Давным-давно, может, тысячу лет тому назад, подружились лев, волк и
дикий кабан. Отправились три приятеля счастье ловить. Куда ни придут,
прочему зверью от них нет житья. Видят, что никто их осилить не может,
чваниться стали.
Однажды лев прорычал:
— Интересно, есть на свете кто-то такой, чтобы нас троих победил?
— Есть, а как же! — сказал волк и даже хвост поджал.— Человек!
— Глупости болтаешь,— рыкнул лев.— Да я и без вас с дюжиной людей справлюсь! Хоть бы один подошел поближе!
— Ну-ну, — фыркнул волк.
И вдруг идет им навстречу мальчонка-школяр.
— Это, что ль, человек? — спросил лев.
— Нет, это не человек еще,— сказал волк.
— Так я и связываться с ним не стану.
Пошли они дальше. Ста шагов не прошли — бредет навстречу старик, совсем уже дряхлый, едва ноги переставляет.
— Это, что ль, человек? — спросил лев.
— Уже нет,— сказал волк,— он раньше был человеком.
— Тогда пускай идет себе с миром,— проворчал лев.
Опять пошли человека искать, оказались в дремучем лесу. Стали продираться сквозь чащу и вдруг на молодого дровосека наткнулись.
— Ну, а это уже человек? — спросил лев.
- Он это, он, человек! — сказал волк.
Лев к лесорубу подошел, поздоровался:
— Счастья-удачи тебе, землячок! Понимаешь, поспорили мы. Волк
говорит, что ты с нами, со всеми тремя, один бы справился. Какое ж
такое оружие у тебя?
— У меня? Нет у меня никакого оружия, кроме топора... Вот разве что ум еще...
— Вон что! Ум, говоришь! А ну доставай свой ум и попробуй нас победить.
— Оно так,— сказал лесоруб,— да только я его нынче дома забыл.
- Не беда! Сбегай, кум волк, к человеку домой, принеси ум его.
Выудил лесоруб из кармана клочок бумаги, написал жене: привяжи,
мол, волку на шею камень, тот, что грузом в большую бочку кладешь,
когда капусту квасишь. Схватил волк письмецо и побежал к жене лесоруба,
а лев и кабан остались его самого сторожить и в четыре глаза глядели,
чтоб не сбежал ненароком. Но прошел час, два, три часа, а волка все
нет. Как только он, дурень лесной, дал жене лесоруба камень на шею себе
привязать, тут ему и конец пришел: всей деревней накинулись на него,
душегуба, били, пока до смерти не убили.
Лесоруб тем временем проголодался, достал из сумы хлеб да сало и стал закусывать.
— Ну, и вкусно же твоя еда пахнет! — заговорил лев, облизнувшись. — Что это ешь ты?
— А это, брат лев, сало дикого кабана,— отвечает ему лесоруб шепотом.
Не успел он договорить, как лев бросился на кабана и растерзал его.
— Стой, погоди,— закричал лесоруб,— так не ешь! Ты же сала хотел,
значит, надо сперва кабана освежевать, а потом уж и сало вырезать.
— Да, человек, твоя правда, не так-то и вкусно оно со щетиной да
шкурой,— согласился лев.— Знаешь что, вырежь мне сала ты сам, вон и нож
у тебя. Только привяжи ты меня к дереву, что ли, не то я, пожалуй, не
удержусь, стану есть, лакомого куска не дождавшись.
Лесоруб не заставил себя два раза просить, мигом прикрутил льва к большому дереву. Но на всякий случай проверить решил.
- А ну-ка, попробуй,— сказал,— сумеешь ли веревки порвать?
Лев натужился, веревки лопнули, во все стороны разлетелись, словно их и не было.
- Крепче, человек, крепче прикрути! — посоветовал он лесорубу.
А того и не пришлось уговаривать: так скрутил льва-разбойника, что
он взвыл и всерьез захотел веревки порвать. Да только на этот раз
задачка потрудней оказалась. А лесоруб дожидаться не стал, хватил его
обухом по голове — лев сразу и окочурился.
Показал человек хищным зверям, почему говорят: «Больше умом, чем силою».