Давным-давно жили в одном городе четыре брата. И так-то они были не бог
весть какого ума, да привычку еще завели – курить опий. Вот и спустили
все свое добро. Осталось у них по лошади на каждого и ничего больше.
Собрались братья вместе и говорят: – Надо нам куда-нибудь служить
наняться. Сели они на коней и поехали куда глаза глядят службу
искать. Ночь застала их в лесу. Братья привязали коней к дереву, сварили
на костре кашу, вылили ее в миску и сели вокруг – есть собираются. Только
поднесли ко рту первую ложку, все в один голос сказали: – Фу! фу!
Каша-то у нас вовсе без масла. Надо в город за маслом сходить – тогда и
есть будем. Да только все четверо были лентяи. Никому не охота
тащиться за маслом невесть куда – все друг на друга кивают. Вот и вышло,
что на базар никто не идет и к каше никто не притрагивается. Наконец
старший брат говорит: – Нет! Так дело не пойдет. Пусть тот сходит за
маслом, кто первый вымолвит слово. Братья согласились и так и
остались молча сидеть вокруг миски. Шел час за часом, настала полночь, а
никто из братьев даже не кашлянул. Тем временем в лес забрели воры.
Смотрят – сидят четыре человека, молчат и пальцы к губам приложили.
Подошли воры поближе, но ни один из братьев рта не раскрыл. Каждый
думает: «Если я их окликну первый, мне придется за маслом идти». Воры
рядом, а братья словно воды в рот набрали. Видят воры – время
удачное. Отвязали коней и увели. Уж и след их простыл, когда младший
брат не выдержал и закричал: – Ах вы, дурачье! Коней-то у нас
украли. Что нам теперь делать? – Сходи-ка ты сперва в город, принеси
масла, а там видно будет,– говорят ему остальные. – Сперва поедим, а
потом уж поищем воров и коней. Тут младший брат пожалел о своей
опрометчивости, да сделанного не воротишь – пришлось ему идти за маслом.
Вернулся он с базара, съели братья кашу и стали думать, как бы
коней отыскать. Один и говорит: – Вот что. Кто первый подаст утром
голос, тот, значит, и вор. С него мы и спросим коней. – А если он не
отдаст? – спрашивает другой. – Если не отдаст, так мы его дубинкой
попотчуем,– говорит третий. На том и порешили. Запаслись братья
палками и сидят – ожидают. Просидели всю ночь. Стало светать. В эту пору
в мечети, что стояла на краю города, неподалеку от леса, мулла запел
утреннюю молитву. Братья встрепенулись: – Слышите! – говорят. – Вот
он вор. Это он украл наших копей. Схватили братья дубинки и побежали
на голос. Двери мечети были открыты, братья ворвались туда и принялись
колотить муллу. Почтенный мулла перепугался и пустился бежать.
Прибежал прямо к царю и говорит: – Хузур! Невесть откуда в мечеть
ворвались четыре шайтана. Чуть меня не убили. Царь рассердился. –
Где они? – спрашивает. А четверо братьев уже у дверей – прибежали
следом за муллой. Увидел их царь и говорит: – Вы кто такие? Зачем
бьете почтенного муллу? Братья так и кипели от злости. Принялись они
жаловаться: – Хузур. Этот человек украл наших коней. Мы ночевали в
лесу и привязали их к дереву. Это еще вечером было. А ночью мы порешили:
кто первый подаст утром голос – тот, значит, и вор. Смилуйся, хузур,
заставь его отдать нам коней. Царь видит – они не в своем уме. Вот
он и велел дать им четырех коней, только бы от них отвязаться. А
братья получили коней и просят пожаловать им кусок земли. – На что
вам земля? – спрашивает царь. – Хузур, мы посадим там этих коней,–
говорят братья. – Посмотрим, что из них вырастет. Дал им царь земли
недалеко от города. Братья огородили свою землю забором, поставили со
всех четырех сторон по воротам, загнали туда коней, а сами остались
стеречь. Прошло немало времени. На поле у братьев выросла высокая
сочная трава. Кони паслись, а братья сидели каждый у своих ворот и опий
покуривали. Как-то раз один человек гнал мимо их поля табун коней –
сто голов. Увидел он зеленый луг с сочной травой и скорей погнал туда
своих лошадей. Разбрелись лошади по полю, щиплют траву, а братья, не
теряя времени даром, закрыли ворота. Вот хозяин коней вздумал гнать свой
табун дальше, а братья на него с палками. – Какие тут твои копи? –
кричат. – Иди-ка ты отсюда подальше. Здесь все наши кони! Это наша
трава! И земля тоже наша! Хозяин коней весь в слезах пришел к царю и
жалуется: – Какие-то люди – их там четверо – не отдают мне моих
коней. Царь сразу подумал, что это, должно быть, те самые четыре
брата, которые побили муллу. Он очень разгневался и велел их привести. Вскоре
братья явились во дворец. – Убирайтесь сейчас же из моих владений! –
гневно сказал им царь. – Слишком много от вас беспорядка. А братья
сложили руки и спрашивают: – В чем же мы провинились, хузур? За что ты
нас выгоняешь? – А почему вы отняли у этого человека его лошадей? –
говорит царь. – Рассуди сам, хузур! – просят братья. – Помнишь, ты
ведь сам дал нам землицы? – Дал. Ну и что же? – Может, ты и то
помнишь, хузур, зачем мы эту землю просили? Улыбнулся царь и
говорит: – Как не помнить! Вы на ней коней сажать собирались –
глядеть, что из них вырастет. Братья обрадовались, зашумели: –
Хузур! Мы целый год над ней спину гнули: вспахали, удобрили, коней
посадили. И вот после стольких трудов получили урожай – сто коней. А
этот пройдоха невесть откуда взялся и вздумал угнать их у нас. Царь
не нашел, что ответить. Пришлось ему отпустить братьев. Хозяин коней так
ни с чем и ушел. А братья решили теперь торговать лошадьми и
принялись странствовать с ними из города в город. Они продавали коня за
конем и жили в свое удовольствие. Только вскоре ни одного коня у них не
осталось. Пришлось им опять искать службы. Ходили братья, ходили и
попали к одному купцу. Стали проситься к нему на службу. Купец их нанял.
Вот и принялись братья служить у купца. Как-то раз пришел младший
брат после работы голодный – и прямо на кухню, поесть. А там сидела
старуха – мать хозяина. Ей было лет за сто, и от старости голова у нее
все время тряслась. Младший брат откусил кусок и случайно взглянул на
старуху, а та трясет головой. Показалось младшему брату, что это она ему
есть не велит. «Вот ведь скряга какая! – думает он. – Тут столько мук
принимаешь, такую работу ворочаешь, а она и поесть не дает – нарочно на
кухне сидит». Младший брат заторопился, глотает кусок за куском, не жуя,
а старуха трясет головой еще пуще. Не стерпел младший брат, разозлился и
запустил кувшином с водой прямо ей в голову. Упала старуха – и дух вон.
А младший брат пошел к купцу, разворчался: – Не стану я у тебя
больше служить. Твоя мать такая скупая – и поесть-то досыта не дает. –
Что ты, братец? – удивился купец. – Как она тебе есть не дает? А
младший брат не унимается: – Нет, хозяин! Давай мне расчет. Я в
таком доме служить не хочу. Купец почуял, что дело не чисто. Пошел
искать мать. Смотрит – она на кухне лежит и не дышит. Тут он понял, что
слуга-то дурак, да делать нечего – мертвого не воскресишь. Купец
опечалился, позвал всех четверых братьев и велел им сделать погребальные
носилки. Братья смастерили носилки и положили на них старуху. Купец
им говорит: – Несите ее на берег реки, а я достану дров и еще
кой-чего и приду следом за вами. Братья схватили носилки и понесли.
Второпях они и не подумали привязать тело. По пути к реке им пришлось
подниматься на холм. Подъем был крутой. Братья полезли в гору, носилки у
них наклонились, вот покойница и соскользнула на землю. Чувствуют
братья, что нести стало легче, и зашагали веселее. Пришли на берег реки,
опустили носилки, глядь – а старухи-то пет. Братья обозлились и
говорят: – Смотри-ка! Вот ведь какая вредная старуха. Притворилась,
будто бы умерла, а как увидала, что ее сжигать понесли, тут и сбежала.
Ну ничего, мы ее догоним! Бросились братья искать старуху и вышли к
одной деревушке. А за околицей какая-то старая женщина собирала под
деревьями хворост. Братья подбежали к ней и ну ее колотить. Забили до
смерти и к реке поволокли. Тем временем купец раздобыл дров, созвал
своих друзей и пошел с ними на берег реки. Идет и видит: у подножия
холма на самой дороге лежит тело его матери. Очень рассердился купец на
дураков слуг, поднял тело и понес его к реке. А братья его там уже
ждут. Увидали купца, налетели на него с криком: – Хозяин! Твоя
старуха такая вредная – взяла и убежала, с носилок. Глядим – она уже за
дровами пошла. Мы с ней вовсе замучились. Знать бы нам наперед, ни за
что бы к тебе служить не пошли. Тут купец понял, что они не в своем
уме. Положил он обеих старух на костер и совершил над ними погребальный
обряд. А потом прогнал братьев прочь и домой вернулся без них.