Воскресенье, 11.12.2016, 05:11
Приветствую Вас, Гость



ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

ЛУГОВЫЕ ГНОМЫ ИЗ ПЛЕМЕНИ БЕЛОГО ЕДИНОРОГА

 

Первые робкие листы на деревьях давно уже превратились в настоящий зеленый шатер. Наступило настоящее лето. Как и всегда, первыми оповестили о долгожданной перемене яркие майские первенцы – желтые одуванчики. Словно цыплята, они покрывали цветными пятнышками лесные лужайки и поля, и казалось, что это птенцы вышли на прогулку, чтобы полюбоваться на сурепку и лютики. Кое-где их ярко-желтые фонарики уже сменились легкими парашютами, и они летели в воздухе, создавая летнюю белую метель вместе с тополиным пухом.

            Сев давно закончился, наступило время сенокоса. Часто на полях можно было встретить полевых гномов, дружными рядами взмахивающими косами, под которыми падали душистые травы: душистый колосок и пырей, луговая герань и зверобой, горицвет и трясунка, тимофеевка и лисохвост. Радостно улыбаясь, полевики благодарили солнце за жаркую погоду, горячо надеясь, что ведро простоит еще хотя бы несколько недель, трава успеет подсохнуть, и ее можно будет сметать в стога. Словно курганы древних вождей, травяные горбатые богатыри будут украшать собой поля до самой осени, пока не превратятся в сено – зимний корм для коров, овец и коз. Тогда и наступит время перевезти и укрыть стога на сеновале, и такой щедрый покос, как в этом году, обещал скотине сытую жизнь до самой весны.

            Если у полевых гномов находилась лишняя коса или грабли, путники останавливались и тоже вливались в дружные ряды косарей, а в полдень с аппетитом съедали вкусный обед, принесенный женами и дочерьми из дома. 






В эти дни солнце почти не ложилось спать, поздней ночью лишь слегка прячась за горизонт. Обычно моховые гномы и Молодой Мышь ночевали под открытым небом, глядя в прозрачную синеву, на которой розовыми закатными перьями парили легкие облака. Вечерами полевые кузнечики устраивали настоящие концерты, стрекоча на все лады, пока не приходилось со всех ног скакать от голодной зеленой жабы.




Днем карета катилась по тропам, подскакивая на кочках, и часто рядом с тропой можно было встретить чибисов, чуть дальше – заметить порхание жаворонков, а однажды друзья едва не раздавили гнездо с яйцами куропатки. Счастье, что Молодой Мышь успел остановиться  в последний момент!

            Случалось и так, что несколько дней путники не встречали никого из гномов, и трава на этих лугах и полянах явно никогда не знала косы. Сначала это удивляло Моховых гномов и Русалку, но однажды им объяснили, что лугам тоже требуется отдых.

            - Не все животные могут спокойно  приспособиться к тому, что траву на лугу срезают под корень, - объяснили полевики, - К тому же, если косить один и тот же луг все время, из года в год, скудеет разнообразие трав, потому что не все семена созревают в одно и то же время. Растениям очень трудно сеяться. Поэтому мы обычно даем лугам отдохнуть  несколько лет, а сами в это время ищем другое угодье. Так гораздо лучше для всех.

            Поэтому путники очень удивились, когда, путешествуя уже несколько дней по совершенно нетронутому разнотравью, вдруг заметили, что кто-то за ними следит. И этот кто-то – явно не враг и не хищник.

***   ***   ***

            Молодой Мышь обратил внимание, что кое-где трава сильно примята крошечными копытами коров и лошадей гномьей породы. Но ведь рядом не было деревень полевых гномов, так кто же приходил сюда пасти своих кормильцев?

            Молодой Мышь оставил мопед и отправился по следу. Вскоре он нашел на лугу целый вытоптанный круг, со следами костра в центре. Все следы ночевки и ужина были тщательно убраны, но сырая земля сохранила отпечатки крошечных ног гномов.

            - Не иначе, как кто-то тоже решил переселиться, - высказала предположение Русалка, - Ничего необычного.

            - Возможно, - возразил Боровик, - Но я тоже слышал за спиной шум, как будто по лугу передвигаются лоси. Но они ведь никогда не уходят так далеко от леса…

            - Поживем – увидим, - успокоил всех Молодой Мышь, - Ведь мы, в конце концов, не делаем ничего плохого.

            И все же Молодой Мышь стал спать куда более чутко, и всегда теперь у него под подушкой лежал острый нож.

            Опасения оказались не напрасными – несколько раз Молодой Мышь замечал, что рядом с каретой мелькает быстрая белая тень. Несмотря на быструю реакцию лесного жителя, Мышь так ни разу не смог разглядеть, как следует, кто это был. Подумав, Молодой Мышь счел за лучшее ничего не рассказывать Русалке и гномам, чтобы не пугать друзей, и старался только ездить быстрее и быстрее, чтобы как можно скорее добраться до ближайшего леса.

            Как назло, вдруг зарядили проливные дожди, не слишком холодные, но почти непрерывные. Дома лесные обитатели знали, что им делать, ведь в лесу под мощными лапами елей всегда можно найти сухие веточки и листву, из которых легко развести костер даже под дождем. В Дремучем Лесу есть огромные, уже больные от старости деревья, в чьих могучих корнях от времени образуются настоящие пещеры, хоть и целую неделю там живи, волоса не намочишь! А тут, в Поле, моховым гномам и Молодому Мышу приходилось туго! С трудом удавалось поддержать крошечный огонек, едва пригодный для того, чтобы вскипятить чайник, и целые дни путники вынуждены были проводить в карете, укутавшись в отсыревшие одеяла. У Молодого Мыша ломили все кости, близнецы тоже простудились и все время чихали и кашляли. Только Русалка оказалась в родной стихии и часто проводила время под дождем, в сырой траве, а то и устраивалась на отдых в луже или канаве. Девочке было очень неудобно перед друзьями, но все понимали, что тут ничего нельзя изменить.

            Березка решила, что тихий-тихий, мелодичный перезвон колокольчика послышался ей из-за болезни, но он становился чуть громче и будто приближался. Тим поднял голову, прянул ушами, но не залаял на чужака, а замер и, дрожа от удовольствия, завилял хвостом.

            Тут нежно и ласково заржала лошадь, так, как ржут кобылы, пытаясь успокоить маленького жеребенка. Березка выглянула из окошка кареты.




Перед ней стоял Белый Конь с розовой гривой. Высокий и статный, но сухих тонких ногах, с мощной, но гибкой и длинной шеей, которую венчала голова благородных очертаний. Весь облик Коня говорил о том, что это настоящая, редкая скаковая лошадь. Лоб Белого Коня украшал длинный и острый рог.

            - Единорог! – так и ахнула девочка.

            Единорог вежливо обнюхал их лошадку, и та приветствовала его, как встречают долгожданного друга после долгой разлуки. Затем Белый Конь встряхнул головой и ускакал прочь отличным, легким аллюром.

            Когда друзья проснулись, Березка рассказала о видении, которое ей самой уже казалось сном.

            - Ну а что, если Он действительно приходил? – задумался Молодой Мышь. – И не он ли следовал за нами все это время?

            - Больно надо ему за нами таскаться, - возразил Боровик, - Единороги – существа суровые и очень гордые!

            - Но ведь зачем-то он явился?

            - Но ведь зачем-то он явился? – не сдавалась Березка.

            - Мало ли зачем? Может, ему просто скучно одному…

            Русалка положила конец спору:

            - У нас на Запруде о единорогах говорили, что это чистые и благородные существа. Они всегда приходят на помощь тем, кто в беде, если только это в их власти. Может быть, Единорог поможет и нам?



***   ***   ***

            Ждать разгадки пришлось недолго: вскоре совсем рядом послышались песни, топот копыт и щелканье кнута пастухов, и в дверцу кареты постучали. Это был высокий гном в чудной одежде – накидка и широкие, как юбка, штаны из кожи, светлые, коротко стриженые волосы украшало большое красное перо какой-то птицы. Гном приехал верхом на белом единороге.

            - Добро пожаловать в наши луга, дорогие гости, - вежливо поклонился гном, - Племя Белого Единорога радо видеть вас и надеется, вы осчастливите нас своим присутствием.

            - Здравствуйте, - слегка растерялся Боровик от такой изысканной, слегка старомодной вежливости.

            - Меня зовут Махаон, я главный пастух племени, - еще раз поклонился луговой гном, - Прошу вас, не побрезгуйте нашим гостеприимством!

            Миг – и путники уже сидели у теплого очага в большой круглой палатке из кожи, натянутой на деревянные шесты, вбитые прямо в землю. Пол в палатке был застелен пушистыми шерстяными коврами, и от горячего молока с медом кашель у моховых гномов почти сразу отступил. Молодой Мышь блаженствовал, расслабившись и словно впитывая всем телом тепло, будто сладкий сироп.

            Махаон рассказал о том, что Белый Единорог – покровитель и талисман племени луговых гномов, - стал исчезать куда-то в последние дни, а сегодня он вдруг прибежал весь в мыле, нервно фыркая, и увел гномов за собой.

            - Мы сразу поняли, что случилось что-то необычное, ведь Единорог никогда не беспокоится по пустякам, - заметил Махаон, - К тому же он очень не любит, если его не слушают и не понимают. В таком случае он может никого не подпускать к себе целую неделю, а без него нам очень трудно пасти скот. Если же все хорошо, он позволяет мне ездить на нем верхом, но только мне, как лучшему пастуху, мне одному!

            Махаон с победоносным видом оглядел присутствующих, и гости поспешили выразить восхищение.

            - Какой теплый у вас дом, - благодарно заметила Березка, - И что же, он спасает от холода даже зимой?

            Луговые гномы недоуменно переглянулись, а потом дружно захохотали.

            - Ну конечно, конечно, вы всю жизнь провели в Дремучем Лесу, откуда же вам знать, - тут же нашел для них извинение Махаон, - Мы кочуем по лугам только с весны и до осени, когда надо пасти табуны наших лошадей, коров, овец и коз. А на зиму мы возвращаемся домой, на наши хутора и в усадьбы. Зимой мы живем под крышей, как и все добрые гномы, и шьем из кожи сбруи, и обувь, и вообще все необходимые вещи. А осенью наступает лучшее событие года – ярмарка! Как же всем нравятся наши молоко и сыры, уздечки и сапоги!

            - Но ведь это очень утомительно и неудобно – постоянно переезжать с места на место, - удивилась Русалка, - Почему бы вам не найти для скота какой-то один луг, рядом с усадьбой?

            - Никак нельзя так поступить. У нас слишком много коров и лошадей. Если пасти их в одном и том же месте, они вытопчут на лугу всю траву, и он постепенно превратится в болото. Поэтому мы, луговые гномы, живем летом в этих шатрах. Их очень легко свернуть, да вы сами скоро это увидите, дорогие гости. И мы месяц за месяцем возим их с собой, следуя за травой, переходя с одного луга на другой, с опушки на опушку. Мы совсем забываем о том, что можно жить и спать в четырех стенах, каждый день видя вокруг себя один и тот же двор, обнесенный забором. Нет, перед нами летом всегда горизонт – и всегда новый!



Русалка подумала, что так у них на Запруде носят на спине свои дома прудовики, но благоразумно оставила это сравнение при себе.

***   ***   ***



Дожди закончились так же внезапно, как и начались. Утром луговые гномы отправились в путь. Ни Молодой Мышь, ни моховые гномы, ни, тем более, Русалка никогда не видели столько лошадей и коров сразу! Никогда, даже на ярмарке, им не случалось видеть стада коз и овец из нескольких сотен голов.

            Но главное – они никогда не видели огромных, мощных псов, ростом едва ли ни с теленка. Это были спокойные, но очень решительные и сильные собаки. Они неторопливо, без всякой суеты, обходили стада, лаем подгоняя какую-то заблудившуюся глупую овцу. Чувствовалось, что эти собаки точно знают, что им надлежит делать, и совершенно уверены в своей правоте.

- С лаской запросто может сладить, а возможно, и с самой куницей, - с гордостью сказал Махаон, лаская лохматую рыжую собаку.

            Тим, увидев столь могучих собратьев, замер на секунду, но затем с почтительным, но спокойным видом дал себя обнюхать. Видимо, его рекомендации устроили всех, потому то следом уже он поднял хвост морковкой и уважительно исследовал охвостье новых знакомых. Теперь в стае он был на правах знакомой собаки, и его не обижали, подпуская к еде, конечно, после того, как поедят все остальные. Так уж положено в собачьем племени – самым сильным достаются самые лакомые куски.

            На другой день он уже нес службу вместе со всеми, бросаясь со всех ног охранять и собирать овец.

***   ***   ***

            Когда племя Белого Единорога узнало, почему путники вынуждены искать новый дом для Русалки (может быть, и не только для Русалки), главный пастух торжественно объявил:

            - Друзья мои! Поверьте, если бы вы умели ценить свободу, то остались бы навсегда с нами. Но я вижу, вы не примете мое предложение. Я провожу вас до моей усадьбы, а там уже решим, что делать.

            В усадьбе главного пастуха летом оставалась только его жена, тетушка Простокваша, и маленькая дочка. Тетушка Простокваша готовила лучшие в округе сыры, и к ней каждый вечер подгоняли на дойку коров.

            Березка очень сошлась с Тетушкой Простоквашей, ведь она и дома очень любила коров и коз, а тут с радостью училась хитростям приготовления различных сортов сыра. Молодой Мышь просто не мог справиться с собой, проводя в сыроварне все дни напролет. Наверное, он и ночевал бы там, если бы ему разрешили.