Понедельник, 05.12.2016, 03:25
Приветствую Вас, Гость



    ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ




    КАРТИНА ПЕРВАЯ




Лес. На землю падают крупные хлопья снега. Густые сумерки. Падчерица
пробирается через глубокие сугробы. Кутается в рваный платок. Дует на
замерзшие руки. В лесу все больше и больше темнеет. С верхушки дерева шумно
падает ком снега.


Падчерица (вздрагивает.) Ох, кто там? (Оглядывает­ся.) Снеговая шапка
упала, а мне уж почудилось, будто на меня кто с дерева прыгнул... А кому
быть здесь в такую пору? Звери и те по своим норам попрятались. Одна я в
ле­су... (Пробирается дальше. Спотыкается, запутывается в бу­реломе,
останавливается.)
Не пойду дальше. Тут и останусь. Все равно, где замерзать.
(Садится на поваленное дерево.) Темно-то как! Рук своих не разглядишь. И не
знаю, куда я Зашла. Ни вперед, ни назад дороги не найти. Вот и пришла моя
смерть. Мало я хорошего в жизни видела, а все-таки страшно помирать... Разве
закричать, на помощь позвать? Может, услышит кто -- лесник, или дровосек
запоздалый, или охотник какой? Ау! Помогите! АуНет, никто не отзывается. Что
же мне делать? Так и сидеть здесь, покуда конец не придет? А ну как волки
набегут? Ведь они издали чело­века чуют. Вон там хрустнуло что-то, будто
крадется кто. Ой, боюсь! (Подходит к дереву, смотрит на толстые, узлова­тые,
покрытые снегом ветви.)
Взобраться, что ли? Там они меня не достанут.
(Взбирается на одну из ветвей и усажи­вается в развилине. Начинает дремать.)


Некоторое время в лесу тихо. Потом из-за сугроба появляется Волк.
Настороженно поглядывая по сторонам, он обходит лес и, приподняв голову,
затягивает свою одинокую волчью песню.


Волк

Ох, сердит

Мороз,

Не щадит

Мороз.

На ходу

Ко льду

Волчий хвост прирос.

У овцы зимой

Есть овечья шерсть.

У лисы зимой

Лисья шуба есть.

У меня ж, на грех,

Только волчий мех,

Только старый мех --

Шуба драная.

Ох, и жизнь моя

Окаянная!..

(Замолкает, прислушивается, потом опять затягивает свою песню.)

Спит под Новый год

Весь лесной народ.

Все соседи спят.

Все медведи спят.

Кто в норе не спит, --

Под кустом храпит.

Баю-баюшки,

Зайцы-заюшки.

Баю-баюшки,

Горностаюшки!..

Я один не сплю --

Думу думаю,

Думу думаю

Про беду мою.

У меня тоска

Да бессонница.

По пятам за мной

Голод гонится,

Где найду

Еду

На снегу -- на льду?

Волку голодно,

Волку холодно!..

(Допев свою песню, опять пускается в обход. Подойдя по­ближе к тому
месту, где укрылась Падчерица, останавли­вается.)
У-у-у, человечьим духом в
лесу запахло. Будет мне к Новому году пожива, будет мне ужин!

Ворон (с верхушки дерева). Карр, карр! Берегись, се­рый. Не про тебя
добыча! Карр, карр!..

Волк. А, это опять ты, старый колдун? Утром ты меня обманул, а уж
теперь не надуешь. Чую добычу, чую!

Ворон. Ну, а коли чуешь, так скажи, что у тебя справа, что слева, что
прямо.

Волк. Думаешь не скажу? Справа -- куст, слева -- куст, а прямо --
лакомый кус.

Ворон. Вррешь, бррат! Слева -- ловушка, справа -- отрава, а прямо --
волчья яма. Только и осталось тебе до­роги, что обрратно. Куда же ты, серый?

Волк. Куда захочу, туда и поскачу, а тебе дела нет! (Исчезает за
сугробом.)


Ворон. Карр, карр, удррал серый. Стар волк -- да я старее, хитер -- да
я мудрее. Я его, серого, еще не раз прроведу! А ты, красавица, проснись,
нельзя в мороз дре­мать -- замерзнешь!


На дереве появляется Белка и сбрасывает на Падчерицу шишку.


Белка. Не спи -- замерзнешь!

Падчерица. Что такое? Кто это сказал? Кто здесь, кто? Нет, видно,
послышалось мне. Просто шишка с дерева упала и разбудила меня. А мне что-то
хорошее приснилось, и теплее даже стало. Что же это мне приснилось? Не
вспом­нишь сразу. Ах, вон оно что! Будто мать моя по дому с лампой идет и
огонек прямо мне в глаза светит. (Поднимает голову, стряхивает рукой снег с
ресниц.)
А ведь и правда что-то светится -- вон там, далеко... А вдруг это
волчьи гла­за? Да нет, волчьи глаза зеленые, а это золотой огонек. Так и
дрожит, так и мерцает, будто звездочка в ветвях запута­лась... Побегу!
(Соскакивает с ветки.) Все еще светится. Может, тут и в самом деле избушка
лесника недалеко или дровосеки огонь развели. Идти надо. Надо идти. Ох, ноги
не идут, окоченели совсем! (Идет с трудом, проваливаясь в суг­робы,
перебираясь через бурелом и поваленные стволы.)
Только бы огонек не погас!..
Нет, он не гаснет, он все ярче горит. И дымком теплым как будто запахло.
Неужто кос­тер? Так и есть. Чудится мне или нет, а слышу я, как хво­рост на
огне потрескивает. (Идет дальше, раздвигая и при­поднимая лапы густых
высоких елей.)



Все светлее и светлее становится вокруг. Красноватые отблески
перебегают по снегу, по ветвям. И вдруг перед Падчерицей открывается
небольшая круглая поляна, посреди которой жарко пылает высокий костер.
Вокруг костра сидят люди, кто поближе к огню, кто подальше. Их двенадцать:
трое старых, трое пожилых, трое молодых, а последние трое -- совсем еще
юноши. Молодые сидят у самого огня, старики -- поодаль. На двух стариках
белые длинные шубы, мохнатые белые шапки, на третьем-- белая шуба с черными
полосами и на шапке черная опушка. Один из пожи­лых -- в золотисто красной,
другой -- в ржаво-коричневой, третий-- в бурой одежде. Остальные шестеро --
в зеленых, разного оттенка кафтанах, расшитых цветными узорами. У одного из
юношей поверх зеленого кафтана шубка внакидку, у другого-- шубка на одном
плече. Падчерица останавливается между двух елок и, не решаясь выйти на
поляну, прислушивается к тому, о чем говорят двенадцать братьев, сидящих у
костра.


Январь (бросая в огонь охапку хвороста)

Гори, гори ярче --

Лето будет жарче,

А зима теплее,

А весна милее.

Все месяцы

Гори, гори ясно,

Чтобы не погасло!

Июнь

Гори, гори с треском!

Пусть по перелескам,

Где сугробы лягут,

Будет больше ягод.

Май

Пусть несут в колоду

Пчелы больше меду.

Июль

Пусть в полях пшеница

Густо колосится.

Все месяцы

Гори, гори ясно,

Чтобы не погасло!


Падчерица сначала не решается выйти на поляну, потом, набрав­шись
смелости, медленно выходит из-за деревьев. Двенадцать братьев, замолчав,
поворачиваются к ней.


Падчерица (поклонившись). Добрый вечер.

Январь. И тебе вечер добрый.

Падчерица. Если не помешаю я вашей беседе, по­звольте мне у костра
погреться.

Январь (братьям). Ну, как, братья, по-вашему, позво­лим или нет?

Февраль (качая головой). Не бывало еще такого слу­чая, чтобы
кто-нибудь, кроме нас, у этого костра сидел.

Апрель. Не бывать-то не бывало. Это правда. Да уж если пришел кто на
огонек наш, так пустъ греется.

Май. Пусть греется. От этого жару в костре не убавится.

Декабрь. Ну, подходи, красавица, подходи, да смотри, как бы не сгореть
тебе. Видишь, костер у нас какой -- так и пышет.

Падчерица. Спасибо, дедушка. Я близко не подойду. Я в сторонке стану.
(Подходит к огню, стараясь никого не задеть и не толкнуть, и греет руки.)
Хорошо-то как! До чего огонь у вас легкий да жаркий! До самого сердца тепло
стало. Отогрелась я. Спасибо вам.


Недолгое молчание. Слышно только, как трещит костер.


Январь. А что это у тебя в руках, девушка? Корзинка никак? За шишками
ты, что ли, пришла под самый Новый год, да еще в такую метелицу?

Февраль. Лесу тоже отдохнуть надо -- не все же его обирать!

Падчерица. Не по своей воле я пришла и не за шиш­ками.

Август (усмехаясь). Так уж не за грибами ли?

Падчерица. Не за грибами, а за цветами... Прислала меня мачеха за
подснежниками.

Март (смеясь и толкая в бок Апрель-месяц). Слышишь, братец, за
подснежниками! Значит, твоя гостья, принимай!

Все смеются.

Падчерица. Я бы и сама посмеялась, да не до смеху мне. Не велела мне
мачеха без подснежников домой воз­вращаться.

Февраль. На что же ей среди зимы подснежники пона­добились?

Падчерица. Не цветы ей нужны, а золото. Обещала наша королева целую
корзину золота тому, кто принесет во дворец корзину подснежников. Вот меня и
послали в лес.

Январь. Плохо твое дело, голубушка! Не время теперь для подснежников,
-- надо Апреля-месяца ждать.

Падчерица. Я и сама знаю, дедушка. Да деваться мне некуда. Ну, спасибо
вам за тепло и за привет. Если поме­шала, не гневайтесь... (Берет свою
корзинку и медленно идет к деревьям.)


Апрель. Погоди, девушка, ве спеши! (Подходит к Ян­варю и кланяется
ему.)
Братец Январь, уступи мне на час свое место.

Январь. Я бы уступил, да не бывать Апрелю прежде Марта.

Март. Ну, за мной дело не станет. Что ты скажешь, братец Февраль?

Февраль. Ладно уж, и я уступлю, спорить не буду.

Январь. Если так, будь по-вашему! (Ударяет о. землю ледяным посохом.)

Не трещите, морозы,

В заповедном бору,

У сосны, у березы

Не грызите кору!

Полно вам воронье

Замораживать,

Человечье жилье

Выхолаживать!

В лесу становится тихо. Метель улеглась. Небо покрылось звездами.

Ну, теперь твой черед, братец Февраль! (Передает свой по­сох лохматому
и хромому Февралю.)


Февраль

(ударяет посохом о землю)

Ветры, бури, ураганы,

Дуйте что есть мочи.

Вихри, вьюги и бураны,

Разыграйтесь к ночи!

В облаках трубите громко,

Вейтесь над землею.

Пусть бежит в полях поземка

Белою эмеею!


В ветвях гудит ветер. По поляне бежит поземка, крутятся снежные вихри.


Ф е в р а л ь. Теперь твой черед, братец Март!

Март (берет посох)

Снег теперь уже не тот, --

Потемнел он в поле.

На озерах треснул лед,

Будто раскололи.

Облака бегут быстрей.

Небо стало выше.

Зачирикал воробей

Веселей на крыше.

Все чернее с каждым днем

Стежки и дорожки,

И на вербах серебром

Светятся сережки.


Снег вдруг темнеет и оседает. Начинается капель. На деревьях появляются
почки.


Ну, теперь ты бери посох, братец Апрель.

Апрель

(берет посох и говорит звонко, во весь мальчишеский голос)

Разбегайтесь, ручьи,

Растекайтесь, лужи.

Вылезайте, муравьи,

После зимней стужи.

Пробирается медведь

Сквозь лесной валежник.

Стали птицы песни петь,

И расцвел подснежник!


В лесу и на поляне все меняется. Тает последний снег. Земля покрывается
молоденькой травкой. На кочках под деревьями появляются голубые и белые
цветы. Кругом каплет, течет, журчит. Падчерица стоит, оцепенев от удивления.


Что же ты стоишь? Торопись. Нам с тобой всего один часок братья мои
подарили.


Падчерица. Да как же все это случилось? Неужто ради меня весна среди
зимы наступила? Глазам своим по­верить не смею.

Апрель. Верь -- не верь, а беги скорей подснежники собирать. Не то
вернется зима, а у тебя еще корзинка пустая.

Падчерица. Бегу, бегу! (Исчезает за деревьями.)

Январь (вполголоса). Я ее сразу узнал, как только увидел. И платочек на
ней тот же самый, дырявый, и сапожонки худые, что днем на ней были. Мы,
зимние месяцы, ее хорошо знаем. То у проруби ее встретишь с ведрами, то в
лесу с вязанкой дров. И всегда она веселая, приветливая, идет себе -- поет.
А нынче приуныла.

Июнь. И мы, летние месяцы, ее не хуже знаем.

Июль. Как не знать! еще и солнце не встанет, она уже на коленях возле
грядки -- полет, подвязывает, гусениц оби­рает. В лес придет -- зря ветки не
сломит. Спелую ягоду возьмет, а зеленую на кусте оставит: пусть себе зреет.

Ноябрь. Я ее не раз дождем поливал. Жалко, а ничего не поделаешь -- на
то я осенний месяц!

Февраль. Ох, и от меня она мало хорошего видела. Ветром я ее пробирал,
стужей студил. Знает она февраль-месяц, да зато и Февраль ее знает. Такой,
как она, не жалко среди зимы весну на часок подарить.

Апрель. Отчего же только на часок? Я бы с ней век не расстался.

Сентябрь. Да, хороша девушка!.. Лучшей хозяйки ни­где не найдешь.

Апрель. Ну, если по нраву она вам всем, так подарю я ей свое
обручальное колечко!

Декабрь. Что ж, дари. Дело твое молодое!


Из-за деревьев выходит Падчерица. В руках у нее корзинка, полная
подснежников.


Январь. Уже полную корзину набрала? Проворные у тебя руки.

Падчерица. Да ведь их там видимо-невидимо. И на кочках, и под кочками,
и в чащах, и на лужайках, и под камнями, и под деревьями! Никогда я столько
подснежников не видела. Да какие все крупные, стебельки пушистые, точно
бархатные, лепестки будто хрустальные. Спасибо вам, хозяе­ва, за доброту
вашу. Если бы не вы, не видать бы мне боль­ше ни солнышка, ни подснежников
весенних. Сколько ни проживу на свете, а все благодарить вас буду -- за
каж­дый цветочек, за каждый денечек! (Кланяется Январю-ме­сяцу.)

Январь. Не мне кланяйся, а брату моему меньшому -- Апрелю-месяцу. Он за
тебя просил, он и цветы для тебя из-под снега вывел.

Падчерица (оборачиваясь к Апрелю-месяцу). Спасибо тебе, Апрель-месяц!
Всегда я тебе радовалась, а теперь, как в лицо тебя увидела, так уж никогда
не забуду!

Апрель. А чтобы и в самом деле не забыла, вот тебе колечко на память.
Смотри на него да вспоминай меня. Если случится беда, брось его на землю, в
воду или в снежный сугроб и скажи:

Ты катись, катись, колечко,

На весеннее крылечко,

В летние сени,

В теремок осенний

Да по зимнему ковру

К новогоднему костру!

Мы и придем к тебе на выручку -- все двенадцать придем, как один, -- с
грозой, с метелью, с весенней капелью! Ну что, запомнила?

Падчерица. Запомнила. (Повторяет.) ...Да по зимнему ковру К новогоднему
костру!

Апрель. Ну, прощай, да колечко мое береги. Потеря­ешь его -- меня
потеряешь!

Падчерица. Не потеряю. Я с этим колечком ни за что не расстанусь. Унесу
его с собой, как огонек от вашего костра. А ведь ваш костер всю землю греет.

Апрель. Правда твоя, красавица. Есть в моем колечке от большого огня
малая искорка. В стужу согреет, в темноте посветит, в горе утешит.

Январь. А теперь послушай, что я скажу. Довелось те­бе нынче в
последнюю ночь старого года, в первую ночь Но­вого года встретиться со всеми
двенадцатью месяцами разом. Когда еще расцветут апрельские подснежники, а у
тебя уж корзинка полна. Ты к нам по самой короткой дорожке при­шла, а другие
идут по длинной дороге -- день за днем, час За часом, минута за минутой. Так
оно и полагается. Ты Этой короткой дорожки никому не открывай, никому не
ука­зывай. Дорога эта заповедная.

Февраль. И про то, кто тебе подснежники дал, не го­вори. Нам-то ведь
это тоже не полагается -- порядок нару­шать. Дружбой с нами не хвались!

Падчерица. Умру, а никому ничего не скажу!

Январь. То-то же. Помни, что мы тебе говорили и что ты нам ответила. А
сейчас пора тебе домой бежать, пока я метель свою на волю не выпустил.

Падчерица. Прощайте, братья-месяцы!

Все месяцы. Прощай, сестрица!


Падчерица убегает.


Апрель. Братец Январь, хоть и дал я ей колечко свое, да одной
звездочкой всю чащу лесную не осветишь. Попроси месяц небесный посветить ей
в дороге.

Январь (поднимая голову). Ладно, попрошу! Куда только он девался? Эй,
тезка, месяц небесный! Выгляни-ка из-за тучи!


Месяц появляется.


Сделай милость, проводи нашу гостью по лесу, чтобы ей по­скорее до дому
добраться!


Месяц плывет по небу в ту сторону, куда ушла девушка. Некоторое время
тишина.


Декабрь. Ну, брат Январь, конец зимней весне прихо­дит. Бери свой
посох.

Январь. Погоди маленько. еще не время.


На поляне снова светлеет. Из-за деревьев возвращается месяц и
останавливается прямо над поляной.


Довел, значит? Ну, спасибо! А теперь, брат Апрель, давай-ка мне посох.
Пора!

Из-за северных

Морей,

Из серебряных

Дверей

На приволье, на простор

Выпускаю трех сестер!

Буря, старшая сестра,

Ты раздуй огонь костра.

Стужа, средняя сестра,

Скуй котел из серебра --

Соки вешние варить,

Смолы летние курить...

А последнюю-зову

Метелицу-куреву.

Метелица-курева

Закурила, замела,

Запылила, завалила

Все дорожки, все пути --

Ни проехать, ни пройти! (Ударяет посохом о землю.)


Начинается свист, вой метели. По небу мчатся облака. Снежные хлопья
закрывают всю сцену.


    КАРТИНА ВТОРАЯ




Домик Старухи. Старуха и Дочка наряжаются. На скамейке стоит корзина с
подснежниками.


Дочка. Говорила я вам: дайте ей большую новую кор­зину. А вы пожалели.
Вот теперь и пеняйте на себя. Много ли золота в эту корзинку влезет?
Горсточка, другая-- и уж места нет!

Старуха. А кто же ее знал, что она живая вернется, да еще с
подснежниками? Это дело неслыханное!.. И где она их разыскала, ума не
приложу.

Д о ч к а. А вы у нее не спрашивали?

Старуха. И спросить толком не успела. Пришла она сама не своя, будто не
из лесу, а с гулянья, веселая, глаза блестят, щеки горят. Корзинку на стол
-- и сразу к себе за Занавесочку. Я только глянула, что у нее в корзинке, а
она уже спит. Да так крепко, что и не добудишься. Уж и день на дворе, а она
все спит. Я сама и печку растопила, и пол подмела.

Дочка. Пойду-ка я ее разбужу. А вы пока возьмите большую новую корзину
и переложите в нее подснежники.

Старуха. Да ведь корзина-то пустовата будет...

Дочка. А вы пореже до попросторнее уложите, так она и будет полная!
(Кидает ей корзину.)

Старуха. Умница ты моя!


Дочка уходит за занавеску. Старуха перекладывает подснежники.


Как же это их уложить, чтобы корзина полная была? Землицы разве
подсыпать? (Берет цветочные горшки с подокон­ника, высыпает из них в корзину
землю, потом укладывает подснежники, а по краям украшает корзину зелеными
листь­ями из горшков.)
Вот и ладно. Цветочки, они землю любят. А уж где
цветочки, там и листики. Дочка-то, видно, в меня пошла. Обеим нам ума не
занимать стать.

Дочка выбегает на цыпочках из-за занавески.

Полюбуйся, как я подснежники-то уложила!

Дочка (негромко). Что там любоваться. Вы полюбуй­тесь!

Старуха. Колечко! Да какое! Откуда оно у тебя?

Дочка. То-то откуда! Зашла я к ней, стала ее будить, а она и не слышит.
Схватила я ее за руку, разжала кулак, глядь, а на пальце у нее колечко
светится. Я потихоньку колечко стянула, а будить больше не стала -- пускай
себе спит.

Старуха. Ах, вон оно что! Так я и думала.

Дочка. Что думала?

Старуха. Не одна она, значит, в лесу подснежники собирала. Кто-то ей
помогал. Ай да сиротка! Покажи-ка мне колечко, доченька. Так и блестит, так
и играет. В жизни своей такого не видывала. Ну-ка, надень на пальчик. Дочка
(стараясь надеть кольцо). Не лезет!


В это время из-за занавески выходит Падчерица.

Старуха (тихо). В карман, в карман положи!


Дочка прячет кольцо в карман. Падчерица, глядя себе под ноги, медленно
идет к скамейке, потом и двери, выходит в сени.


Заметила пропажу!


Падчерица возвращается, подходит к корзине с подснежни­ками, роется в
цветах.


Ты зачем цветы мнешь?

Падчерица. А где та корзинка, в которой я подснеж­ники принесла?

Старуха. Тебе на что? Вон она стоит.

Падчерица шарит в корзинке.

Дочка. Да ты чего ищешь-то?

Старуха. Она у нас мастерица искать. Слыханное ли дело-- среди зимы
столько подснежников разыскала!

Дочка. А еще говорила, зимой не бывает подснежников. Ты где их набрала?

Падчерица. В лесу. (Наклоняется, смотрит под лавку.)

Старуха. Да ты скажи толком, что ты все шаришь?

Падчерица. А вы тут ничего не находили?

Старуха. Что же нам находить, коли мы ничего не теряли?

Дочка. Это ты, видно, что-то потеряла. А что -- сказать боишься.

Падчерица. Ты знаешь? Видела?

Дочка. Откуда мне знать? Ты ничего мне не расска­зывала и не
показывала.

Старуха. Вот скажи, что потеряла, -- может, мы и поможем тебе найти!

Падчерица (с трудом). Колечко у меня пропало.

Старуха. Колечко? Да у тебя его никогда и не было.

Падчерица. Я его вчера в лесу нашла.

Старуха. Ишь ты, счастливица какая! И подснежники нашла, и колечко. Я
же и говорю, мастерица искать. Ну, вот и поищи. А нам во дворец идти пора.
Закутайся по­теплее, доченька. Мороз-то большой.


Одеваются, прихорашиваются.


Падчерица. Зачем вам мое колечко? Отдайте мне его.

Старуха. Ты что, ума лишилась? Откуда нам его взять?

Дочка. Мы его и в глаза не видали.

Падчерица. Сестрица, милая, у тебя мое колечко! Я знаю. Ну, не смейся
надо мной, отдай мне его. Ты во дворец идешь. Тебе там целую корзину золота
дадут -- чего хочешь, того и накупишь себе, а у меня только и было, что это
колечко.

Старуха. Да что ты привязалась к ней? Видать, ко­лечко-то это не
найденное, а дареное. Память дорогая.

Д о ч к а. А скажи, кто тебе его подарил?

Падчерица. Никто не дарил. Нашла.

Старуха. Ну, что легко найдено, то и потерять не жаль. Ведь не
заработанное. Бери корзину, доченька. Во дворце-то нас небось заждались!


Старуха и Дочка уходят.


Падчерица. Погодите! Матушка!.. Сестрица!.. И слу­шать даже не хотят.
Что же мне делать теперь, кому пожаловаться? Братья-месяцы далеко, не найти
мне их без колечка. А кто еще заступится за меня? Разве во дво­рец пойти,
королеве рассказать? Ведь это я для нее под­снежники собирала. Солдат
говорил, она сирота. Может, сирота сироту пожалеет? Да нет, не пустят меня к
ней с пустыми руками, без подснежников моих... (Садится пе­ред печкой,
смотрит в огонь.)
Вот будто и не было ничего. Будто приснилось все. Ни
цветов, ни колечка... Только хворост и остался у меня из всего, что я из
лесу принесла! (Бросает в огонь охапку хвороста.)

Гори, гори ясно,

Чтобы не погасло!


Пламя светло вспыхивает, трещит в печи.


Ярко горит, весело! Словно я опять в лесу, у костра, среди
братьев-месяцев... Прощай, мое новогоднее счастье! Про­щайте,
братья-месяцыПрощай, Апрель!


Занавес


1
2
3
4
5
6
7
8