Пятница, 09.12.2016, 01:11
Приветствую Вас, Гость




Белая уточка


Один князь женился на прекрасной княжне и не успел еще на нее  нагля-

деться, не успел с нею наговориться, не успел ее наслушаться, а уж  надо

было им расставаться, надо было ему ехать в дальний путь, покидать  жену

на чужих руках. Что делать! Говорят, век обнявшись не просидеть.

   Много плакала княгиня, много князь ее уговаривал, заповедовал не  по-

кидать высока терема, не ходить на беседу, с  дурными  людьми  не  вата-

житься, худых речей не слушаться. Княгиня обещала все  исполнить.  Князь

уехал; она заперлась в своем покое и не выходит.

   Долго ли, коротко ли, пришла к ней женщина, казалось - такая простая,

сердечная!

   - Что, - говорит, - ты скучаешь? Хоть бы  на  Божий  свет  поглядела,

хоть бы по саду прошлась, тоску размыкала.

   Долго княгиня отговаривалась, не хотела, наконец  подумала:  по  саду

походить не беда - и пошла. В саду разливалась ключевая хрустальная  во-

да.

   - Что, - говорит женщина, - день такой жаркий, солнце палит, а водица

студеная так и плещет, не искупаться ли нам здесь?

   - Нет, нет, не хочу! - А потом подумала: ведь искупаться не беда!

   Скинула сарафанчик и прыгнула в воду. Только окунулась, женщина  уда-

рила ее по спине.

   - Плыви ты, - говорит, - белою уточкой!

   И поплыла княгиня белою уточкой.

   Ведьма тотчас нарядилась в ее платье, убралась, намалевалась  и  села

ожидать князя.

   Только щенок вякнул, колокольчик звякнул,  она  уж  бежит  навстречу,

бросилась к князю, целует, милует. Он обрадовался, сам руки  протянул  и

не распознал ее.

   А белая  уточка  нанесла  яичек,  вывела  деточек:  двух  хороших,  а

третьего - заморышка; и деточки ее вышли - ребяточки.

   Она их вырастила, стали они по реченьке ходить, злату  рыбку  ловить,

лоскутики собирать, кафтанчики сшивать, да выскакивать  на  бережок,  да

поглядывать на лужок.

   - Ох, не ходите туда, дети! - говорила мать. Дети не  слушали;  нынче

поиграют на травке, завтра побегают по муравке, дальше, дальше - и  заб-

рались на княжий двор.

   Ведьма чутьем их узнала, зубами заскрипела. Вот она позвала  деточек,

накормила-напоила и спать уложила а там велела разложить огня,  навесить

котлы, наточить ножи.

   Легли два братца и заснули; а заморышка, чтоб не застудить, приказала

им мать в пазушке носить, - заморышек-то и не спит, все слышит, все  ви-

дит. Ночью пришла ведьма под дверь и спрашивает:

   - Спите вы, детки, иль нет?

   Заморышек отвечает:

   - Мы спим - не спим, думу думаем, что хотят нас всех  порезати;  огни

кладут калиновые, котлы висят кипучие, ножи гочат булатные!

   - Не спят!

   Ведьма ушла, походила-походила, опять под дверь:

   - Спите, детки, или нет?

   Заморышек опять говорит то же:

   - Мы спим - не спим, думу думаем, что хотят нас всех  порезати;  огни

кладут калиновые, котлы висят кипучие, ножи точат булатные!

   "Что же это все один голос?" - подумала ведьма,  отворила  потихоньку

дверь, видит: оба брата спят крепким сном, тотчас обвела их мертвой  ру-

кой - и они померли.

   Поутру белая уточка зовет деток; детки  нейдут.  Зачуяло  ее  сердце,

встрепенулась она и полетела на княжий двор.

   На княжьем дворе, белы как платочки, холодны  как  пласточки,  лежали

братцы рядышком.

   Кинулась она к ним, бросилась, крылышки распустила, деточек обхватила

и материнским голосом завопила:

   - Кря, кря, мои деточки

   Кря, кря, голубяточки,

   Я нуждой вас выхаживала,

   Я слезой вас выпаивала,

   Темну ночь недосыпала,

   Сладок кус недоедала.

   - Жена, слышишь небывалое? Утка приговаривает.

   - Это тебе чудится! Велите утку со двора прогнать!

   Ее прогонят, она облетит да опять к деткам:

   - Кря, кря, мои деточки.

   Кря, кря, голубя-точки.

   Погубила вас ведьма старая,

   Ведьма старая, змея лютая,

   Змея лютая, подколодная.

   Отняла у вас отца родного,

   Отца родного - моего мужа,

   Потопила нас в быстрой реченьке,

   Обратила нас в белых уточек,

   А сама живет - величается.

   "Эге!" - подумал князь и закричал:

   - Поймайте мне белую уточку!

   Бросились все, а белая уточка летает  и  никому  не  дается;  выбежал

князь сам, она к нему на руки пала. Взял он ее за крылышко и говорит:

   - Стань белая береза у меня позади, а красная девица впереди!

   Белая береза вытянулась у него позади, а красная девица стала  впере-

ди, и в красной девице князь узнал свою молодую княгиню.

   Тотчас поймали сороку, подвязали ей два пузырька, велели в один  наб-

рать воды живящей, в другой - говорящей. Сорока слетала, принесла  воды.

Сбрызнули деток живящею водою - они встрепенулись, сбрызнули говорящею -

они заговорили.

   И стала у князя целая семья, и стали все жить-поживать,  добро  нажи-

вать, худо забывать.

   А ведьму привязали к лошадиному хвосту, размыкали по полю: где  отор-

валась нога - там стала кочерга; где рука - там грабли; где голова - там

куст да колода. Налетели птицы - мясо поклевали, поднялися ветры - кости

разметали, и не осталось от ней ни следа, ни памяти!