Отчего у ворона оперение черное, а у павлина пестрое и красивое
Когда-то, в давние времена, ворон и павлин водили между собой дружбу.
Почему? Да потому что и ворон, и павлин были под стать один другому.
Посмотришь, перья у них серые, пятнистые, будто кто в грязи вывалял. Да,
это не то, что теперь: ворон черный-пречерный, а павлин разрисованный,
как картинка. Ворон и павлин в те времена знали, что оба они неказистые,
и никому дружбу свою не предлагали. Да и ворону павлин казался
некрасивым, безобразнее не выдумаешь: головка малюсенькая, а туловище
огромное. Торчит головка на длинной изогнутой шее, взглянешь раз и
больше глядеть не захочешь. Как-то раз говорит ворон павлину: –
Карр! Знаю я дом, где живет рисовальщик. Краски у него – всех цветов.
Давай украдем их и распишем друг другу оперение! Такими сразу красавцами
станем! Слушает павлин и головой кивает. В тот же день пошли обе
птицы к дому рисовальщика. Смотрят, сам рисовальщик после обеда
почивает, а краски его и кисти там и сям разбросаны – он вазы
расписывал, но не успел до обеда дело закончить. Схватили птицы в
клюв кисть да какую-то краску. Только много ли в клюве унесешь?
Вернулись еще раз, опять по одной краске в клюве унесли. Как вернулись в
третий раз, глядят, проснулся рисовальщик. Пришлось птицам убираться ни
с чем. Дома они разглядели украденное добро: кисть, черную тушь,
зеленую краску и золотистую краску. – Карр! Ладно! – сказал ворон. –
Хватит и этого. Давай возьмемся за дело. Велел ворон павлину лечь
на землю, а сам за работу принялся. Ворон был на все руки мастер: шею и
туловище павлина он расписал зеленой краской, голову подкрасил
золотистой. Потом принялся хвост разрисовывать. – Карр! Раскрой,
братец, свой хвост веером, – сказал ворон павлину. – Хочу я тебе все
свое искусство показать. Стал ворон на каждом перышке рисовать
кружочек да обводить черной тушью и золотистой краской. Посмотришь на
такую работу, залюбуешься! Ворон был доволен: славно потрудился. –
Карр! Становись теперь, братец, на солнышко, – сказал он, – да просохни
как следует. Когда павлин просох, настало время ему приниматься за
дело. А был он неумейка и лентяй, к тому же зеленая и золотистая краска
кончилась, вся ушла на оперение павлина. Осталась только тушь. Стоит
павлин и не знает, как ему ворона разрисовать. А тут вдруг прилетает
горный ворон, двоюродный братец нашему ворону. В те давние времена
горный ворон был белый, будто известь. Не успел он на землю опуститься,
как поднял крик: – Карр! Карр! Братец ворон! Ты что это там делаешь?
Скорей на восток! Лети на восток! – Зачем? Что это ты
переполошился? – спрашивает ворон двоюродного брата. – Карр! Карр!
Летим на восток, летим скорей! Ждет нас добыча! Богатая добыча! Услышал
ворон про добычу, встрепенулся, засуетился, глаза от жадности
загорелись. – Подожди немного, братец! – кричит. – Я сейчас! Вот
только меня малость разрисуют, и полетим вместе. – Некогда ждать! –
отвечает горный ворон. – Нам надо до ночи к месту долететь! – Коли
так, – обратился ворон к павлину, -поспеши, братец, покрась меня как
придется! Тут горный ворон взглянул на павлина попристальней: –
Карр! Братец ворон, а вы с павлином, оказывается, искусные рисовальщики.
Сделайте милость, распишите и меня. Я тоже хочу стать красавцем! –
Ладно. Разделим оставшуюся тушь по-братски: тебе половину и мне
половину. Схватил павлин тушь, рад, что ворон спешит и стараться
совсем не надо, да и облил ворона с головы до ног. И еще взял кисть,
покрыл тушью даже клюв и лапы ворона. Стал ворон черный-пречерный,
совсем как обгорелая головешка. Теперь пришла очередь расписывать
оперение горного ворона. Павлин и его окатил тушью с головы до ног. Но
горный ворон успел шею втянуть, потому стал он весь черный, только
вокруг шеи белый воротничок. Посмотрел ворон, во что павлин
превратил оперение горного ворона, и только каркнул с досады: мол,
какому неумейке я такое важное дело доверил. Но что толку: исправить
ничего уже было нельзя. Ворон и его братец изругали павлина, на том и
разошлись. Кончилась дружба ворона с павлином. С тех пор павлин
щеголяет в красивом наряде. Ты, наверное, видел: ходит он плавно, да еще
приговаривает: – Павлин хорош! Павлин прекрасен! А семейство
воронов ходит всегда в черном, только у горного ворона белеет на шее
воротничок. Вороны стыдятся своего черного платья и время от времени
каркают: – Карр! Сквер-рно! Карр! Сквер-рно! Прислушайся-ка,
наверняка услышишь, как жалуется ворон на свою судьбу.