Суббота, 10.12.2016, 21:27
Приветствую Вас, Гость



Глава 7. Поединок

  Я болтался в вагоне утреннего метро и вспоминал события вчерашнего дня. Белоснежный баркас, искрящаяся в лучах солнца река, добрые и веселые попутчики – мне давно не было так легко беззаботно и весело. Потом страшный однорукий манекен, величественно ведомый течением нам навстречу и жуткое черное пятно, скрученное трубочкой оплывшее в крынку из-под молока. Остров, с традиционными забавами на природе – салки-догонялки, жмурки, сигание через метровый костер. Да, за джинсы мне ещё аукнется от матери,  как пить дать. И в финале я, как маленький Нильс летел на плече Колдуньи над вечерними просторами Равновесного мира. Мне до сих пор не верилось, что все эти события случились за один день. По моим ощущениям я жил в мире Сони как минимум неделю!
Сейчас я ехал на квартиру Ангелушечки, дабы устроить ей обещанную побудку.
- Если я не отзвонюсь завтра с утра, приезжай меня будить,- распорядилась она, перед тем как отправить меня и Алинку домой, - с дверью я договорюсь, она тебя пропустит. Песенку про серенького козлика знаешь? Вот, это будет пароль.
- Теть Сонь, а завтра к тебе можно? – строя наивные глаза, поинтересовалась сестричка.
- А тебе, разве, не надо делать уроки на понедельник? – Соня глядела на Алинку не менее наивным взглядом.
Сестренка обиженно погудела, но набиваться в гости перестала. На этом мы распрощались с Колдуньей и оказались в своей квартире. Тут же мне на мобильник пришло сообщение о пропущенном вызове. Я, вспомнив о своем обещании звонить, чертыхнулся и поспешно набрал номер матери. Ох, и влетело же мне, за то, что не брал трубку! Но я чувствовал, что мама скоро успокоиться. Она попросила дать ей Алинку. Я передал трубку сестричке, а сам пошел принимать душ.  Перед сном я договорился с сестрой, что завтра она будет делать уроки, а когда сделает, то я попрошу тетю Соню взять её в гости. Повеселевшая Алина упаковалась в одеяло и скоро заснула. Я тоже бессонницей не страдал, едва коснувшись головой подушки – провалился в сон.

  Проснулся я на удивление рано. Было около восьми утра. Продрав глаза в ванной и повозив зубной щеткой в пасти, я влил в себя кружку кофе, закусив холодным салатом оливье, оставленным мамой. Решив не дожидаться звонка Сони, я оделся и вышел на улицу.

Подходя к дому Колдуньи, я гадал, каким образом я буду сообщать двери пароль?
Мои попытки набрать Соню по мобилке не увенчались успехом, возможно,  Ангелушечка так и  не вернулась вчера из своего мира. Я поднялся на лифте и подошел к двери. На всякий случай нажал в кнопку звонка, но вместо трели за стеной, я услышал вполне  внятный мужской  голос: «Пожалуйста, возьмитесь за ручку двери и назовите пароль».   Я ошарашено посмотрел вокруг и нажал на кнопку звонка еще раз. Фраза повторилась. Решив подчиниться, я схватился за металлическую ручку и, чувствуя себя идиотом, произнес: «Жил-был у бабушки серенький козлик…». Щелкнул замок, и дверь подалась, пропуская меня.
Перешагнув порог, я ступил в зеленую траву, оказавшись на поляне, перед избушкой под Дубом. Начиналось безмятежное утро и в лесу перекликались птицы. Трава была мокрая от росы, яркое солнце выползало на светло-голубой небосвод. На столе, за которым мы вчера  чаевничали, стоял потухший керосиновый фонарь и несколько старинных книг. Я подошел, с интересом разглядывая книги. На одной, очень толстой книге в массивном кожаном переплете с двумя застежками,  было золотом выведено слово «Grimoire» ,  а под ним приклеена картонная табличка с прозаичной надписью «Не влезай, убьет!» Мне стало любопытно, что за рецепты собирала Колдунья, и я потянулся к гримуару. Неожиданно книга клацнула на меня клыками-застежками и зарычала. Я отпрыгнул метра на два назад и уставился на озверевшее «носимое знание». Гримуар спрыгнул со стола и поскакал в избушку. На крылечке он еще раз обернулся ко мне и, рыкнув на прощание, скрылся за дверью. Я перевел дух. Остальные книги оказались более дружелюбными. Одна из них была справочником по видам философского камня, а вторая носила гордое название: «Дьюд. Магический практикум по созданию зеркальных оболочек. Приемы, советы начинающим».
Дверь избушки открылась и на пороге возникла Соня. Я перевел взгляд на неё. Ангелушечка сменила свой балахон на темно-синее длинное платье, подчеркивающее её фигуру.  Правда, зеленые сапоги с загнутыми мысами и остроконечная шляпа по-прежнему сохранились при ней.  В руках у статс-дамы был небольшой несессер, под цвет платья.  Колдунья улыбнулась мне и пожелала доброго утра.
- Это ты так ради принца вырядилась? – мрачно поинтересовался я.
- Не будь занудой,- посоветовала мне Соня,- при дворе носят балахоны только провинциалки и старые перечницы. Все прогрессивные статс-дамы перешли на платья. Лучше скажи – оставить длинное, или лучше укоротить?
- Длинное! – категорично отрубил я.
- Хорошо,- кивнула Соня,- тебя тоже надо приодеть. Будешь моим пажом.
- Кем?! – возмутился я,- ты это прекрати!
- Сам – прекрати! - огрызнулась она,- как тебя еще пропустят в библиотеку, а? Пропуск только на меня. А ты – будешь моей персональной подставкой для книг, ясно? Или, если хочешь, оставайся здесь, я пойду одна.
- Вот еще! Ладно, пажом, так пажом,- вздохнул я,- колдуй.
Соня сделала несколько легких взмахов в мою сторону. Я не почувствовал ничего. Но, оглядев себя, пришел в ужас. На мне были белые колготы, прикрываемые сверху темно-синими короткими штанами, с завязочками под колено. Мультяшные башмаки с пряжками, утыканными стразиками, белая рубашка с отложным воротником и кружевными манжетами. Все это пряталось под подобием ливреи темно-синего цвета, в тон штанам, а сверху припечатывалось малиновым беретом с пышным пером.
- Это… это что? – выдавил я, вертясь и разглядывая себя.
- Я немного пофантазировала,- призналась Соня,- отложной ворот со стойкой тебе очень идет.
- А все остальное?! – взвыл я.
- Не обижайся,- попросила Колдунья, - у меня никогда не было ни пажа, ни фамильной формы для прислуги. Ты – мой первый пробный шар. Немного ярко, но красиво!
- Ну, если меня на смех поднимут…,- мрачно проворчал я, сжимая кулаки.
- Оскорбление пажа – приравнивается к оскорблению его хозяина,- строго заметила госпожа Кошечкина,- я бы не советовала грымзам распускать языки.

    Королевская библиотека оказалась просторным светлым современным помещением с кондиционированием. Всего в ней я насчитал восемь этажей – пять на поверхности и три ниже нулевой отметки.  Нижние этажи я вычислил позже, по кнопкам лифта.  В вестибюле нас встретил строгий охранник в зеленой форме. Он стоял за конторкой  напротив  входа.  Соня продемонстрировала ему свое удостоверение личности. Охранник провел над золотой карточкой удостоверения прибором, похожим на детектор валюты и на том загорелась зеленая лампа.
- Проходите,- кивнул нам сторож, указывая рукой проход к лифтам. С меня он не спросил ничего. Видимо, мой клоунский наряд мальчика-зайчика сам за себя говорил, что я любимая игрушка молодой статс-дамы, с которой она не желает расставаться  даже в библиотеке. Мы вошли в лифт, и Соня нажала кнопку пятого этажа.
- Начнем, как и положено – с каталога,- улыбнулась она мне,- Хочу найти больше информации о жидком серебре. У меня оказался только «Практикум…», а хотелось бы теории.
- У тебя еще гримуяр кусючий,- наябедничал я,- ничего ведь не сделал, только посмотреть хотел!
- Скажи спасибо, что он домой смылся,- хмыкнула Соня,- а мог бы за тобой погнаться. Вот воплей было бы!
- Не смешно,- заметил я,- ты, я так понимаю, домой к себе не заглядывала?
- Заглядывала,- возразила Ангелушечка,- взяла камень. Оказывается, философских камней множество видов. У меня – самый дружелюбный вид. Он не превращает в золото живую материю. То есть, если к нему прикоснется человек, или просто возьмет в руки – то ничего не будет.
- А если не человек? – поинтересовался я,- ну, магичка, вроде тебя, например?
- Ну, спасибо! – фыркнула Колдунья,- ты меня что, за нежить держишь? Смотри!
Она извлекла из своего несессера мешочек и вынула из него камень. 
- Видишь, - победно заявила она,- я не превратилась в золотую статую. Все в порядке.
Я разглядывал камень на её ладони. Размером и по форме он напоминал куриное яйцо. А вот цвет имел светло-бирюзовый.
- А, может, он и не работает,- хмыкнул я,- тебе Ростик подделку втюхал!
Соня вздохнула и осмотрела внутренности лифта. Не найдя ничего подходящего, она ткнула камнем в кнопку. Мгновение и стальная круглая кнопка обрела благородный желтый цвет.
- Хулиганы одни кругом,- сокрушенно покачала головой Колдунья, убирая камень в мешочек,- даже до лифта Королевской библиотеки добрались, кнопки раскрашивают!
Лифт подпрыгнул, и остановился. Медленно поползли в стороны двери, выпуская нас в вестибюль каталожного зала. 
Открыв раздвижные двери, мы прошли в зал -  просторное и светлое помещение. Под потолком горели лампы дневного света, где-то шелестел кондиционер.  Все пространство было заставлено шкафами с ящичками. У входа стоял столик с бумагой и карандашами. Чуть дальше -  журнальный столик с прессой. За столиком сидел Никита. Услышав наши шаги, принц отложил журнал и поднялся. Я оглядел его долговязую худую фигуру, и понял, с кого рисовала мой костюм пажа Соня. Цветовая гамма у одеяния принца была более светлой. Я бы сказал – воздушной. Остальное все было один в один.
- А я знал, что вы придете,- заулыбался он,- решил подождать здесь.
- Доброе утро, Ваше Высочество,- официально поприветствовала принца Колдунья, совершая реверанс,- надеюсь, наше вторжение не помешало вашим планам?
Принц затуманился лицом и посмотрел на меня.
Я тоже расшаркался перед ним, пробубнив что-то вроде: «Здрассте, ваш высокоблагородие»
- Вот вы как, значит? – проворчал обиженно Никита,- да я, что бы вы знали, снова Никита Плотников. С завтрашнего дня. Возвращаюсь в мир людей, доучиваться буду.
- Что?! – удивление Сони было неподдельным,- Глупости! Я ясно вижу – ты вступишь в должность самодержца! Сегодня!
- Вы ошибаетесь, придворная третьего ранга,- язвительно произнес Никитка,- Мой отец распорядился отправить меня назад, учиться. Там я и останусь!
- Не вздумай! – неожиданно рассердилась Колдунья,- тут тогда совсем все плохо будет!
- Напрасно вы так считаете, госпожа Кошечкина,- раздался до боли знакомый голос. Я повернулся к дверям и обалдело уставился на высокую худощавую фигуру старца в расшитом золотом одеянии.
- Ваше Величество? – подозрительно спросила Колдунья, пронизывая вошедшего пытливым взглядом.
- Отец! – воскликнул удивленный Никита.
- А чего он голосом этого придурка разговаривает? – поинтересовался я у Сони,- ну, который, махинатор?
- Вы забываетесь, молодой человек! – загремел на меня король,- Я бы попросил без оскорблений! Всякое селянское быд…
Он осекся и посмотрел на Никиту. Сын внимательно разглядывал отца.
- Кто вы? – наконец спросил принц,- вы кто угодно, но не мой отец.
- Да как ты смеешь, наглый мальчишка! – взревел пожилой монарх,- столько сил на тебя потрачено и в ответ такое! Отправляйся в изгнание немедленно! Не хочу тебя больше видеть!
Тираду Короля прервал хлопок со стороны окна, я почувствовал волну морозной свежести. К нам  величественно приближалась Елена Снежная.
- Я не желаю вам доброго дня, господа, потому что он для вас будет последним и не добрым,- сообщила она своим гипнотичным голосом,- Ростик, вы бездарь, вас раскололи дети. Стыдитесь.
- Вы ничего не докажете! – запротестовал Король,- я идентичная копия монарха. Тем более, сравнивать уже не с чем!
- Что случилось с отцом?! – выкрикнул принц.
- Твой папа вчера умер,- с легкой улыбкой на устах сообщила Снежная,- агония была не продолжительна. Его тело я развеяла в пыль.
  Дальше произошло необычное. Соня, несколько отвлеченно воспринимавшая визит псевдо-короля и появление природницы, неторопливо достала философский камень и, размахнувшись, запустила его в  псевдо-монарха.  Король отшатнулся, уворачиваясь от снаряда, но, тем не менее,  умудрился поймать камень, зажав его в ладони. Он засмеялся, продемонстрировав желтоватые мелкие зубы. Но, в тот же миг, смех его оборвался. Его Величество стал золотой статуей. Мы все, включая и Елену, уставились на эту новую деталь интерьера.
- Как это? – пролепетала Снежная,- камень не превращает в золото живое…
- Да я и не превратился!! – раздался голос от статуи. Он был глухой, как из бочки,- чертов дьюл стал золотым!
Соня сорвалась с места и  стремительно направилась в середину зала, оставляя нас у входа и обходя Елену.  Снежная развернулась к ней, став ко мне и принцу спиной.
- Хитрая  девчонка! –  природница недобро улыбнулась,-  Ты уйдешь в небытие первой! 
Она вскинула руки и вокруг неё пошла круговая волна белой энергии, обращая в прах шкафы с карточками. Я и принц смотрели, как на нас надвигается эта разрушительная стена, которая должна  отправить в небытие не только Колдунью, но, за одно, и нас.  Внезапно перед нами выросло три рослых мага в темно-бордовых балахонах. Они, выставив вперед руки, растянули прозрачный щит. Волна напирала, щит трещал, маги держали. Я и Никита оторопело смотрели, как Колдунья, обернувшись кругом,  вызвала подобную волну, но черную со светящимися  зелеными прожилками. Белая стена столкнулась с черной и…
- Стоп,- негромко произнес голос. Все замерло. Точнее, замерло колдовство. Маги, стоявшие перед нами, облегченно вздохнули и опустили руки. Елена и Соня топтались на своих местах, не решаясь пересечь застывшие в едином монолите стены черной и белой магии. Около нас появился мужчина средних лет. На нем были обычные кроссовки, поношенные джинсы и серый свитер. Мужчина поднял руки вверх и обе волны исчезли, растаяв в воздухе. Зато рядом с каждой магичкой появилось по две фигуры в черных балахонах.
- Вы что, голубушки,- негромко поинтересовался мужчина,-  решили тут дел натворить? Отправляйтесь-ка в башню. Обе!
Он сделал знак, и магичек скрутили, заломив им руки за спину,  нацепили  наручники. После этого они исчезли вместе со своими конвоирами. Исчезли и наши защитники.
-  Я – Василий,-   представился мужчина,- Тайная Полиция Королевства.

на страницу 8