Суббота, 10.12.2016, 23:20
Приветствую Вас, Гость




Надменная принцесса

Жил некогда на свете весьма достойный король, и была у него
дочь-раскрасавица, другой такой и не сыщешь. Но зато уж гордячка похуже
Люцифера: ни одного короля или принца не соглашалась себе в мужья выбрать.
Отец просто устал от нее и решил в последний раз пригласить во дворец всех
знакомых и незнакомых королей, принцев, герцогов и графов. Они явились все
как один и на другой же день после завтрака выстроились на лужайке, чтобы
принцесса прошлась перед их строем и сделала наконец свой выбор.
Один был толст, и она сказала:
- Зачем мне этот Пивной Бочонок! Другой был худ и тощ. Ему она сказала:
- Мне не нужен Шомпол! Бледнолицему она сказала:
- К чему мне Бледная Немочь? А краснощекому заявила:
- Зачем мне этот Петушок?
Только перед последним она задержалась на мгновенье: он был слишком
хорош и лицом и осанкой. Ей хотелось отыскать в нем хоть какой-нибудь
недостаток, но она не нашла ничего приметного кроме полукруга вьющихся
каштановых волос под подбородком. Она залюбовалась им, но виду не подала.
- Мне не нужны Бакенбарды!
Ну, все уехали ни с чем, а король очень рассердился и сказал:
- Вот я проучу тебя, привереда! Первому же нищему или бродячему певцу
отдам! Кто первый зайдет, тому и отдам!
И все так и случилось. На другое утро возле дворца появился парень -
весь в отрепьях, с волосами до плеч, с густой рыжей
бородой, которая закрывала ему почти все лицо, и запел под окнами.
Когда он кончил, двери приемной распахнулись, певца пригласили войти,
позвали священника, и принцесса была обвенчана с Бородой. Она кричала и
угрожала, но отец не обращал на нее внимания.
- Вот тебе пять гиней,- сказал он жениху.- Забирай свою жену долой с
глаз моих, и чтоб я вас обоих больше не видел!
И жених увел принцессу, убитую горем. Единственным утешением для нее
были ласковый голос и благородные манеры ее мужа.
- Чей это лес? - спросила она, когда они проезжали через лес.
- Короля, которого вы вчера назвали Бакенбардами.
Тот же ответ она услышала и о лугах, и о полях, и, наконец, о
прекрасном городе.
"До чего ж я была глупа,- подумала принцесса про себя.- Он был совсем
недурен, и я могла выйти за него замуж".
Наконец они добрались до убогой хижины.
- Зачем вы меня сюда привели? - спросила бедная принцесса.
- Этот дом был раньше только моим, а теперь он и ваш!
однако вошла в дом, так какОна ударилась в слезы, очень устала и
захотела есть.
О боже! Ни накрытого стола, ни пылающего огня в хижине. Пришлось ей
помочь мужу развести огонь и сварить обед, а потом еще и со стола убрать.
А на другой день он велел ей надеть грубое платье и простой платок.
Когда она прибралась в доме и справилась с остальными делами, он притащил
охапку ивовых прутьев, содрал с них кору и показал ей, как плести корзины.
Жесткие ветки ранили ее нежные пальцы, и она заплакала. Что ж, тогда он
попросил зачинить ему одежду, но иголка уколола ей пальчик, пошла кровь, и
она опять ударилась в слезы.
Он не мог видеть ее слез, а потому принес ей корзину с глиняной посудой
и послал на базар продавать. Это оказалось самым тяжелым испытанием. Но она
выглядела такой хорошенькой и печальной - словом, казалась такой милашкой,
что все плошки, кувшины и тарелки были распроданы еще до полудня.
Единственным знаком ее былой гордости оказалась пощечина, которую она
влепила какому-то щеголю, когда тот предложил ей зайти и распить с ним
бутылочку.
Что ж, муж остался очень доволен и на следующий день послал ее с другой
корзиной посуды. Но, увы! Удача изменила ей. Какой-то пьяный егерь наехал на
корзину, его конь прошелся прямо по посуде и перебил всю вдребезги.
Принцесса с плачем вернулась домой, и на этот раз муж остался совсем
недоволен.
- Как видно, ты не го-дишься для дела,- сказал он.- Пойдем, я устрою
тебяпри дворце судомойкой. Повариха мне приятельница.
Пришлось бедняжке еще раз поступиться своей гордостью. Она работала не
покладая рук. Старший лакей бесстыдно полез было к ней целоваться, но она
так закричала, что повариха как следует наподдала ему метлой, чтоб в другой
раз неповадно было.
Каждый вечер принцесса возвращалась домой к мужу и приносила в карманах
завернутые в бумагу остатки с кухни.
Через неделю после того, как она поступила работать на кухню, там
поднялась ужасная суматоха. Готовилась свадьба короля, но никто не знал, кто
невеста. И вот вечером повариха набила принцессе карманы холодным мясом да
кусками пудинга и говорит:
- Подожди уходить, давай сначала поглядим на пышные приготовления в
большом зале.
И только она подкралась к двери зала, чтобы заглянуть в щелочку, как
вдруг оттуда выходит сам король - красавец, глаз не отведешь,- и не кто
иной, как сам король Бакенбарды.
- Твоей хорошенькой помощнице придется расплачиваться за любопытство,-
говорит он поварихе.- Пусть станцует со мной джигу!
И не спрашивая, хочет она или нет, король взял принцессу за руку и
повел в зал. Заиграли скрипки, и он. начал с ней танцевать. Не успели они
сделать нескольких па, как из ее карманов полетели мясо и ломти пудинга. Все
громко рассмеялись, а принцесса со слезами на глазах бросилась к двери. Но
король ее тут же нагнал и отвел в небольшую гостиную.
- Разве ты не узнаешь меня, дорогая? - спросил он.- Ведь и король
Бакенбарды, и твой муж - уличный певец, и пьяный егерь - это я. Твоему отцу
было все про меня известно, когда он отдавал тебя мне. Просто ему хотелось
укротить твою гордость!
О, она не знала, куда деваться от испуга, от стыда и от радости. Но
любовь победила, принцесса склонила голову к мужу на грудь и заплакала, как
ребенок. Потом служанки увели ее и помогли ей одеться со всем совершенством,
на какое способны женские руки и булавки. А тут и родители ее приехали. И
пока все сгорали от любопытства, чем же все кончится у короля с хорошенькой
девушкой, он сам со своей королевой, которую в нарядном платье они и не
узнали сначала, и еще один король с королевой, ее родители, вошли в зал, и
тут началось такое веселье и ликованье, какое вам вряд ли посчастливится
когда-нибудь увидеть.

Зачарованный Геройд Ярла

В далекие времена в Ирландии среди знаменитых Фитцджеральдов был один
великий человек. Звали его просто Джеральд. Однако ирландцы, относившиеся к
этому роду с особым почтением, величали его Геройд Ярла, то есть Граф
Джеральд. У него был большой замок у самого Маллимаста, или, вернее,
надежная крепость, устроенная внутри холма, окруженного земляным валом. И
когда бы правители Англии ни нападали на его родную Ирландию, именно он,
Геройд Ярла, всегда выступал на ее защиту.
Он не только в совершенстве владел оружием и всегда шел первым в
сражениях, но был также силен и в черной магии и мог принимать чей угодно
облик. Его жена знала об этом его искусстве и много раз просила мужа открыть
ей хотя бы одну из его тайн, но тщетно. В особенности же ей хотелось, чтобы
он предстал перед ней в каком-нибудь диковинном образе, однако он все время
откладывал это под тем или другим предлогом.
Но она не была бы женщиной, если бы в конце концов не настояла на
своем. Только Геройд предупредил ее, что если она хоть сколько-нибудь
испугается в то время, как он изменит свой обычный облик, он уж не обретет
его вновь, пока не сменятся многие и многие поколения.
Что! Да разве она достойна быть женой Геройда Ярла, если ее так легко
испугать! Пусть только он исполнит ее прихоть, тогда увидит, какой она
герой!
И вот в один прекрасный летний вечер - они как раз сидели в это время в
гостиной - Геройд на миг отвернулся от жены,
успела она по комнатеи глазом закружилпробормотал несколько слов, и не
моргнуть, как он вдруг исчез, а красавец щегол.
Госпожа и в самом деле оказалась храброй, как и говорила, но все же
чуть испугалась, хотя прекрасно овладела собой и оставалась спокойной, даже
когда щегол подлетел к ней, уселся ей на плечо, встряхнул крылышками,
притронулся своим маленьким клювом к ее губам и залился чарующей песней.
Щегол кружил по гостиной, играл с госпожой в прятки, вылетал в сад,
возвращался обратно, усаживался к ней на колени и притворялся спящим, потом
опять вспархивал.
И вот когда обоим уже надоели эти забавы, щегол в последний раз вылетел
на вольный воздух, но тут же вернулся и бросился к своей госпоже прямо на
грудь,- за ним следом летел злой ястреб.
Жена Геройда Ярла громко вскрикнула, хотя нужды в том не было никакой:
ястреб влетел в комнату с такой стремительностью, что очень сильно ударился
о стол и тут же испустил дух. Госпожа отвела глаза от трепыхавшегося ястреба
и посмотрела туда, где только что находился щегол, но уж больше никогда в
своей жизни она не увидела ни щегла, ни самого Геройда Ярла.
Раз в семь лет по ночам граф объезжает на своем скакуне низменность
Карра, что в графстве Килдэр. В тот день, когда он исчез, серебряные подковы
его скакуна были толщиною в полдюйма. Когда же подковы эти станут тонкими,
словно кошачье ушко, Геройд Ярла снова вернется к жизни, выиграет великую
битву с англичанами и будет верховным королем Ирландии целых двадцать лет -
так рассказывает легенда.
А пока Геройд Ярла и его воины спят в глубокой пещере под скалой
Маллимаста. По- средине пещеры, во всю се длину, вытянулся стол. Воглаве
стола сидит сам граф, а по обеим сторонам от него один за другим в полном
вооружении все его воины. Их головы покоятся на столе. Боевые кони их
взнузданы и оседланы и стоят позади своих хозяев, каждый в своем стойле.
Но придет день, когда сын мельника, который родится с шестью пальцами
на каждой руке, затрубит в рог, и кони забьют копытами и заржут, а рыцари
проснутся и вскочат в седла, чтобы ехать на войну.
В те ночи, когда Геройд Ярла объезжает низменность Карра, случайный
путник может увидеть вход в эту пещеру. Около ста лет назад один барышник
оказался таким вот запоздалым путником, к тому же он был подвыпивши. Он
заметил в пещере свет и вошел. Освещение, полная тишина и вооруженные воины
так потрясли его, что он тут же протрезвел. Руки у него задрожали, и он
уронил на каменный пол уздечку. Легкий шум гулким эхом разнесся по длинной
пещере, и один из воинов - тот, что сидел к барышнику ближе других,-
приподнял голову и спросил охрипшим голосом:
- Уже пора?
Но барышник догадался ответить:
- Пока еще нет, но уже скоро.
И тяжелый шлем снова упал на стол.
Барышник постарался поскорее выбраться из пещеры, и с тех пор никто
больше не слышал, чтобы кому-нибудь еще привелось в ней побывать.