Вторник, 06.12.2016, 18:54
Приветствую Вас, Гость



    II

Как Пеппи пишет письмо и идет в школу. - А сегодня, - сказал Томми, - мы с Анникой писали письмо бабушке. - Ну да, - сказала Пеппи, помешивая что-то в кастрюле ручкой от зонтика. - А я готовлю замечательное блюдо, - и сунула нос в кастрюлю, чтобы понюхать. - "Варить час, все время энергично помешивая, посыпая имбирем и тут же подавать на стол". Так ты говоришь, что вы написали письмо бабушке? - Ага, - подтвердил Томми, который сидел на сундуке и болтал ногами. - И скоро мы, наверное, получим от бабушки ответ. - А вот я никогда не получаю писем, - грустно сказала Пеппи. - Чему тут удивляться, - сказала Анника, - ведь ты и сама тоже никому никогда не пишешь. - А не пишешь ты потому, - подхватил Томми, - что не хочешь ходить в школу. Нельзя научиться писать, если не ходишь в школу. - Ничего подобного, я умею писать, - сказала Пеппи. - Я знаю жутко много букв. Фридольф- один из матросов, который плавал на папином корабле, - научил меня буквам. А если мне не хватит букв, то ведь есть еще и цифры. Нет, я прекрасно могу писать, но вот только не знаю, о чем. Что пишут в письмах? - Кто что, - важно ответил Томми. - Я, например, сперва спросил бабушку, как она себя Явствует, и написал, что я чувствую себя хорошо, потом я написал, какая у нас погода. А потом - что убил в нашем погребе крысу. Пеппи помрачнела и задумалась. - Как обидно, что я никогда не получаю писем. Все ребята, все-все получают письма, а я - нет. Так больше продолжаться не может! Раз у меня нет бабушки, которая писала бы мне письма, придется сделать это самой. И немедленно. Она открыла дверцу печи и заглянула в топку. - Тут у меня должен лежать карандаш, если не ошибаюсь. В печке и в самом деле лежал карандаш. Потом она оттуда же вытащила большой лист бумаги и уселась за кухонный стол. Пеппи наморщила лоб, и вид у нее стал очень озабоченный. - Теперь не мешайте, - сказала она, - я думаю! Томми и Анника решили тем временем поиграть с господином Нильсоном. Они стали одевать его и раздевать. Анника даже попыталась уложить его на зеленую кукольную кроватку, в которой он обычно спал по ночам: Томми будет доктором, а господин Нильсон - больным ребенком. Но обезьянка вскочила с постели и в два прыжка очутилась на лампе, зацепившись за нее хвостом. Пеппи оторвала глаза от письма. - Глупый господин Нильсон, - сказала она, - никогда еще ни один больной ребенок не висел вниз головой, зацепившись хвостом за лампу. Во всяком случае, не у нас в Швеции. А вот в Южной Африке, я слыхала, так лечат детей. Как только у малышей поднимается температура, их подвешивают вниз головой к лампам, и они преспокойно себе раскачиваются, пока не поправятся. Но мы ведь не в Южной Африке. В конце концов Томми и Аннике пришлось оставить господина Нильсона в покое, и тогда они решили заняться лошадью: уже давно было пора ее как следует почистить скребницей. Лошадь очень обрадовалась, когда увидела, что дети вышли к ней, на террасу. Она тут же обнюхала им руки, чтобы выяснить, не принесли ли они сахара. Сахара у ребят не оказалось, но Анника тут же сбегала на кухню и вынесла оттуда два куска рафинада. А Пеппи все писала и писала. Наконец письмо было готово. Только вот конверта не нашлось, но Томми не поленился принести ей конверт из дому. Марку он тоже принес. Пеппи написала на конверте свое полное имя и фамилию: "Фрекен Пеппилотта Длинныйчулок, вилла "Курица". - А что написано в твоем письме? - спросила Анника. - Откуда я знаю, - ответила Пеппи, - я ведь его еще не получила. И тут как раз мимо дома прошел почтальон. - Бывают же такие удачи, - сказала Пеппи, - встречаешь почтальона как раз в ту минуту, когда тебе необходимо получить письмо. Она выбежала ему навстречу. - Будь добр, отнеси это письмо Пеппи Длинныйчулок, - сказала она. - Это очень срочно. Почтальон поглядел сперва на письмо, потом на Пеппи. - Разве ты не Пеппи Длинныйчулок? - удивился он. - Конечно, я. А кем же мне еще быть? Уж не царицей ли абиссинской? - Но почему же ты тогда сама не возьмешь себе это письмо? - спросил почтальон. - Почему я не возьму себе это письмо сама? - переспросила Пеппи. - Что же; по-твоему, теперь я должна сама доставлять себе письма? Нет, это уж слишком. Каждый сам себе почтальон. А зачем же тогда бывают почты? Тогда уж проще их тут же все закрыть. В жизни я еще не слышала ничего подобного! Нет, дорогой, если ты так будешь относиться к своей работе, то никогда не станешь почтмейстером, это я тебе точно говорю. Почтальон решил, что лучше с ней не связываться и сделать то, о чем она его просила. Он подошел к почтовому ящику, который висел рядом с калиткой, и опустил в него письмо. Не успело письмо упасть на дно ящика, как Пеппи с невероятной поспешностью его вытащила. - Ой, я просто умираю от любопытства, - сказала она, обращаясь к Томми и Аннике. - Подумать только, я получила письмо! Все трое ребят устроились на ступеньках террасы, и Пеппи распечатала конверт. Томми и Арника читали через ее плечо. На большом листе было написано: ЖДРАСТВУЙ ПЕППИ ПЕШУ-СПЕШУ А5 ТЫ НАДЕЮСЬ НЕ БОЛЬНА И R СДОРОВА КАК КОРОВА КАК ПОЖИВАЕТ ТВОЯ 7Я СВЕТИТ \|/ -o- /|\ ВЧЕРА-УРА ВИДЕЛА ТОММИ ПЕШИ ОТВЕТ АТ ПЕППИ ПРИВЕТ - Вот, - с торжеством сказала Пеппи, - в моем письме написано то же самое, что ты писал своей бабушке, Томми. Значит, это настоящее письмо. Я запомню каждое слово на всю жизнь. Пеппи аккуратно сложила письмо, снова засунула его в конверт, а конверт положила в один из бесчисленных ящиков старого большого секретера, который стоял у нее в гостиной. Одним из самых интересных занятий на свете было, по мнению Томми и Анники, рассматривать сокровища, которые Пеппи хранила в этих ящичках. Время от времени Пеппи дарила своим друзьям что-нибудь из этих бесценных вещей, но запас их, видно, никогда не иссякал. Во всяком случае, - сказал Томми, когда Пеппи спрятала письмо, - ты сделала там дикое количество ошибок. - Да, ты должна пойти в школу и научиться получше писать, - поддержала Анника брата. - Нет уж, благодарю покорно, - ответила Пеппи, - я как-то провела целый день в школе. И за этот день в меня впихнули столько знаний, что я до сих пор не могу прийти в себя. -А у нас через несколько дней будет экскурсия, - сказала Анника, - пойдет весь класс. - Вот ужас-то, - воскликнула Пеппи и от огорчения укусила себя за косу, - просто ужас! И я не могу пойти с вами на экскурсию только потому, что не хожу в школу? Разве это справедливо? Люди думают, что можно обижать человека только за то, что он не ходит в школу, не знает таблицы помножения. - Умножения, - поправила Анника. - А я говорю - помножения. - Мы пройдем пешком целую милю. Прямо по лесу, а потом будем играть на полянке, - сказал Томми. - Просто ужас! - повторила Пеппи. На следующий день погода была такая теплая и солнце светило так ярко, что всем детям в этом городке было очень трудно усидеть за партами. Учительница широко распахнула все окна, и свежий весенний воздух ворвался в класс. Перед школой росла большая береза, а на ее верхушке сидел скворец и пел до того весело, что и Томми, и Анника, и все ребята слушали только его пение и совсем забыли, что 9 х 9 = 81. Вдруг Томми прямо подскочил на месте от изумления. - Глядите, фрекен! - воскликнул он и показал на окно. - Там Пеппи. Взгляды всех тут же устремились туда, куда показал Томми. Ив самом деле, высоко на березе сидела Пеппи. Она оказалась почти у самого окна, потому что ветви березы упирались в наличники. - Привет, фрекен, - крикнула она, - привет ребята! - Добрый день, милая Пеппи, - ответила фрекен. - Тебе что-нибудь надо, Пеппи? - Да, я хотела попросить, чтобы ты мне кинула в окно немного помножения, - ответила Пеппи. - Совсем чуть-чуть, только чтобы пойти с твоим классом на экскурсию. А если вы нашли какие-нибудь новые буквы, то кинь их мне тоже. - Может, ты на минутку зайдешь к нам в класс? - спросила учительница. - Нет уж, дудки! - твердо сказала Пеппи и уселась поудобнее на суку, прислонившись спиной к стволу. - В классе у меня кружится голова. Воздух у вас так загустел от учености, что его можно резать ножом. Слушай, фрекен, - в голосе Пеппи зазвучала надежда, - может, немного этого ученого воздуха улетит в окно и попадет в меня? Ровно столько, сколько надо, чтобы ты мне разрешила пойти вместе с вами на экскурсию? - Вполне возможно, - сказала фрекен и продолжала урок арифметики. Детям было очень интересно глядеть на Пеппи, сидящую на березе. Ведь все они получили от нее конфеты и игрушки в тот день, когда она ходила по магазинам. Пеппи, конечно, как всегда взяла с собой господина Нильсона, и ребята умирали со смеху, глядя, как он прыгал с ветки на ветку. В конце концов обезьяне надоело скакать по березе, и она сиганула на подоконник, а оттуда одним прыжком взвилась на голову Томми и начала теребить его за волосы. Но тут учительница сказала Томми, чтобы он снял обезьяну с головы, потому что Томми как раз надо было разделить 315 на 7, а это невозможно сделать, если у тебя на голове сидит обезьяна и теребит тебя за волосы. Во всяком случае, уроку это мешает. Весеннее солнце, скворец, а тут еще Пеппи с господином Нильсоном - нет, это уж чересчур... - Вы что-то совсем поглупели, ребята, - сказала учительница. - Знаешь что, фрекен? - крикнула Пеппи со своего дерева. - Честно говоря, сегодняшний день совершенно не подходит для помножения. - А мы проходим деление, - сказала фрекен. - В такой день, как сегодня, вообще нельзя заниматься никаким "еньем", разве что "веселеньем". - А ты можешь мне объяснить, - спросила учительница, - что это за предмет "веселенье"? - Ну, я не так уж сильна в "веселенье", - смущенно ответила Пеппи и, зацепившись ногами за сук, повисла вниз головой, так что ее рыжие косички почти касались травы. - Но я знаю одну школу, где ничем, кроме "веселенья", не занимаются. Там так и написано в расписании: "Все шесть уроков - уроки веселенья". - Ясно, -сказала учительница. - А где находится эта школа? - В Австралии, - ответила Пеппи не задумываясь, - в поселке у железнодорожной станции. На юге. Она снова села на ветку, и глаза ее заблестели. - Что же бывает на уроках "веселенья"? - поинтересовалась учитель- ница. - Когда что, - ответила Пеппи, - но чаще всего урок начинается с того, что все ребята выпрыгивают через окно во двор. Потом они с дикими воплями снова врываются в школу и скачут по партам, пока не выбиваются из сил. - А что говорит учительница? - снова поинтересовалась фрекен. - Ничего не говорит, она тоже прыгает вместе со всеми, но только хуже остальных. Когда нет больше сил прыгать, ребята начинают драться, а учительница стоит рядом и их подбадривает. В дождливую погоду все дети раздеваются и выбегают во двор - они скачут и танцуют под дождем, а учительница играет на рояле марш, чтобы они скакали в такт. Многие даже становятся под водосточную трубу, чтобы принять настоящий душ. - Интересно, - сказала учительница. - Знаете, как интересно! - подхватила Пеппи. - Это такая замечательная школа, одна из лучших в Австралии. Но это очень далеко отсюда. - Догадываюсь, - сказала учительница. - Во всяком случае, в нашей школе тебе так весело никогда не будет. - В этом-то вся беда, - сокрушенно сказала Пеппи. - Если бы я могла надеяться, что мы будем бегать по партам, я бы, пожалуй, решилась и зашла бы на минутку в класс. - Ты еще успеешь набегаться, когда пойдешь на экскурсию, - сказала учительница. - Ой, а вы меня правда возьмете? - воскликнула Пеппи и на радостях перекувырнулась на суку. - Я обязательно напишу об этом в ту школу, в Австралию. Пусть они не хвалятся своим "веселеньем", экскурсия - это все равно куда интереснее.

на страницу 3