Нечистая сила

Авремл Валивкер, а был он тогда еще очень молод - холостой парень,
возвращался лунной зимней ночью из соседнего имения в город, к своему
хозяину, у которого он служил кассиром. Завернувшись в тулуп и опершись о
задок саней, наш Авремл маленько вздремнул, да так сладко, как никогда ему
еще не спалось. Вдруг он слышит сквозь сон чей-то умоляющий голос. Лошадь
встала, и он проснулся. И вот видит Авремл уже наяву, что возле саней стоит
дряхлая старушка крестьянка, худая, сгорбленная, с котомкой за спиной.
Дрожит вся, как в лихорадке, и еле держится на ногах от старости, усталости
и холода. Мороз был и впрямь сильный. Узнав от молодого человека, что им по
пути, старушка стала умолять подвезти ее. Как, в самом деле, отказать такой
старой старушке, да еще беспомощной? Однако время за полночь, деревни
поблизости не видать, а кругом дремучий лес, и кто его знает, с кем тут
имеешь дело? - промелькнуло в голове нашего Авремла. Уж не ведьма ли это? Но
старушка так просила - умо
ляла, что добрый парень сжалился. Усадил он в сани дрожащую от холода
старушку, накрыл ее попоной, поверх набросил рогожку, выгреб из передка сено
на ноги. Но как-то жутко стало ему сидеть с нею рядом, и вот он хлестнул
лошадь, и сани полетели, точно стрела, пущенная из туго натянутого лука.
Едут, едут, обернулся Авремл к своей спутнице и видит, какая-то таинственная
улыбка играет на ее губах, а глаза-то глаза горят, словно уголья! Странно
ему это показалось. И еще сильнее хлестнул он лошадь, еще быстрее помчались
сани. Случайно он посмотрел в сторону, на снег, - и что же это такое,
наконец? Тень старухи бежит впереди саней, становясь с каждой секундой все
больше и больше, растет, словно на дрожжах. В страхе он снова оборачивается
к старушке а старушки нет - и след простыл. Вместо нее сидит молодая
крестьянская баба, нарядно одетая, с длинными распущенными волосами,
белолицая - писаная красавица! Присмотрелся, а она рисует какие-то круги в
воздухе, как бы манит кого-то к себе, и что-то нашептывает. Чтобы
освободиться от непрошеной гостьи, он давай стегать кнутом молодуху, а она
только улыбается, скалит белые зубы и протягивает к нему голые руки, точно
хочет увлечь в свои объятья, прельстить своей красой. Тут наш Авремл не на
шутку испугался: не дай Бог соблазниться подобной бабою - не отпустится этот
грех на том свете, душа так и пойдет в преисподнюю. Задрожал Авремл от
страха и ярости и изо всей силы закричал: "Шма Исроэл! Глядь, молодуха как
бешеная соскочила с саней, и ее не стало, словно сквозь землю провалилась.
Долго мчалась лошадь без пути по чистому полю, а наш парень - ни жив ни
мертв, не знал, где он и что с ним творится. К утру только доехал до дома.
Авремл схватил сильную горячку, долго болел и чуть не умер, но все же
выздоровел, даже дожил до глубокой старости. И даже при случае вспоминал и с
удовольствием рассказывал о том, что с ним приключилось в молодости.

Разбогатевший сапожник

Жил-был бедный сапожник. Не было у него денег на покупку кож,
приходилось каждый день покупать по одной коже Да шить одну пару ботинок.
Однажды он сделал заготовку, чтобы на следующий день с утра приступить к
работе оставил ее вечером на верстаке. Утром встал, смотрит, а на верстаке
лежит не заготовка, а прекрасно сшитая пара ботинок. Очень он удивился,
быстро продал эти ботинки и купил кожу для двух заготовок.
Как и в прошлый вечер оставил сапожник заготовки, а на следующее утро
нашел там
две пары нарядных ботинок. Продал он ботинки и купил кожу для четырех
заготовок.
С тех пор он оставлял с вечера по четыре пары заготовок. И каждое утро
находил на столе четыре пары прекрасно сшитых ботинок.
Вскоре сапожник разбогател. Его ботинки были лучшими в округе, и со
всех концов губернии стали приезжать к нему богачи за ботинками.
Однажды жена сапожника, которую снедало любопытство, уговорила мужа
спрятаться и подсмотреть, кто шьет ботинки. Спрятались они за печкой и ровно
в полночь видят: отворяется дверь, входят четверо человечков в порванной
одежонке. Человечки сели и стали быстро и прилежно работать. Через час они
закончили работу и исчезли.
Стала тут жена уговаривать мужа: дескать, они нам принесли богатство,
давай-ка и мы в благодарность за их труды оденем их в новое платье.
Так и сделали. В следующую ночь пришли шрейтелех, увидели
приготовленную для них новую одежду и очень обрадовались. Стали прыгать
вокруг верстака и петь песенку:
Будем новое носить, бросим мы ботинки шить.
Прыгали, танцевали на верстаке, на стульях и так, танцуя, выскочили за
дверь. С тех пор они больше не появлялись. Но сапожник так и остался
богатым.

Скряга и шеид