Воскресенье, 04.12.2016, 06:55
Приветствую Вас, Гость




Король-Дроздовик

Была у одного короля дочь; она была необычайно красивая, но притом такая гордая и надменная, что ни один из женихов не казался для нее достаточно хорош. Она отказывала одному за другим, да притом над каждым еще смеялась.
Велел однажды король устроить большой пир и созвал отовсюду, из ближних и дальних мест, женихов, которые хотели бы за нее посвататься. Расставил их всех в ряд по порядку, по чину и званию; впереди стояли короли, потом герцоги, князья, графы и бароны и, наконец, дворяне.
И повели королевну по рядам, но в каждом из женихов она находила какой-нибудь изъян. Один был слишком толст. "Да этот, как винный бочонок!" - сказала она. Другой был слишком длинного роста. "Долговязый, слишком тонкий, да и статной нет походки!" - сказала она. Третий был слишком низкого роста; "Ну, какая в нем удача, если мал и толст в придачу?" Четвертый был слишком бледен: "Этот выглядит как смерть". Пятый был слишком румян: "Этот прямо какой-то индюк!" Шестой был слишком молод: "Этот юн и больно зелен, он, как дерево сырое, не загорится".
И так находила она в каждом, к чему можно было бы придраться, но особенно посмеялась она над одним добрым королем, что был выше других и чей подбородок был чуть кривоват.
- Ого, - сказала она и рассмеялась, - да у этого подбородок словно клюв у дрозда!
И с той поры прозвали его Дроздовиком.
Как увидел старый король, что дочка его только одно и знает, что над людьми насмехается, и всем собравшимся женихам отказала, он разгневался и поклялся, что она должна будет взять себе в мужья первого встречного нищего, что к нему в дверь постучится.
Спустя несколько дней явился какой-то музыкант и начал петь под окном, чтобы заработать себе милостыню. Услыхал это король и говорит:
- Пропустите его наверх.
Вошел музыкант в своей грязной, оборванной одежде и начал петь перед королем и его дочерью песню; и, когда кончил, он попросил подать ему милостыню.
Король сказал:
- Мне твое пение так понравилось, что я отдам тебе свою дочь в жены.
Испугалась королевна, но король сказал:
- Я дал клятву выдать тебя за первого попавшегося нищего, и клятву свою я должен сдержать.
И не помогли никакие уговоры; позвали священника, и пришлось ей тотчас обвенчаться с музыкантом. Когда это сделали, король сказал:
-Теперь тебе, как жене нищего, в моем замке оставаться не подобает, можешь отправляться со своим мужем куда угодно.
Вывел ее нищий за руку из замка, и пришлось ей идти с ним пешком. Пришли они в дремучий лес, и спрашивает она:
- Это чьи леса и луга?
-Это всё короля-Дроздовика. Не прогнала бы его, было б все тогда твое.
-Ах, как жалко, что нельзя мне вернуть Дроздовика! Проходили они по полям, и спросила она опять:
- Это чьи поля и река?
-Это всё короля-Дроздовика! Не прогнала бы его, было б все тогда твое.
-Ах, как жалко, что нельзя мне вернуть Дроздовика! Проходили они затем по большому городу, и спросила она опять:
- Чей прекрасный этот город?
- Короля-Дроздовика с давних пор он. Не прогнала бы его, было б все тогда твое.
-Ах, как жалко, что нельзя мне вернуть Дроздовика!
- Мне вовсе не нравится, - сказал музыкант, - что ты все хочешь себе в мужья кого-то другого: разве я тебе не мил?
Подошли они наконец к маленькой избушке, и она сказала:
- Боже мой, а домишко-то какой! Чей же он, такой плохой?
И музыкант ответил:
- Этот дом мой да и твой, мы будем жить здесь с тобой вместе.
И пришлось ей нагнуться, чтобы войти в низкую дверь.
- А где же слуги? - спросила королевна.
- Какие такие слуги? - ответил нищий. -Ты должна все делать сама, если хочешь, чтоб было что-нибудь сделано. Ну-ка, живей растапливай печь и ставь воду, чтоб мне приготовить обед, я очень устал.
Но разводить огонь и стряпать королевна совсем не умела, и пришлось нищему самому приняться за работу; и дело кое-как обошлось. Поели они кое-чего впроголодь и легли спать.
Но только стало светать, он согнал ее с постели, и ей пришлось заняться домашней работой. Так прожили они несколько дней, ни плохо, ни хорошо, и все свои запасы поели. Тогда муж говорит:
- Жена, этак у нас ничего не получится, мы вот едим, а ничего не зарабатываем. Принимайся-ка ты за плетенье корзин.
Он пошел, нарезал ивовых прутьев, принес их домой, и начала она плести, но жесткие прутья изранили ее нежные руки.
- Я вижу, дело это у тебя не пойдет, - сказал муж, - возьмись-ка ты лучше за пряжу, - пожалуй, ты с этим управишься.
Она села и попробовала было прясть пряжу; но грубые нитки врезались в ее нежные пальцы, и из них потекла кровь.
- Видишь, - сказал муж, -ты ни на какую работу не годишься, трудненько мне с тобой придется. Попробую-ка я приняться за торговлю горшками и глиняной посудой. Ты должна будешь ходить на рынок и продавать товар.
"Ах, - подумала она, - еще, чего доброго, придут на рынок люди из нашего королевства и увидят, что я сижу и продаю горшки, то-то они надо мной посмеются!"
Но что было делать? Она должна была подчиниться, а не то пришлось бы им пропадать с голоду.
В первый раз дело пошло хорошо - люди покупали у нее товар, так как была она красивая, и платили ей то, что она запрашивала; даже многие платили ей деньги, а горшки ей оставляли. Вот так и жили они на это.
Накупил муж опять много новых глиняных горшков. Уселась она с горшками на углу рынка, а товар вокруг себя расставила и начала торговать. Но вдруг прискакал пьяный гусар, налетел прямо на горшки - и остались от них одни лишь черепки. Начала она плакать и от страху не знала, как ей теперь быть.
- Ах, что мне за это будет! - воскликнула она. - Что скажет мне муж?
И она побежала домой и рассказала ему про свое горе.
- Да кто ж на углу рынка с глиняной посудой садится? - сказал муж. - А плакать ты перестань; я вижу, ты к приличной работе не годишься. Вот был я давеча в замке у нашего короля и спрашивал, не нужна ли там будет судомойка, и мне обещали взять тебя на работу; там будут тебя за это кормить.
И стала королевна судомойкой, ей пришлось помогать повару и исполнять самую черную работу. Она привязывала к своей сумке две мисочки и приносила в них домой то, что доставалось ей на долю от объедков, -тем они и питались.
Случилось, что на ту пору должны были праздновать свадьбу старшего королевича, и вот поднялась бедная женщина наверх в замок и стала у дверей в зал, чтоб поглядеть. Вот зажглись свечи, и входили туда гости, один красивей другого, и все было полно пышности и великолепия. И подумала она с горестью в сердце про свою злую долю, и стала проклинать свою гордость и надменность, которые ее так унизили и ввергли в большую нищету. Она слышала запах дорогих кушаний, которые вносили и выносили из зала слуги, и они бросали ей иной раз что-нибудь из объедков, она складывала их в свою мисочку, собираясь унести все это потом домой.
Вдруг вошел королевич, был он одет в бархат и шелк, и были у него на шее золотые цепи. Увидев у дверей красивую женщину, он схватил ее за руку и хотел было с ней танцевать; но она испугалась и стала отказываться-узнала в нем короля-Дроздовика, что за нее сватался и которому она с насмешкой отказала. Но как она ни упиралась, а он все-таки втащил ее в зал; и вдруг оборвалась тесемка, на которой висела у нее сумка, и выпали из нее на пол мисочки и разлился суп.
Как увидели это гости, стали все смеяться, над нею подшучивать, и ей было так стыдно, что она готова была лучше сквозь землю провалиться. Бросилась она к двери и хотела убежать, но на лестнице ее нагнал какой-то человек и привел назад. Глянула она на него, и был то король-Дроздовик. Он ласково ей сказал:
- Ты не бойся, ведь я и музыкант, с которым ты вместе жила в бедной избушке, - это одно и то же. Это я из любви к тебе притворился музыкантом; а гусар, что перебил тебе все горшки, - это тоже был я. Все это я сделал, чтобы сломить твою гордость и наказать тебя за твое высокомерие, когда ты надо мной посмеялась.
Она горько заплакала и сказала:
- Я была так несправедлива, что недостойна быть твоею женой. Но он ей сказал:
-Успокойся, трудные дни миновали, а теперь мы отпразднуем нашу свадьбу.
И явились королевские служанки, надели на нее пышные платья; и пришел ее отец, а с ним и весь двор; они пожелали ей счастья в замужестве с королем-Дроздовиком;
и настоящая радость только теперь и началась.
И хотелось бы мне, чтобы ты да я там побывали тоже.