Пятница, 09.12.2016, 20:23
Приветствую Вас, Гость



ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

МАСТЕРСКАЯ ГНОМОВ



Дядька Вереск расстелил на столе бересту, на которой была начерчена карта болот.

            - Вот что мы сделаем, - сказал он, - Я провожу вас к моему старому доброму другу, мастеру Гончару. Он, наверное, умеет все на свете, и его часто приглашают куда-то в дальнюю дорогу, чтобы он помог возвести крепостную стену, или сложить печь, или… словом, по какому-нибудь такому же важному делу. Он много где бывал и, наверное, сможет подсказать, где именно вам поселиться.



На том и порешили, а утром гости тепло простились с тетушкой Брусничкой и маленькой выдрой, которая решила остаться жить здесь, на болотах. Все было готово к отъезду, и утром старая, но крепкая повозка покатилась по потайным болотным тропам, указывая дорогу карете лесных обитателей.

Потянулись долгие дни тяжелого пути по дороге, проложенной из бревен и досок много лет назад. Здесь почти не встречались гномы, лишь изредка попадались такие же одинокие усадьбы ягодников.

Дальше начались совсем другие болота – голые, безлесые, покрытые торфяными кочками. Местным гномам даже не из чего было построить себе дома, и они рыли в кочках землянки, а постоянный голод и отсутствие растений приучили их охотиться на насекомых и птиц. У лесных обитателей душа уходила в пятки, когда они замечали бородатую, одетую в поношенную одежду из кожи и перьев фигуру, но дядька Вереск всегда приветливо разговаривал с встреченными и угощал их сахаром или табаком.

- Они, в сущности, добряки, - усмехался он, - И любят, когда мы, проезжие гномы, с ними вежливы и приветливы.

 Путники были почти рады, когда за окнами кареты вновь замелькало верховое лесное болото с его мхами, вересковыми кустами и чахлыми сосенками с пожухшей хвоей.  Царство мха и торфяных кочек закончилось, и теперь как будто снова начался лес, почти такой же, как и родной для близнецов и Молодого Мыша. Только теперь они путешествовали по склонам и дну огромных оврагов – бывшей речной поймы, там, где когда-то, много веков назад, было дно реки. Мощное течение некогда вырыло эти пещеры и спуски, размыло давно пересохшие берега.



Но вот глинистая почва снова зачавкала под колесами, и теперь путь пролегал по дну только что обмелевшего озера. Болото еще не совсем поглотило водоем, тут и там в бывших глубоких омутах еще теплилась подводная жизнь, водились прудовики, раки и мелкая рыбешка, но все дальше и дальше, насколько видел глаз, простерлись заросли осоки, камыша и рогоза. Где-то уже можно было заметить молодые кусты ольхи и совсем юные, тонконогие березки.

Вечерами кое-где в камышах мелькали странные, живые огни, тут и там поднимался дымок, словно от костра. И однажды дядька Вереск, свернув с пути, остановился у довольно крепкого дома, сплетенного, точно корзина, из тонких березовых и ольховых веточек. Крыша дома была настелена из непромокаемых листьев камыша, а само строение стояло на высоких ножках – сваях.



На шум из дома выглянул суровый на вид гном огромного роста, одетый в домотканую одежду, поверх которой был надет длинный фартук. Заметив дядьку Вереска, хозяин дома расплылся в улыбке.

- Добрый вечер, мастер Гончар, - поклонился дядька Вереск, - Примешь гостя?

***   ***   ***

- Как я соскучился по вам, мои дорогие, - басом произнес мастер Гончар, не дожидаясь, пока ему представят лесных обитателей, - Проходите, прошу вас… точнее, залезайте.

И он показал рукой на приставную лестницу. Друзья воспользовались приглашением.

В доме явно не было хозяйки. Внутри оказалось очень чисто, светло и тепло, но всюду – на столе, на кроватях, на полках и шкафах, сундуках и верстаках, - лежали вперемешку диковинные инструменты, сохли глиняные горшки, фигурки и кирпичи.

Хозяин угостил вкусным обедом, состоящим из клюквенного морса на меду и каши из брусники, а затем, извинившись, сообщил, что ему надо отлучиться из дома – накопать глины.



- Я ведь гончар, - смущенно заметил он, - Впрочем, я же и строитель, и за материалом приходится иногда прогуляться очень далеко.

- Но ведь глина – прямо у Вас под ногами, - поразился Боровик.

- Так-то оно так, да не всякая в ремесло сгодится, - важно заметил мастер Гончар, - Для посуды лучше всего подходит голубая, потому что она меньше всех пропускает воду. А для стройки – красная, потому что ее легче всего обжечь.

- Обжечь? Но зачем ее обжигать? – удивились близнецы.

- Для прочности. Иначе горшок довольно быстро раскиснет, если оставить его, наполнив водой. Ведь глина не вечна, как и все на земле… и через болотные глины вода тоже постепенно просачивается под землю. Очистившись в слое песка, она пополняет родники.

Мастер Гончар с любовью взял в руки кусок сырой глины, помял его, быстро положил на специальный круг и… завертел его ногами, а руки его в это время мяли, сжимали, расправляли вертящийся, словно на карусели, сырой материал. Прошло несколько минут, и вот бег круга стал замедляться, глина приобрела на вид полукруглые очертания, потом чуть-чуть вытянулась – и на специальную подставку встал почти готовый горшок, еще влажный и теплый.

- Красота! – восхитились гости.

Мастер Гончар, кивнув с достоинством и удовлетворением, подхватил горшок специальными щипцами и ловко поставил его в печь. Сначала раздалось шипение, и по комнате поплыл запах гари, но вот глина в огне стала светлеть и как будто становиться прозрачней. Выждав несколько минут, мастер вынул из пламени горшок и тут же поместил его в холодную воду. На стенках посуды не появилось ни одной трещины, значит, она сделана как надо!

До самого вечера лесные обитатели раскрашивали горшки яркими узорами. Каждый рисовал свое, любимое: Русалка – сине-зеленые и желтые водоросли, в которых медленно плыли рыбы, Молодой Мышь – траву и зерна, Березка – цветы, а Боровик – птиц в густых ветвях или лошадей, скачущих по полю.

Следующие несколько дней Березка и Русалка не расставались с красками, а Молодой Мышь и Боровик по пятам ходили за мастером Гончаром, перенимая секреты мастерства.

Кирпичи сделать было немного сложнее. Их приходилось замешивать на песке и крахмале, а затем трамбовать в особых формах. Но зато как интересно было наблюдать за мастером Гончаром, когда он складывал печь у соседей, любовно подгоняя кирпичик к кирпичику, ловко распределяя мастерком вязкую смесь! Печь предпочитали не обжигать, и она сохла во дворе, а уже после, когда кормилица готова, вокруг нее надстраивали легкий и прочный домик.

- Сваи нам нужны, чтобы вода не добиралась до жилья весной, в половодье, и во время осенних ливней, - объяснил мастер Гончар, - И печь мы тоже делаем на высоком постаменте. А нашим кирпичам любая влага не страшна очень и очень долго! Поэтому их так и ценят, и многие в поле или лесу предпочитают кирпичный погреб или фундамент под домом.

Близнецы подумали про себя, как может пригодиться такой ненужный, на первых взгляд, продукт, как обыкновенная глина.

***   ***   ***

Мастер Гончар внимательно выслушал историю Русалки и моховых гномов и надолго замолчал, что-то обдумывая. Наконец, он заявил:

- Вот уж и не знаю, чем можно вам помочь. Везде, куда меня приглашают по делам, уже живут гномы. Но я думаю, вам стоит отправиться вниз по реке.



- В смысле, поискать местечко на берегу? – уточнил Молодой Мышь.

- Нет, путешествовать на корабле, который плывет вниз по течению, - уточнил Мастер Гончар, - Ведь здесь, в наших болотах, прячутся родники, а от них – берет начало речка. Реки же всегда куда-то впадают, это несомненно, дети мои, и в них впадают бесчисленные ручейки и ручьи. Уверен, что хотя бы один из них протекает по свободным землям, где можно будет поселиться.

 

- Но ведь на такие поиски уйдут годы! – потрясенно вздохнули близнецы.

Мастер Гончар улыбнулся.

- Не годы, а всего лишь несколько недель. Видите ли, я думаю, вам надо поговорить с моряками. С теми, кто переплавляет лес с дальних вырубок в приморские степи, там, где и одинокого деревца не найдешь. Плотогоны и капитаны баржей бывают в наших краях, здесь они выменивают пшеницу, мед, фрукты на посуду и кирпичи.

И здесь же, случается, причаливают пассажирские суда, которые для того и существуют, чтобы добрые гномы могли путешествовать с комфортом. Если же кто-то из вас умеет обращаться с судном, можно нанять яхту или лодку на время.



… Речной порт ошеломил лесных обитателей, ведь никто из них, включая Русалку, никогда не видел настоящей судоходной реки. Казалось, она брала начало в самом небе и нигде не заканчивалась, а, стоя на одном берегу, с трудом можно было различить здания и гномов на другом. Река медленно, неторопливо, с достоинством катила волны куда-то вдаль, ласково приглашая окунуться в них и намекая на то, что истинные, настоящие чувства  так же вечны и спокойны, подвижны и постоянны, как и ее глубокие воды.

В самом же порту шум не утихал ни днем, ни ночью. Одни суда причаливали, выпуская шумных пассажиров, другие отчаливали, торопливо принимая гномов на борт. Огромные медлительные баржы спешно разгружали, и грузчики с песнями передавали друг другу корзины, узлы, сундуки и коробки. Кто-то суетился рядом, считая их, а кто-то торопил всех, потому что ту же баржу уже надо было загрузить снова, совсем другим товаром, который тоже где-то ждут.

Рядом, на берегу, лепились друг к другу постоялые дворы и харчевни, где голодные и усталые моряки и путешественники могли принять ванну, сытно и вкусно пообедать, а при необходимости – получить комнату на несколько дней, где можно переночевать в самой настоящей кровати, на свежем и чистом белье. Возгласы зазывал, расхваливающих заведение и приглашающих постояльцев, не умолкали, каждый хвалил харчевню или постоялый двор, называя самым лучшим и дешевым предложением, и лесные обитатели совсем растерялись, не зная, чему им отдать предпочтение и как поступить.

Мастер Гончар, не обращая на зазывал никакого внимания, молча вел гостей за собой, пока не толкнул дверь одного из заведений, далеко не самого большого и шикарного. Внутри оказалось уютная столовая, где под низкими потолками на веревках ожидала своего часа сушеная рыба и грибы, а за стойкой приятно дразнили аппетит кастрюли с горячей ухой и сковороды с жареной рыбой, самых разных сортов и способов приготовления, источающих ароматные запахи.

Рядом расположился уютный зал ожидания, где глубокие мягкие кресла торопились принять постояльца в свои объятия, намекая, что время пройдет совсем незаметно, если провести его с толком, читая газету или книгу. Тем, кто не слишком любит уединение, предпочитая свободное время проводить в компании, подмигивали бильярдный и карточный столы, а также столик для настольного тенниса.



Гномы самого разного возраста, внешности и рода занятий ели, пили, дремали в креслах, играли в карты, обнимались после долгой разлуки или горячо спорили о чем-то.  На гостей никто не обратил внимание, но мастера Гончара и дядьку Вереска тут встретили, как старых и добрых друзей.

- Мастер Гончар, куда это ты собрался на этот раз? – весело закричал ему молодой гном в широкой красной куртке.

- На сей раз я остаюсь дома, дорогой капитан Дельфин, - ответил мастер Гончар, - Толковый совет и помощь нужны моим приятелям.

- Вот что мы сделаем, - предложил капитан Дельфин, - Я отправляюсь через два дня и возьму вас с собой. Знаю одну протоку, там несколько лет назад были лесные пожары. Сейчас там снова растет лес, правда, не слишком-то дремучий, но часть гномов ушла дальше, вниз по реке, и свободное место там есть. Я согласен доставить вас туда и представить местным гномам. Они не слишком гостеприимны, но меня знают и ценят слово капитана Дельфина.

А вы взамен на время оставите мне лошадь и карету. Моей жене трудно добираться до пристани пешком и не слишком удобно пользоваться повозкой и ломовой лошадью. Согласны?

Лесные обитатели радостно согласились.