел им
разделить колосок по зернышкам.
Они вернулись домой и сделали, как было сказано. Но вот те раз! Когда
они разделили все зернышки поровну, осталось одно лишнее.
- Это мое! - сказал Пинам.
- Ан нет, мое! - сказал Панам.
- К черту вас обоих, оно мое! - сказал Мара-Фанам.
- Пропади вы пропадом все трое, оно мое! - сказал Калли-ах-Аранам.
И они отправились решать свою тяжбу к лендлорду, а зернышко прихватили
с собой. Лорд взял зернышко и сказал:
- Следуйте за мной!
И он отвел всех четверых к реке, к тому месту, где были страшные
водовороты, и бросил зернышко в воду.
Все четверо нырнули за ним и пропали.
Таков был конец Пинама, Панама, Мара-Фанама и Каллиах-Аранама.
В старину говорили:
Дом сгорел, зато ворота целы.

Семь пшеничных зёрен

В рассказах, которые мы слушали по вечерам, собравшись у горящего
торфа, для нас, детей, всегда находилось и что-то новое и поучительное.
Некогда, а было это давненько, жил в одной долине лорд-тиран. Он заставлял
работать на себя просто за гроши,- люди спину на него гнули, сердце
надрывали, а он знай себе толстел да богател.
И в один прекрасный день пришел к нему молодой горец, простоватый
такой, с цепом на плече, и попросил работы. Лорд этот подумал, что вот еще
удобный случай обвести вокруг пальца простака, и сказал:
- Работников у меня и так хватает, ну да ладно, если много не
запросишь, что ж, поработай!
Парень ответил:
- Если я наймусь к вам на семь лет молотить и за это попрошу столько
пшеничных зерен, сколько словлю в рот из-под цепа, да еще земли, чтобы
посадить эти зерна, да те, что родятся от них за все время нашего уговора,
много это будет, по-вашему, или нет?
Лорд очень хорошо знал привычку добрых пахарей ловить ртом зерна,
которые выле-
тают из-под цепа, и жевать их, пока идет молотьба, и ухватился за
счастливый случай нанять - да еще задаром! - на целых семь лет простака,
видно, с крепкими руками, да не с крепким умом.
- По рукам,- сказал лендлорд.
Что ж, за первый год молотьбы парень словил ровно семь пшеничных зерен.
На другой год - только шесть. На следующий - пять. Потом четыре. Потом три.
Потом два. А в последний год - всего одно зернышко.
Но ведь каждое пшеничное зерно дало ему триста зерен, а потом и триста
раз по триста, так что очень скоро все десять тысяч акров земли лендлорда
оказались под пшеницей работника. И лендлорд угодил в дом призрения, а парню
он задолжал земли больше, чем вся Ирландия, Англия, Шотландия, Испания и
Франция, вместе взятые!
В старину говорили:
Сватается к девушке, а женится на деньгах.