Вторник, 06.12.2016, 15:04
Приветствую Вас, Гость

http://korizza-design.com/ ремонт и дизайн квартир.. http://davidroytman.com/ unique silver masks megillah case designer judaica.


Дары феи Кренского озера

В Ниольских горах, где так редко выпадают дожди, где от жары камни рассыпаются в песок, а земля становится твёрдой, как камень, лепились к склонам домишки маленького селения. Крестьяне в этом селении жили бедно, хоть и работали много. Если бы они так трудились где-нибудь в долине, они, пожалуй, жили бы припеваючи. И всё-таки даже эта бесплодная земля кое-как кормила их.
Но вот настал тяжкий год в Ниольских горах. Если на землю и падали капли влаги, то это был только пот, что стекал по лицам крестьян, измученных напрасной работой. А дождя за всё лето так и не было. В селении начался голод. Больше всех голодал старый крестьянин, у которого было двенадцать сыновей и ни одного мешка муки в запасе. Однажды он сказал:
— Горько мне с вами расставаться, дети, но ещё горше видеть, как вы голодаете. Идите искать себе счастья в других краях.
— Хорошо, — ответили одиннадцать сыновей, — только пусть младший брат, Франческо, остаётся с тобой. У нас сильные ноги, пойдём мы быстро, где ему, хромому, угнаться за нами.
Тогда отец сказал:
— Парни вы рослые, и ноги у вас здоровые, только вот умом вы не богаты. Франческо и ростом не вышел, и хром, а голова и сердце у него золотые. Пока он с вами, я за вас и тревожиться не стану. Берегите Франческо, сами целее будете.
Старшие не посмели перечить отцу. Поклонились все двенадцать родному дому и пошли.
Шли они день, другой, третий. Франческо-хромоножка никак не мог поспеть за братьями и плёлся далеко позади. Нагонял он их лишь на привале. Но выходило так: только Франческо доберётся до них, а братья уже отдохнули, встали и идут дальше. Бедный Франческо опять ковыляет следом. Совсем измучился, чуть не падает от усталости.
На третий день старший брат сказал:
— Зачем нам такая обуза? Пойдём вперёд побыстрее. Тогда Франческо нас не нагонит.
Так они и сделали. Больше нигде не останавливались, ни разу назад не оглянулись.
Пришли они к берегу моря и увидели привязанную лодку. Один из братьев говорит:
— Что, если сесть в эту лодку и отправиться в Сардинию? Там, рассказывают, края богатые, деньги сами в руки просятся.
— Хорошо, поедем в Сардинию, — сказали остальные.
Посмотрели братья — в лодке всего места на десятерых, одиннадцатому поместиться негде.
— Вот что, — приказал старший брат, Анджело, — пусть один из вас, хотя бы ты, Лоренцо, подождёт здесь, на берегу. Я потом вернусь за тобой.
— Ну уж нет! — закричал Лоренцо. — Не такой я дурак, чтобы ждать, пока вы вернётесь. Оставайся сам здесь.
— Как бы не так! — отвечал Анджело. — Оставаться, чтобы вы бросили меня, как Франческо…
И он прыгнул в лодку. Остальные, толкаясь и бранясь, полезли за ним. Отчалили от берега и поплыли.
В это время задул ветер, нагнал тучи, поднял в море волну. Не слушается перегруженная лодка руля, захлёстывают её гребни. Потом набежал огромный вал, ударил лодку о рифы и разбил её в щепки. Все братья один за другим пошли ко дну.
А Франческо-хромоножка спешил, как мог. Вот доплёлся он до Кренского озера. Посмотрел кругом — трава мягкая, деревья тенистые, вода в озере студёная и прозрачная. Приятнее места для отдыха не найти. Однако братьев нигде не видать.
Тут Франческо понял, что его бросили, и горько заплакал.
— Эх, братья, братья, зачем вы это сделали! Мне, хромому, без вас плохо, да и вам без меня лучше не будет. Были бы у меня здоровые ноги, не случилось бы такой беды!
Поплакал Франческо и уснул.
И только он уснул, из-за дерева вышла фея Кренского озера. Она всё слышала от первого до последнего слова.
Фея приблизилась к спящему юноше и дотронулась своей волшебной палочкой до его больной ноги. Дотронулась и опять спряталась за толстый ствол дерева. Стала ждать.
Долго спал измученный Франческо, но, наконец, проснулся. Вскочил он и сам себе не поверил. Вот чудо! Обе ноги твёрдо стоят на земле, будто он и не был никогда хромым! Хочешь - беги, хочешь - пляши!
— Что за чудесный доктор вылечил меня?! Я готов разыскать его хоть на краю земли, чтобы сказать спасибо! — воскликнул Франческо.
Тут фея показалась ему. Франческо даже глаза зажмурил, такая она была красивая. Косы точно сплетены из солнечных лучей, глаза синие, как вода озера, щёки словно два лепестка шиповника.
— Что же ты не говоришь мне спасибо? — улыбаясь, сказала фея. — Тебе для этого не надо сделать даже шага.
Но юноша не мог выговорить ни слова.
— Слушай, Франческо. Перед тобой фея Кренского озера. Ты понравился мне, и я решила исполнить три твоих желания. Одно уже исполнено — твоя больная нога стала здоровой. Остаётся ещё два. Скажи, чего ты хочешь.
Франческо ответил:
— Ты исполнила не одно, а два моих желания. Когда я был ещё маленьким мальчиком и слушал сказки, мне всегда хотелось увидеть фею. Вот я и увидел фею.
— Ну тогда тебе всё-таки остаётся ещё одно желание, — засмеялась фея.
— Что ж, — сказал Франческо. — Если уж ко мне явилась фея из сказки, так и желание моё будет словно в сказке: хорошо бы иметь волшебный мешок и волшебную дубинку. Чего бы я ни захотел, пусть мигом очутится в мешке, а дубинка, что ни прикажу, пусть то и сделает.
Фея взмахнула палочкой. И — хлоп! — мешок и дубинка лежат у ног Франческо.
Франческо обрадовался, а фея сказала ему:
— Человек, владеющий таким мешком и такой дубинкой, может сделать много зла и много добра. Смотри, Франческо, чтобы мне не пришлось пожалеть о своём подарке.
Сказав это, фея исчезла.
А Франческо привязал мешок к поясу, сунул дубинку подмышку и отправился в путь. Но перед тем он как следует закусил. Во-первых, он был голоден, во-вторых, ему не терпелось испробовать подарок феи. Мешок оказался в точности таким, каким должен быть волшебный мешок. Франческо только приказывал, а мешок, не медля ни минуточки, угощал его и жареной куропаткой, и овечьим сыром, и горячим круглым хлебцем, и бутылкой золотистого вина. Ну, а дубинку Франческо не стал испытывать. Если первый подарок хорош, значит, и второй не хуже.
Весело шагает Франческо, распевает песню за песней.
Солнце перевалило за полдень, когда Франческо увидел бедную хижину в лесу. На пороге сидел мальчик и плакал.
Франческо решил его развеселить.
— Эй, приятель! — крикнул он. — Видно, лить слёзы твоё ремесло. Почём берёшь за дюжину солёных капель?
— Мне не до смеху, любезный синьор, — ответил мальчик.
— А что у тебя стряслось?
— Мой отец — дровосек, — сказал мальчик, — и один кормит всю семью. Сегодня он упал с дерева и вывихнул руку. Я побежал в город за доктором, но он и разговаривать со мной не захотел. Доктор ведь знает, что с сухого дерева не сорвёшь апельсина, а от бедняка не разбогатеешь.
— Ну, это всё пустяки! — сказал Франческо. — Я помогу твоему отцу.
— А разве вы доктор? — вскричал мальчик.
— При чём тут я? — удивился Франческо. — Тебе нужен доктор? Сейчас он будет тут. Как его звать?
— Доктор Панкрацио.
— Прекрасно! — воскликнул Франческо и хлопнул по мешку. — Эй, доктор Панкрацио, в мешок!
Не успел мальчик сморгнуть слезу, как в воздухе что-то загудело. Это несся из города в мешок толстый доктор. Бац! И доктор в мешке. Ого, какой он был тяжеленный — Франческо так и пригнулся книзу. Хорошо, что он догадался отвязать мешок от пояса. Доктор шлёпнулся на землю и завопил:
— Я знаменитый учёнейший доктор Игнацио Панкрацио и не позволю разным голодранцам распоряжаться моей важной особой. Раз я сказал, что не пойду к дровосеку, значит, не пойду!
— Так вам и ходить не надо, — сказал Франческо, — вы уже на месте. Остаётся только вылечить больного.
— Не буду лечить, — отвечал из мешка доктор.
— Я вижу, — сказал Франческо, — что доктор Игнацио Панкрацио сам тяжко болен, и болезнь его называется упрямством и жадностью. Придётся сначала его полечить. Эй, дубинка, за дело!
Дубинка не заставила себя просить дважды. Она принялась барабанить по толстой спине доктора.
— Я уже здоров! — закричал доктор. — Где больной? Ведите меня к больному.
Пока доктор вправлял дровосеку вывихнутую руку, Франческо велел мешку доставить припасов на целый месяц. Сложил всё это у порога и зашагал дальше.
Через некоторое время Франческо пришёл в город.
Время было к вечеру, и Франческо первым делом разыскал гостиницу. Хозяйка гостиницы подала ему ужин, а потом сказала:
— Ох, сынок-сынок, жалко мне терять такого хорошего постояльца. Однако послушайся моего совета: ночь переночуй, а утром пораньше уходи из города.
— Уж не чума ли в городе? — спросил Франческо.
— Чума-то не чума, да не лучше чумы, — принялась объяснять словоохотливая хозяйка. — Три месяца тому поселился у нас какой-то чужестранец — чтоб его разорвало на четыре части! Сбил он с толку всех юношей. И чем бы ты думал? Игрой в кости. Теперь игра идёт с утра до вечера и с вечера до утра. А кто проиграется дотла, тот и домой больше не показывается. Двенадцать юношей, скромных и послушных, как голуби, исчезли, словно сквозь землю провалились. И нет о них ни слуху, ни духу.
— Спасибо, добрая женщина, что предупредила меня, — сказал Франческо, а сам подумал: «Э, кажется, в этом городе найдётся работа мешку и дубинке!»
В восемь часов утра Франческо попросил у мешка богатую одежду и сто тысяч золотых скудо. В десять часов утра уже весь город говорил, что к ним прибыл принц Санто Франческо, известный повсюду знатностью и богатством. А в полдень в комнату Франческо постучал человек в длинном плаще и в шляпе с перьями.
— Синьор Санто Франческо, — сказал он, — я живу в этом городе всего три месяца, но уже успел завести знакомство с лучшими молодыми людьми. Почту за великую честь, если и вы посетите мой дом. До меня дошли слухи, что вы замечательно играете в кости. Тут вы сможете показать ваше искусство.
— По правде говоря, — отвечал Франческо, — я даже не знаю, как держат кости в руках. Но чтобы ближе познакомиться с таким любезным синьором, я готов играть с утра до вечера. У столь опытного учителя я, конечно, сделаю быстрые успехи.
Гость был очень доволен. Он принялся кланяться так усердно, что, забывшись, выставил из-под плаща правую ногу. И что же увидел Франческо? Вы думаете, туфлю с бантом? Как бы не так! Он увидел чёрное мохнатое копыто.
«Эге-ге! — подумал Франческо. — Оказывается, сам дядюшка чёрт навестил меня. Вот и хорошо, он найдёт тут хлебец как раз по своим зубам».
Вечером того же дня синьор Санто Франческо играл в кости с синьором чёртом. Он сделал быстрые успехи и проиграл двадцать тысяч скудо.
На второй вечер Франческо научился играть ещё лучше и проиграл тридцать тысяч скудо.
Ну, а в третий вечер он овладел игрой в совершенстве и поэтому проиграл пятьдесят тысяч скудо.
Тут чёрт решил, что обыграл юношу дочиста.
— Дорогой синьор Санто Франческо, — сказал он вкрадчивым голосом. — Мне очень жаль, что мои уроки стоили так дорого. Но я могу помочь вам. Я верну половину вашего проигрыша, чтобы вы могли отыграться.
— А если я не отыграюсь? — спросил Франческо.
— А если вы не отыграетесь, будем считать, что вы принадлежите мне со всеми потрохами, душой и прочими пустяками.
— Ах ты, чёртов чёрт! — воскликнул Франческо. — Теперь я знаю, куда делись двенадцать лучших юношей города. А ну, марш ко мне в мешок!
Чёрт и опомниться не успел, как голова его уже была в мешке, а копыта болтались в воздухе. Через миг исчезли в мешке и копыта.
Тогда Франческо сказал:
— Этот весёлый синьор любит шутки шутить. Пошутим и мы. Спляши-ка, дубинка, парочку-другую хорошеньких танцев.
Дубинка начала с тарантеллы. И Франческо нашёл, что она пляшет прекрасно. Зато чёрту танец дубинки совсем не понравился.
— Я отдам вам, синьор Франческо, даром половину проигрыша! — вопил чёрт.— Нет, я отдам вам весь проигрыш. Ну ладно, я отдам все деньги, что выиграл в этом городе!
Между тем дубинка кончила тарантеллу и принялась отплясывать весёлый крестьянский танец трескон. Чёрт взмолился:
— Ради самого дьявола, заставьте её остановиться! Скажите, наконец, чего вы от меня хотите?
— Отдохни немножко, — приказал Франческо дубинке. — Так вот, слушай меня, чёрт. Прежде всего выпусти двенадцать юношей, которых ты уволок в преисподнюю. Потом проваливай сам, чтобы и духу твоего на земле не было.
— Всё будет исполнено, — закричал чёрт, — только выпусти меня из мешка!
Франческо развязал мешок, и чёрт выскочил оттуда, как кошка, на которую плеснули кипятком. Он топнул копытом, подпрыгнул и с треском провалился сквозь землю. А из-под земли появились двенадцать юношей.
— Ну, что, — сказал им Франческо, — может, сыграем в кости?
— Что вы, что вы! — закричали разом все двенадцать. — Мы теперь на эту чёртову игру и смотреть не хотим.
— Это дело! — похвалил юношей Франческо. — Больше всех выигрывает тот, кто ни во что не играет. Вот вам по тысяче скудо, и бегите порадовать родителей. Они, ожидая вас, все глаза проплакали.
Юноши поблагодарили своего спасителя и разошлись по домам.
А Франческо подвязал к поясу мешок, сунул дубинку подмышку и ушел из города.
В каком бы месте ни остановился Франческо, везде находилось дело мешку и дубинке, потому что всюду были обиженные, которым надо помочь, и обидчики, которых следует проучить.
В Италии дорог не счесть, по многим проходил Франческо, а привели его ноги всё-таки в родное селение.
Тут Франческо узнал, что голод в Ниольских горах стал ещё злее. Франческо решил помочь своим односельчанам. Он открыл харчевню. Удивительная это была харчевня — кормили там досыта, а платы не требовали. Всё время дубинка лежала без работы, зато у мешка — хлопот хоть отбавляй!
— Эй, цыплёнок на вертеле, живо в мешок! Эй, три круглых хлебца, в мешок! Эй, бутылка вина, в мешок! — то и дело кричал хозяин харчевни.
Так продолжалось три года, пока в Ниольских горах длился голод. Наконец земля утомилась от безделья, и на четвёртый год она одарила крестьян богатым урожаем.
В каждом доме запахло печёным хлебом, в кладовых на полках улеглись круги сыра, во дворах заблеяли овцы. А двери в харчевню всё не закрывались.
— Э, — сказал Франческо, — пора моему мешку отдохнуть. Довольно ему быть поваром. Кормить сытых — значит, кормить их не хлебом, а ленью.
И он прикрыл харчевню.
Скоро Франческо постигло горе. Старик отец поболел недолго и умер.
Тут Франческо затосковал по своим братьям. Хоть и бросили они его когда-то одного посреди дороги, но Франческо давно перестал сердиться на них — всё-таки братья родные.
И вот однажды вечером он сказал:
— Анджело, старший брат мой! Я тебя обижать не хочу, но иначе нам не свидеться. Иди в мой мешок.
Тотчас же мешок стал тяжелее. Франческо заглянул туда и отшатнулся. Там лежали лишь полуистлевшие кости. Франческо понял, что Анджело давно погиб.
— Джованни, брат мой, — позвал он второго брата. И снова в мешке оказались только кости.
И так все одиннадцать раз. Франческо узнал, что остался один на свете. Тогда он сказал:
— Что ж, мои верные помощники — мешок да дубинка, пойдёмте с вами странствовать по дорогам. Кому я сделаю добро, тот меня и назовёт братом.
От селения к селению ходил Франческо, то горными тропинками, то проезжими дорогами, а то и вовсе без троп и дорог. А впереди него шла молва. Заслышав весть о приближении Франческо, тряслись ночами злые начальники, жадные ростовщики, хитрые монахи. Зато радовались те, кто был несчастлив и обижен. Они и вправду называли Франческо братом.
Текли годы. И вот настало время, когда люди, обращаясь к Франческо, звали его уже не братом, а отцом. А ещё через десяток лет его стали звать дедушкой. Волосы у Франческо побелели, спина согнулась, лицо покрылось морщинами. Но он всё бродил по Италии со своими верными помощниками — мешком да дубинкой.
Однажды под вечер Франческо, тяжело дыша, поднимался в гору. Вдруг он услышал за собой шаги. Франческо оглянулся и увидел, что его нагоняет Смерть. Дышала она ещё тяжелее, чем Франческо, потому что была очень стара. Так стара, как стар мир. К тому же она толкала перед собой тачку, покрытую рогожей.
Смерть подошла и сказала:
— Наконец-то я тебя догнала! Совсем замучилась. Девчонка я, что ли, за тобой по ста дорогам бегать! Сколько башмаков истоптала, полюбуйся…
И Смерть откинула рогожу с тачки. На тачке и вправду были кучей свалены рваные-прерваные башмаки.
Увидел Франческо, какую рухлядь таскает с собой старуха, и улыбнулся.
Смерть опять заворчала:
— Тебе хорошо ходить налегке, а я не могу тачку бросить, пока тебя не догоню. Ну, Франческо, много ты исходил дорог, теперь собирайся в самую дальнюю, последнюю дорогу.
— Что ж, — ответил Франческо, — недаром говорится в пословице: дважды человек не может сказать да или нет — когда настала ему пора родиться и когда настала пора умирать. Но, видишь ли, мне нужно сперва кое с кем попрощаться.
Смерть засмеялась, будто заскрипело ржавое железо.
— Э, голубчик, ты, кажется, торгуешься, а я этого не люблю.
И Смерть протянула к Франческо костлявые руки. Но Франческо успел крикнуть:
— Смерть, в мешок!
Ох, и загремели же кости, когда Смерть свалилась в мешок!
Франческо вскинул мешок на спину и отправился, куда хотел. Путь его лежал к берегам Кренского озера.
Вот пришёл он к Кренскому озеру, выпустил из мешка Смерть и сказал ей:
— Жалко мне тебя, старуха! Верно, кости у тебя болят не меньше, чем у меня. Трава тут мягкая, присядь отдохни, пока я закончу свои дела.
Смерть была так напугана, что не осмелилась перечить Франческо. Она отошла в сторонку и, кряхтя, уселась под деревом.
А Франческо подошёл к берегу озера и крикнул:
— Фея Кренского озера, покажись мне ещё раз!
И фея появилась. Она была так же прекрасна и молода, как много лет тому назад, когда был молод и сам Франческо.
— Ты позвал меня, и я пришла, — сказала она приветливо.
— Я хочу рассказать, что я сделал с твоими дарами…
— Не надо рассказывать, — прервала Франческо фея.— Я ведь вижу твоё лицо, это лицо доброго человека. Твои губы прячут добрую улыбку, а морщинки на лбу говорят о мудрости. Я рада, что не ошиблась в тебе.
— Я делал, что мог, — ответил Франческо. — Но настала пора отдать тебе твои подарки. Видишь, там, у дерева, меня поджидает Смерть.
— Хорошо, что ты подумал об этом, — сказала фея. — Ведь даже волшебный мешок и волшебная дубинка ничего сами не могут, может лишь человек, который ими владеет. Попади они к злому человеку — и злых дел будет не сосчитать. Но феи не берут своих даров обратно. Разведи костёр и сожги мешок и дубинку. Прощай, Франческо!
Фея поцеловала старика и исчезла, будто растаяла.
Франческо собрал хворост, разжёг большой костёр и бросил в огонь дары феи Кренского озера. Он придвинулся поближе к костру, чтобы согреть озябшие руки, и глубоко задумался.
— Пора, Франческо, — тихонько позвала его Смерть.
Франческо не шевельнулся. От старости он стал плохо слышать. Тогда Смерть подошла к нему сзади и дотронулась рукой до его плеча.
В это время пропел петух. Начался новый день. Но Франческо его уже не увидел.