Четверг, 27.04.2017, 02:28
Приветствую Вас, Гость




Как звери справляли масленицу


Много лет назад накануне масленицы собрались люди вечером посидеть и потолковать. Они говорили о том, что у них припасено вкусного к завтрашнему празднику.

"–" У нас есть, – хвастали одни, а откормленный баран; мы его зарежем. Другие сказали:

– Мы съедим нашего гусака. Кто-то молвил:

– У нас есть петух; мы им полакомимся, – А какие-то бедняки сказали:

– Как же нам-то быть? У нас ничего нет; мы съедим нашего кота, он очень жирный.

А кот лежал тут же и притворялся, будто спит. Он слышал весь разговор.

«Как бы не так! – подумал он. – Я сбегу!» Он шмыгнул в лазейку и отправился к гусаку.

– Что ты делаешь? – спросил он гусака. – Спишь, что ли?

– Я и сам не разберу, что я делаю, – ответил гусак, – то ли сплю, то ли не сплю. Я здесь с моими гусынями.

– Если б ты знал то, что я знаю, – сказал кот, – ты не спал бы: тебя решили съесть на масленицу.

– Вот оно что! – сказал гусак. – Раз такое дело, я убегу. Подожди минутку, я надену свои сабо*, и мы пустимся в путь.

Они немедля пошли к петуху.

– Что ты делаешь? – спросили они петуха. – Спишь, что ли?

– Я и сам не разберу, что я делаю, – ответил петух, – то ли сплю, то ли не сплю. Я здесь со своими курами.

– Уходи отсюда, если хочешь остаться в живых, – сказали они, – тебя решили съесть на масленицу.

– Ого! Раз такое дело, я ухожу. Подождите, я сейчас обуюсь и пойду с вами.

Они зашли за бараном.

– Что ты делаешь, баран? – спросили они его. – Спишь, что ли?

– Ах, я и сам не разберу, что я делаю, – ответил баран. – Лежу в навозе с моими овцами.

– Иди с нами, если хочешь остаться в живых, – сказали они ему. – Останешься здесь – тебя съедят на масленицу.

– Раз такое дело, – сказал баран, . – идем! Я натяну сапоги и пойду с вами.

И вот они все четверо пустились в путь. Идут, отдохнут, опять идут.

Дорогой у них животы подводило от голода: им не попадалось ничего съестного. В придорожных канавах баран находил немного травы, он ее пощипывал; петух и гусак тоже пробавлялись травкой, – все лучше чем ничего; а бедному коту совсем ничего не перепадало.

– Послушай, – сказали коту остальные звери, – ты ведь хорошо умеешь лазить; заберись-ка на дуб и посмотри, не видно ли где-нибудь огонька.

Кот взобрался на дерево и сказал:

– Я вижу огонек, но до него идти далеко, очень далеко!

Они пошли дальше и добрались до дома, откуда шел свет. Дом был ярко освещен, оттуда доносились пение, смех, адский шум, неистовый гомон. Сразу можно было догадаться, что там справляют масленицу.

Кот просунул морду под дверь и заглянул в комнату: он увидел льва, волка, лису и медведя, который на сковороде жарил мясо.

– Ах, – сказал кот, – нам не повезло. Я вижу льва, волка, лису и медведя, они справляют масленицу.

Все четыре больших зверя были навеселе: они забавляли друг друга рассказами и хвастались наперебой. Медведь сказал:

– Здесь собрались четыре самых сильных зверя, какие только есть на свете!

Лев подхватил:

– Приди сюда сам дьявол, мы и его съедим! Кот сказал своим спутникам:

– Если мы туда войдем, они всех нас съедят; попробуем их напугать. Спрячьтесь, а я влезу на дом и спущусь в трубу. Буду там шуметь что есть сил. Может быть, они испугаются и убегут; тогда нам удастся поесть, а то мы совсем отощали.

Он взобрался на черепицы – топ-топ-топ – и спустился в трубу, чертыхаясь и засыпав очаг сажей.

– Тише! – сказал медведь. – Кто это идет? Четыре самых сильных зверя на свете не на шуткуперепугались.

– Это, наверно, люди, худо нам придется! – молвил лев.

– Ты же, дурень, сказал, что если бы сам дьявол сюда пришел, мы бы его съели!

– Вот он идет, – сказал волк. – Бежим! Они распахнули дверь и пустились наутек.

Тем временем кот успел подкрепиться куском мяса и крикнул остальным зверям:

– Они убрались! Идите скорее сюда!

Звери въежали в дом. Лев, волк, лиса и медведь всего припасли для своего пиршества. Они только принялись за салат, когда их потревожили.

Тут каждый взял то, что ему было по вкусу. Гусак, примостившись на очаге, стал уплетать салат, кот присоседился к мясу, баран разыскал сено, а петух клевал хлеб.

Когда они наконец насытились, кот сказал им:

– Это еще не все: нам нужно спрятаться. Те звери недолго нам дадут пировать. Они вернутся, чтобы узнать, кто их напугал; не годится, чтобы они застали нас тут.

Сказано – сделано. Кот зарылся в груду пепла, гусак притаился у очага, баран залез в ящик для дров, а петух забрался на шесток.

Вдруг четыре малых зверя услышали, что те, большие, подошли к дому и, подталкивая друг друга, говорят промеж себя:

– Войди ты первым! Войди ты первым!

Но никто из них не решался войти. В конце концов им удалось вытолкнуть волка вперед.

– Ты ведь не трусливого десятка, дойди до очага и вздуй огонь. Мы увидим, кто нас напугал.

Волк вошел мелкими шажками. Ему было страшно. Видя, что он приближается, кот широко раскрыл пасть и выпустил когти. Когда волк вплотную подошел к очагу, кот вцепился ему в морду и всю ее изранил своими острыми когтями. Волк опрометью выбежал из дому.

– Ах вы, разбойники! – вскричал он. – Хорошо меня по вашей милости изукрасили! Знаете, кто нас напугал? Чесальщик шерсти. Я его там застал. Он дважды хватил меня чесалкой по лицу, сначала справа, потом слева.

Тогда звери сказали медведю:

– Ты ведь мастер играть дубинкой, тебе бояться нечего. Ступай! Подойди к ящику для дров. Возьми там полено: ты обшаришь в доме все закоулки и проучишь тех, кого найдешь там, Медведь пошел. Видя, что он приближается, барап изготовился, и когда медведь подошел к нему вплотную, баран бросился на него, повалил его посреди комнаты и сломал ему два ребра. Придя в себя, медведь кое-как выбрался из дому.

– Злодеи! – сказал он другим зверям. – Хорошо меня отделали по вашей милости. В дровах притаился дровосек – меня так огрел палкой,что сломал мне че-тыре ребра, если не все пять.

После этого звери сказали лисе:

– Ты ведь очень проворная, войди потихоньку и унеси жбан с вином, который стоит у очага; мы, по крайней мере, выпьем, это нас подбодрит.

Лиса осторожно прокралась в дом. Как только она приблизилась, гусак давай шипеть – цс-цс-цс... Лисица опрометью выскочила назад, за дверь.

– Ах, друзья мои! – молвила она. – Вот я и вернулась! Счастье, что я такая проворная! В доме засел охотник, он, чего доброго, натравил бы на меня десяток собак.

Тут все три зверя напустились на льва: – Эй ты, лежебока, ты ничего еще не сделал! Пойди хоть дверь закрой!

Лев нехотя подошел к двери. Петух, сидевший на шестке и наклавший помета целую мерку, если не больше, сбросил его на голову льву. Тот мигом попятился.

– Ах, дьяволы, – молвил он, – хорошо же со мной по вашей милости разделались! Всего измарали! В дом, видно, забрался лекарь, он швырнул мне на голову пластырь, который, ей-ей, здорово пахнет!

Встретив такой отпор, четыре больших зверя ушли прочь. Так четыре малых зверя обратили в бегство четырех больших.