Вторник, 06.12.2016, 17:08
Приветствую Вас, Гость



Пролог

Я откинулся на спинку кресла, прикрыв утомленные глаза. Моя прощальная записка самому себе растянулась страниц на тридцать.  Вздохнув, я попытался мысленно охватить то, что изложил за последние четыре часа.  Самое главное – знакомство с Колдуньей и где её найти там. Открыв глаза, я бросил взгляд на стол. В неярком свете настольной лампы тускло мерцала банка с янтарной жидкостью, оставленная Колдуньей. Перерождение. Новая жизнь в таком необычном месте. Интересно, а каким я стану, когда отправлюсь туда? Соня ничего не сказала, сколько лет мне будет после перерождения. Может, я начну с нуля и появлюсь в Равновесном мире маленьким грудничком в каком-нибудь семействе? Или вылезу подростком из дупла старого дуба где-нибудь в лесу, где меня подберут благородные разбойники? Мысль о том, что я перемещусь в тот мир старым больным стариком вместе со своим инвалидным креслом, мне категорически не понравилась, и я наложил на неё вето. Однако за окном уже начинается робкий рассвет, время не ждет. Когда-нибудь все переменится, и господин Время будет скромно ждать каждого, но сейчас он целеустремленно шагает в будущее, увлекая нас за собой, не заботясь о наших желаниях и чаяньях.  Надо писать. Мне осталось часов десять.  Напишу про друзей Колдуньи, с которыми подружились я и моя сестренка Алинка.  

 
Глава 1. В гостях у Кикиморы

Незаметно текли каникулы. Я убивал время, играя в компьютер. До Сони дозвониться у меня не получалось. Случайно расколовшаяся Алинка призналась,  что  Ангелушечка свинтила в летний лес из надоевшей зимы и сдает важный экзамен там. Вообще, сестричка крепко сдружилась с Колдуньей. Об этом  я узнал, когда Алинка похвасталась круглым числом знакомых  в компьютерной соц. сети, и среди её школьных подружек я с удивлением нашел учётную запись Сони. Сам я соцсети не любил и аккаунтов в них не имел.  Вечером, накануне пятницы, отчим поймал меня в коридоре за пуговицу и вызвал на серьезный разговор. Оказалось, что в ближайшие выходные у него и мамы будет  день свадьбы. Круглая дата – десять лет, и он купил путевку на лыжную базу в Подмосковье. Себе и маме. Ну, что бы провести эти два дня вместе, в романтической обстановке и прочее, прочее, прочее. И он очень просит меня серьезно отнестись к этому мероприятию и присмотреть за Алиной, за домом и вообще – что бы все было в порядке. Я отнесся к его словам с пониманием и выразил свое абсолютное согласие:  маме не повредит свежий воздух, перемена обстановки и вообще, поздравляю с годовщиной!  Да, конечно, я побуду с Алинкой в выходные, и все будет в порядке, они могут совершенно не беспокоиться. Отчим сказал, что они на меня очень рассчитывают, и  первая половина пятницы прошла в бесконечных инструктажах. Мама по десять раз повторяла, где что лежит, и что бы мы отзванивались, чуть ли не по каждому чиху. Я терпеливо внимал.  Сначала один, а когда пришла из школы Алинка, мы стали внимать вдвоем. Наконец, приехал отчим, и родители отчалили отмечать свадебный уик-энд. Через полчаса блаженного спокойствия  Алинка вдруг засобиралась.
- И куда это? – спросил я сестренку, наблюдая, как та натягивает на себя парадно-выходные джинсики,- куда намылилась-то?
- Не скажу,- заявила Алька,- это большой секрет.
- К подружке идешь? – не отставал я. В другой раз я бы махнул рукой – у Алинки подружек полный дом.  Но сейчас я чувствовал бремя ответственности, так как остался в доме за старшего.
- Ага, к подружке,- кивнула бантиками вредина и вдруг выдала,- Лежик, сходишь с Тузиком погулять? Я его с собой не беру.
Я совсем не Шерлок Холмс и даже не доктор Ватсон, но мысль, что Алинка идет куда-то далеко, посетила мою голову. И вдруг, я догадался – куда.
- Что, тетя  Соня не велела Тузика брать? – как бы невзначай спросил я.
- Она его почему-то не любит! – искренне пожаловалась Алинка,- Ей не нравиться, что он везде бегает и все нюхает. А он не может не нюхать.
- Ну да, конечно,- покивал я. Сестричка так распереживалась за питомца, что и не заметила, как проговорилась. 
- Ну, все, я пошла, - сообщила Алинка, влезая в свой школьный рюкзачок, - Лежик, не скучай тут без меня, хорошо?
- Погоди минутку,- попросил я и достал мобильник.
Соня ответила сразу. 
- Привет, пропащая! – весело поздоровался я,- какие планы на вечер?
- Здравствуй, - поздоровалась Колдунья и вздохнула,- ты уже в курсе?
- Да,- важно сообщил я,- но Алинка ни при чем.  Это я сам,  исключительно дедуктивным способом вычислил.
- У нас, вообще-то, девичник,- пояснила Соня,- едим мороженое и общаемся на скучные темы.
- Мороженое  и ваша скучная компания – это то, что нужно звезде рок-н-ролла, то есть мне!- в моем голосе звучал неподдельный оптимизм,  - и потом, Со-онь,  я соскучился!
- Да? – удивилась Соня, и потеплевшим голосом продолжила,- тогда одевайся, и выходите, я вас подхвачу у лифта. Ну и собаку вашу берите, не оставаться же ей одной. 
Через пять минут мы втроем вышли на лестничную площадку. Едва я запер дверь, как обстановка вокруг растворилась. Мы снова оказались в летнем лесу. Но в  этот раз мы стояли не у избушки под дубом, а напротив каменного домика с большой крытой терраской. Домик стоял на высоких столбах-опорах, и  чтобы попасть на его крыльцо, нужно было подниматься по длинной крутой каменной лесенке. Мы с Алиной завертели головами, осматривая незнакомое место. Тузик тут же принялся деловито вынюхивать заросли осоки, растущие вокруг.
- Болото топкое, – произнес я первое, что пришло в голову. Вокруг нас расползалась мшистая местность с чахлыми ивовыми кустиками и кочками, поросшими пуками осоки. Воздух пах прелью. Низины и канавы чернели стоячей водой, в которой отражалось голубое небо с катящимся на закат желтым шаром солнца.  Где-то важно квакали лягушки.
- Еще немного и мы услышим вой собаки Баскервилей,- сообщил я Алинке.
- Лежик, смотри, туман! – Алинка показывала рукой на серую массу, зависшую над большой лужей. Туман висел необычными клоками, в которых я узнал корявые буквы. Буквы складывались в слово «привет».
- Эй, пришельцы, чего застряли? – послышался энергичный голос с веранды домика,- чай стынет, мороженое тает! Вы что, болотного духа не видали, что ли? Поднимайтесь, уже!
Тузик для острастки тявкнул на странный туман и потрусил к домику. Я и Алинка пошли за ним. Поднявшись по крутым ступенькам на крылечко, мы прошли на терраску. Нас встречали. Алинка с визгом бросилась на Соню. Та приняла сестричку в объятия и, крутанувшись вокруг себя, поставила Алинку на пол.
- А меня так же? – попросился я, подходя к Ангелушечке. Соня чмокнула меня в щеку, и уже я, сгребая её в свои объятия, оторвав от пола, закружил по терраске. Колдунья от неожиданности взвизгнула и отчаянно забарахталась, пытаясь освободиться, но я держал крепко.
- Здравствуй, тётя,- поздоровалась Алинка с хозяйкой домика, восседавшей во главе огромного круглого скобленого стола. Я неохотно поставил смирившуюся Соню на пол и повернулся к заочной знакомой.
- Привет, Марина, я – Олег, а это Алинка, моя сестричка, – поздоровался я, заодно представив себя и Алину.
- Привет, привет! – весело откликнулась Кикимора и затараторила,- а мы вас уж заждались. А вы все не идете и не идете. А там, дух болотный вылез, приветы вам рисует. Ну, я ему задам! Что бы гостей с пути не сбивал! А то чай стынет, и мороженое – раскисает. А этому бездельнику – ему же все равно – раскисает мороженое или нет. Он себе висит над лужами и висит.
Пока Марина тарахтела, Соня жестом пригласила нас к столу, застеленному белой скатертью.  На нем  красовался  шарообразный самовар, важно возвышаясь  на гнутых ножках. Из угощения я отметил разложенное по блюдечкам разноцветное мороженое, варенье в глиняной плошке, из которой торчала длинная деревянная ложка,  масло на отдельной тарелочке, нарезанный хлеб в миске и даже колбасу и сыр. Колбаса выглядела необычно -  темно-бордовая, с крупными вкраплениями сала. Стол у Кикиморы был круглым, и вместо лавок мы сидели на деревянных табуретках. На каждой табуретке лежала вязаная разноцветная подушечка, сидеть было удобно и почти мягко. 
Я разглядывал хозяйку, мысленно добавляя рядом образ могучего Павлика-природника. Марина была черноволосая, с живыми темными глазками, длинным носиком и большим улыбчивым ртом. Волосы она собрала в длинный хвост, вплетя в него разноцветные ленточки, которые непрерывно шевелились, так как хозяйка постоянно размахивала длинными худыми руками в такт словам. Кикимора была одета в бледно-зеленое платье, отороченное темно-зеленым мехом,  из-под платья выглядывали блестящие черные сапожки на каблучке, а на голове у неё был настоящий венок из кувшинок и лилий.
- Тетя Соня, а ты чего такая нарядная сегодня? – поинтересовалась Алинка, отправляя в рот очередную ложку мороженого.
Я посмотрел на Ангелушечку. Да, в её колдовском наряде произошли изменения. Балахон она подвязала широким золотым кушаком, манжеты и воротник по краям обросли кружевами, на полях конусной шляпы появились золотые ленточные розы, а к тулье был прицеплен желтый бант.
- Я сдала экзамен на чин,- похвасталась Соня, - собственно, это мы сегодня и отмечаем!
- Тю, вот Соньке делать нечего,- продолжила Маринка,- лето уже на излет пошло, впору заготовки делать, а она все со своей учебой носится. Я тебе череды насушила, кстати, пока ты там, в столице пропадала, а вот спорыш у меня ранний пропал. Тля его какая-то пожрала, не знаю, что и делать теперь.
- Спасибо,- поблагодарила Колдунья подружку,- есть у меня спорыш весенний, сохранился, я с тобой поделюсь.
- А, благодарствую! – закивала головой Кикимора,- я тогда на твою долю календулы еще заготовлю. Ты вот все с книжечками своими в гамаке валяешься, а календулу-то,  поди, и не собирала в этом годе. А она зацвела – ой-ёй, как хорошо! В самый раз её сушить. Так нет, понесло тебя в город, за этим твоим чином. И что с того, что ты теперь такая вся важная? Без запасов на зиму-то? Эхе-хе, Сонька, пропала б ты без меня, ей-же-ей пропала.
Соня, улыбаясь, слушала тарахтение подружки, деликатно мешая чайной ложечкой чай и разглядывала меня и Алинку. Тузик, обойдя все углы в терраске, забился под лавку у стены и, положив голову на передние лапы, печально смотрел на нашу компанию. 
- В каком же ты теперь чине? – полюбопытствовал я, воспользовавшись тем, что Маринка отвлеклась на глоток чая.
- О! Я теперь статс-дама третьего ранга,- важно произнесла Колдунья, - могу появляться при дворе Его Величества, посещать приемы и балы.
- Настоящий бал? – заинтересовалась Алинка,- с принцем и принцессой? Как в сказке? Вот интересно!
- На самом деле – ничего интересного,- вздохнула Соня,- монарх очень стар, хоть и крепко стоит на ногах, рассудок его не ясен. Дедуля помешался на молоденьких фрейлинах и прилюдно пристает к ним, позоря весь клан. Совет министров принял решение вернуть наследника и начать готовить юношу к вступлению на престол.
- Вернуть? – удивился я,- принц что – в ссылке?
- Почти,-  Колдунья улыбнулась,- он в вашем мире, экономику изучает. Ну, тут так думают,- Кошечкина лукаво ухмыльнулась.
-   А на самом деле?
- На самом деле, - Соня вздохнула, - принц увлекся кибернетикой и проблемой искусственного интеллекта. Если вернется и взойдет на престол – нашим Изобретателям будет очень нелегко переключиться с пилюлек от кариеса на думающие автоматы.
- А чего-то у вас собака грустная такая? – неожиданно заметила Марина,- Некормленая, поди?
- Некормленая,- буркнула Соня, кивнув головой.
- Вот не любишь ты собак, Сонька, а зря,- затараторила снова Кикимора,- они ж добрые и хорошие, настоящие друзья.
- Ага, друзья, как же,- проворчала Колдунья, - таких друзей – за уши и в музей.
- Ай, тебя бы за ухи твои потаскать,- Кикимора  взяла кусок колбасы и посвистела Тузику,- фьють-фьють, песик, смотри какая вкуснотень! Настоящая, домашняя из зайцев деланая! М-м-м-м!
 Тузя,  печально посмотрел на угощение, и вяло тявкнул в ответ.
- Чой-то он у вас какой-то не живой совсем? – удивилась Кикимора, вылезая из-за стола и подходя к лавке, под которой лежал Тузик,- Ой, мамочки…
- Что случилось, теть Марина? – обеспокоенно взвилась Алинка, поспешно спрыгивая с табуретки и устремляясь к собаке.
- А, н-ничего, показалось мне,- растеряно произнесла Маринка.
Тузя, поглядев на Алинку, вдруг вскочил на лапы и весело запрыгал вокруг своей маленькой хозяйки.
- На, покорми его,- Маринка протянула кусок колбасы Алине.
Сестренка взяла колбасу, и Тузя с аппетитом зачавкал угощением.
- Хороший мой Тузя, - приговаривала Алина, гладя шерстку питомца,- любимый песик.
Кикимора уселась на свое место и наградила Соню долгим сердитым взглядом.
- Что? – невозмутимо поинтересовалась Колдунья.
- Ничего,- Маринка подставила опустевшую чашку под самовар,- только гляди, доиграешься ты Сонька, ой доиграешься. Паша говорит – не доброе это дело, нежить поднимать.
- Кстати, а где он сейчас? – спросила Соня, проигнорировав слова подружки.
- Известно, где, в приходе своем, службу служит. Отслужит, завтра  ко мне придет,- Маринка невольно заулыбалась,- любовь у меня с ним. Да! Вот чего еще. Мы завтра собрались на остров – грибы пособирать, костер пожечь, картошки попечь, айда с нами? На лодке покатаемся? И дружка своего бери и девчушку с... собачкой. Пусть  у меня переночуют – дом большой, места всем хватит, а завтра – на речку, там, у Паши, баркас парусный, как птица полетим.
Соня посмотрела на меня.
- Звучит заманчиво,- признался я,- но мне надо матери отзвонить и сегодня и завтра, что все в порядке.
- Сегодня не надо,- улыбнулась Соня, и легкий румянец коснулся её щек,- сегодня им не до вас будет, а завтра с утра – выскочишь, позвонишь и пойдем? Алина! Поедем завтра на лодке кататься? На остров волшебный, по грибы?
 - На волшебный? – переспросила сестренка,- Классно! Поехали, теть Сонь! А ты сделаешь меня снова  феей?
- Обязательно,- кивнула Колдунья, - ты же теперь в обществе статс-дамы, надо выглядеть прилично.
Она крутанула ладонью и на голове Алинки появилась знакомая шляпа с большими желтыми звездами, и сама сестренка оказалась в желтом балахоне.
- Ну-ка, ну-ка,- Маринка поднялась и помчалась в горницу, стуча по дощатому полу каблучками своих сапожек,- я сейчас!
Через минуту она выскочила обратно, неся светлую палочку.
- Вот,- она протянула палочку Алинке,- если ты фея, то это твой рабочий инструмент.
- Спасибо,- Алина взяла палочку и помахала ей в воздухе. Тут же с потолка посыпались разноцветные конфетти. Яркие кружочки, кружились в воздухе и, падая на пол, исчезали.  
- Бузина? – спросила Соня, оценивающе глядя на забаву.
- Ага, бузина,- согласно кивнула Маринка,- детство вспоминала тут недавно, вот и выстругала по старой памяти.
Обалдевшая Алинка, стоя под медленно опадающими кружочками конфетти, зачаровано махала палочкой, создавая под потолком новые гроздья разноцветных бумажек.


на страницу 2