Воскресенье, 11.12.2016, 10:57
Приветствую Вас, Гость



Янгокино Точило

Давным-давно на дальнем мысу Да-Хоран жила-была девушка по имени Янгоки. Днем она на рыбалку ходила, ловушки на зверей в тайге ставила, а по вечерам за шитьем сидела. Однажды ранним утром Янгоки пошла в амбар за юколой ив темноте нечаянно уронила на пол висевший под потолком старенький жбан. Жбан разбился вдребезги, и вдруг из-под его осколков поднялся круглый, каклепешка, волосатый старичок.

Он цепко схватил перепуганную девушку за руку и проскрипел: - Ты знаешь, кто я такой? Я Боко-Мафа! Я ждал этого дня ровно двадцать лет. Первые десять лет я клялся щедро отблагодарить того человека, который выпустит меня из этого горшка. Потом мне надоело ждать, и тогда я поклялся съесть любого челвоека, который освободит меня. От этих страшных слов у бедной Янгоки волосы дыбом встали.

- Но я не могу есть что-нибудь до восхода солнца. - И старик, выпуская
руку девушки, добавил: - Теперь ты можешь идти домой. Да не вздумай убегать,
все равно поймаю! Как только поднимется солнце над сопкой, я приду и съем
тебя.
Побежала Янгоки домой, поспешно сделала чучело из соломы, одела его в
старенький свой халат и посадила на нары спиной к двери, потом сунула за
пазуху юколу сушеную, кресало кремневое, костяной свой гребешок, точило
каменное и убежала из фанзы, куда глаза глядят.
Когда солнце поднялось над горбатой дальней сопкой, Боко-Мафа
выкатился из амбара и быстро засеменил на коротких ножках к фанзе.
- Аи да молодец! Не думал, что ты такая послушная! - обрадовался
старичок и, подскочив к чучелу, проглотил его.
Тут же глаза у него выпучились, шея раздулась.
- Увак! Увак! - стал давиться Боко-Мафа, выплевывая пучки соломы.
Долго он так плевался, кашлял. Потом отдышался и сердито прохрипел:
- Ну погоди, обманщица, я тебя все равно догоню, куда бы ты не
убежала! - И покатился в погоню.
А девушка тем временем добежала до одной речки и села на сугроб
передохнуть. Но вдруг из леса послышался быстрый топот Боко-Мафы. Вскочила
Янгоки, перебежала по льду через речку и горько заплакала:
- Это за что же мне такое наказание? Ой, горючие мои слезы, растопите
лед на речке, чтобы Боко-Мафа меня не догнал!
И тут же от девушкиных слез лед на речке начал быстро таять. Когда
добежал до берега старичок, в речке уже бурлила вода. Хотел прыгнуть он в
воду, да побоялся утонуть.
- Это все хитрые женские проделки! - сердито закричал Боко-Мафа.- Но ты
все равно далеко не уйдешь, обманщица! И речка где-то имеет свой конец! - И
старичок покатился к верховьям быстрой речки, чтобы обойти ее.
А девушка немного отдохнула и побежала дальше. Бежала, бежала она и
вскоре опять услыхала за собой топот Боко-Мафы. Янгоки поспешно вынула из-за
пазухи гребешок и крикнула:
- Ты, костяной гребешок, еще бабушке служил, мать моя тебя носила, а
теперь и мне послужи в последний раз! Протянись во все стороны непролазной
чащей, чтобы меня от Боко-Мафы отгородить!
С этими словами бросила она на землю гребешок. И сразу же, прямо на
глазах, стал вокруг густой стеной непроходимый дикий лес.
Прибежал старичок к чаще и попробовал было пролезть, да только свои
толстые бока поцарапал.
- А, опять твои хитрые проделки! - заорал Боко-Мафа. - Но и лес имеет
свой конец, так что все равно доберусь до тебя.
Начал старичок когтями и зубами ломать деревья и кусты. В лесу поднялся
такой шум, что его было слышно по ту сторону большого Восточного моря.
Девушка еще немножко передохнула и побежала дальше. Вскоре шум в лесу
стих, и услыхала Янгоки, что Боко-Мафа опять ее настигает. Тогда Янгоки
вынула из-за пазухи кремневое кресало и крикнула:
- Ты, кресало, еще деду служило, отец мой на охоту тебя носил, а теперь
и мне послужи в последний раз! Вспыхни буйным пламенем и отгороди меня от
Боко-Мафы.
Бросила она на землю кремневое кресало, и тут же заполыхал вокруг
большой пожар. Прибежал старичок и сунулся было в огонь, да лишь шерсть свою
опалил.
- Ах ты хитрая обманщица! - закричал Боко-Мафа. - Но ты этим меня не
остановишь! Любой огонь водою потушу.
Покатился старичок к соседнему озеру. А девушка только тут достала
из-за пазухи юколу, поджарила ее на огне и хорошенько поела. Тем временем
Боко-Мафа выпил половину озера, прибежал обратно и стал тушить огонь.
Вскочила Янгоки и побежала дальше, но скоро снова услышала за собой
быстрый топот Боко-Мафы.
С горьким плачем вынула Янгоки из-за пазухи свое точило и крикнула:
- О, верное мое точило! Неужели ты отдашь меня на растерзание
Боко-Мафе? Подымись большой горой и спрячь меня внутри своего каменного
тела!
Бросила Янгоки точило на землю. Не успело оно до земли долететь, как
взвилась до самых облаков неприступная гора. Она ласково приняла в свое
каменное нутро Янгоки.
С тех пор эта гора стала называться Янгокино Точило. Старики
рассказывали, что на той горе есть глубокая расщелина, и со дна ее всегда
несутся какие-то звуки. Говорили, что эта девушка в своем убежище песни
поет.
А вскоре к берегам местечка Сусу-На причалили шумной гурьбой люди из
рода Мыкэн на ста больших лодках. С той поры зажили все дружно, и всегда в
достатке была у них и рыба, и пушнина.