Суббота, 10.12.2016, 02:11
Приветствую Вас, Гость

Паровая кабина читать далее.


Глиняный кувшин




Было это или не было, но люди рассказывают.
У одного дехканина родился сын ростом с небольшой стручок перца. Как
родился, так сразу стал говорить и бегать. Мать посмотрела на него и назвала
мальчика Яртыгулок, а это значит по-туркменски - половина верблюжьего уха.
Вот какой он был маленький! Однажды у матери Ярты треснула миска - каса, в
которой квасили верблюжье молоко. Она принялась замазывать трещину глиной и
запричитала:
- Всем хорош у меня сынок - и красив и строен, да ростом мал. Ремесла
не знает, даже миску склеить не может!
Ярты услыхал слова матери - досада его взяла. Подоткнул за кушак полы
халата и побежал к дому старого гончара на самый край аула.
- Дядя гончар, возьми меня в ученики! - закричал он, вскарабкавшись на
ограду.
Гончар оглянулся, но никого не увидел. Он сказал:
- Это москит пищит или человек кричит?
- Это я! - ещё громче крикнул Ярты, и гончар увидел мальчика. Он
рассмеялся до слез.
- Эй, сынок, как же я могу взять такого малыша в помощники? Комок
глины со станка упадёт - пришибет тебя до смерти.
- Испытай меня на деле, - попросил Ярты и остался в учениках у старого
мастера.
Они зажили дружно: вместе трудились, вместе песни пели. Старик делал
большие кувшины - тануры, а из-под рук Ярты-гулока выходили такие крошечные
горшочки, звонкие как серебро, что любоваться ими сбегались ребята со всего
аула.
В базарный день, в пятницу, старик уложил на арбу кувшины, сделанные
за неделю, и сказал мальчику:
- Сегодня я продам эти кувшины и отдам жадному купцу Курбан-баю
двадцать пять теньга долгу. Тогда тяжесть свалится с моих плеч, и мы заживём
спокойно.
Ярты остался один. Он принялся подметать глиняный пол мастерской, но
не успел окончить своей работы, как в калитку постучали.
- Кто там? - спросил малыш.
- Открывай скорей! Это я - сам Курбан-ага! - ответил грубый голос.
Ярты испугался. Он не открыл купцу и со страху спрятался в большой
кувшин, лежавший на солнце для просушки. Тогда купец ударом ноги вышиб
калитку и ворвался во двор, а за ним вошли его слуги.
- Забирайте всё и грузите на ишака! - заревел купец: - Этот человек
мне должен деньги!
Слуги перерыли весь дом, но старый мастер был так беден, что они не
нашли ничего, кроме двух старых ковров - паласов да гончарного круга. Тогда
они взяли горшки и кувшины, лежавшие на солнцепёке, и увезли их, а вместе с
кувшинами увезли и Ярты-гулока.
Они привезли посуду в лавку купца и расставили вдоль стены. Ярты хотел
выпрыгнуть из кувшина, но не мог:
стенки танура были такие гладкие, что мальчику не за что было
уцепиться. Тогда он стал слушать, что происходит в лавке, и услышал голоса
слуг и звон денег.
- Я стащил из хозяйской выручки шесть теньга, - сказал один слуга. - Я
куплю себе новые туфли.
- А я припрятал только три, - ответил второй со вздохом. - На такие
деньги не купишь и тюбетейки.
Но в это время раздался голос купца, который, обойдя всех своих
должников, возвращался в лавку. Слуги перепугались и не знали, куда спрятать
украденное.
- Сыпь деньги в кувшин! - догадался один из них. - Если хозяин найдёт
их в кувшине, он подумает, что это деньги гончара, и мы выйдем из воды, не
замочив пятки!
И Ярты услыхал, как на дно стоявшего рядом кувшина посыпались звонкие
монеты.
Войдя в лавку, купец уселся на цветистом ковре, придвинул к себе
высокие, на резных ножках, счёты и стал подсчитывать, кто и сколько ему
должен:
- Кожевник Дурды - сто теньга, оружейник Берды- пятьдесят, гончар
Ата - тридцать...
Услышав такую ложь, Ярты не выдержал и звонко крикнул:
- Неправда! Не тридцать, а двадцать пять!.. Удивлённый купец
прислушался, но в лавке всё было тихо, и он снова защёлкал костяшками:
- Гончар Ата - тридцать...
- Двадцать пять! - ещё громче закричал мальчик.
Купец вскочил. Он понял, что голос доносится из кувшина, а он хорошо
знал, что в кувшинах нередко прячутся духи -джинны. Он закричал:
- Эй, слуги! Бросьте в реку этот кувшин, - в него забрался
волшебник-джинн!
- Постой, купец! - запищал из кувшина Ярты так громко, как только
мог. - Я не злой джинн, я - добрый. Если хочешь, я сделаю тебя богатейшим из
людей!
Это понравилось купцу.
- А как ты это сделаешь? - спросил он.
- Я обладаю чудесной силой превращать звонкие черепки в звонкие
монеты. Если не веришь, - попробуй:
возьми стоящий рядом кувшин и разбей его. Стоит мне только сказать
заклинание, и черепки превратятся в деньги. Но помни, больше двух раз
повторять заклинанье я не могу!
Купец уже не слушал его. Он схватил палку и, размахнувшись, изо всей
силы ударил по кувшину. Черепки полетели в стороны, а Ярты в то же время
закричал во всё горло:
Вурр-ха-ха, черепки, Превращайтесь в медяки! ' Купец нагнулся и увидел
среди глиняных черепков целую горсть медных денег.
- Эй, - всплеснул руками купец, - дело идёт на лад! Погоди, о
волшебник-джинн, не произноси второго, последнего заклинания: я наготовлю
побольше черепков!
Он снова схватил палку и принялся подряд бить всю стоявшую в лавке
посуду. Он бил блюда и кувшины, большие тануры и маленькие пиалы, горшки и
чаши, подносы и огромные чаны. Он бил и кричал:
- Подожди, джинн! Ещё не всё! Я хочу иметь много денег!
Он размахивал палкой до тех пор, пока в лавке не осталось ни одной
целой чашки. Купец обессилел. В изнеможении он упал на ковёр и прохрипел:
- Ну, джинн, теперь пора!
Но никто не откликнулся.
- Джинн, где же ты? - заревел купец, как раненый буйвол.
Но и на этот раз никто ему не ответил, потому что купец перебил всю
посуду; он разбил и тот кувшин, в котором сидел проворный Ярты. Мальчишка
тотчас же выскочил и опрометью пустился домой. Он был очень доволен, что так
ловко отплатил купцу за его ненасытную жадность. А купец до сих пор сидит на
своих черепках и ждёт, пока джинн превратит их в звонкое золото.
Кто слушал сказку, пускай посмеётся над жадным.